Читаем без скачивания Я есть Бог - Сергей Сергеевич Казанцев

Братислава запаниковала, её зрачки хаотично зашевелились, она захотела закричать и с ужасом ощутила у себя во рту, что-то скользкое, гибкое и длинное. Единственное с чем это можно было сравнить по ощущениям и на что это было похоже больше всего, во рту у неё была змея, к ужасу Братиславы змея шевелилась. Желание сдавить змею зубами ни к чему не привели, челюсть как не напрягай не подчинялась Братиславе и змея безнаказанно ползала у неё во рту, в горле, проникая всё глубже и глубже. Когда желудок стал наполняться, тёплой жидкостью, разум Братиславы не выдержал, и она ушла в забытье, провалившись куда-то в темноту.

Разбудил её красивый звук, в нём слышалось сочетание пения дивных птиц, журчание ручейков, шум ветра в листве дубовых рощ, такого нежного, убаюкивающего звука она никогда не слышала. Попробовав открыть глаза, Братислава с радостью обнаружила, что они легко открылись, вокруг было красиво. Она лежала на чём-то мягком, чистом и пахнущего цветами, покрывали её не шкура, а изумительно мягкое и гладкое одеяло, чудесного цвета, как называется этот цвет она не знала, так как ни разу не видела такого оттенка. Братислава приподнялась, при этом ощутила лёгкую боль в руках, которые оказались в повязках на локтевых суставах. Голова немного кружилась, но Братислава, сделав над собой усилие оглянулась вокруг.

Она находилась в жилище богов, в сомнении этого не было причин, вокруг всё было сделано из белоснежной кости, жёлтого металла и радующего своим изумительным узором камня. Мебель, пол, стены, потолок были зеркально чисты, вокруг царил по истине божественный порядок и красота. Потолок мерцал несколькими десятками звёзд, наполняя комнату, в которой она была мягким солнечным светом, от которого было не жарко, а наоборот комфортно и уютно. На столе сделанного из белой кости и чистого прозрачного льда, стоял отливающий гранями кубок, в котором виднелась налитая туда вода. При виде его Братиславе захотелось пить, протянув руку и осторожно взяв кубок в руки, она отпила глоток, в кубке действительно была вода, вкусная и прохладная.

Выпив всю воду, Братислава осторожно выскользнула из-под одеяла, поняв, что она абсолютно нога, но при этом ей совсем не холодно встала на пол босыми ногами. Пол оказался тёплым, зеркально гладким, сделанным из каменных плиток белого оттенка. Осторожно ступая голыми ступнями по каменным плиткам, разглядывая себя в отражении пола снизу-вверх, Братислава прошла к противоположной стене, где на стене были изображены огромные алые цветы, выглядящие как живые, подойдя к ним она с восторгом обнаружила, что цветы действительно живые и лёгонько колышутся от ветра, но кожа Братиславы ветра не ощущала. Попробовав дотронуться до цветов, Братислава натолкнулась на преграду и поняла, что они находятся по другую сторону, прозрачного и тёплого на ощупь льда.

Неожиданно откуда-то сверху на цветы, что она разглядывала приземлилась пчела, она была размером с козла, от этого Братислава резко подалась назад, но не удержалась на ногах, упала на пол, стала пятиться скользя голым задом по полу, в прямом смысле этого слова, пытаясь отдалиться от цветов, а в особенности от огромной пчелы. Но поняв, что пчела с цветами находится за преградой и ни, что ей не угрожает, стала разглядывать пчелу, она в первые так близко видела насекомое, можно было разглядеть каждый волосок, каждую пылинку на лапках пчелы. Вскоре насекомое беззвучно покинула цветок, оставив Братиславу под сильным впечатлением.

Изучая комнату где всё было божественно красиво и безупречно, Братислава натолкнулась на дверь, которая оказалась запертой. Без успеха попробовав открыть её, Братислава долго стучала по её гладкой и белой поверхности, пыталась докричаться до неведомых богоподобных хозяев этого жилища, но ей никто не ответил. Так же продолжала звучать красивая музыка и колыхаться на ветру неведанные большие алые цветы, за сказочной оградой в виде тёплого льда.

Для Братиславы было непонятно, что это за место и как она сюда попала, на край предков, эта комната была совсем не похоже. Во-первых, тут не было реки, не было ни каких лугов, полей, лесов, гор, лишь цветы хоть и красивые, но все же за преградой, но это и к лучшему ей не хотелось столкнуться с пчелой или другими насекомыми что летают там. Во-вторых, её не встретили предки, а их должно быть несметное количество, а также где её муж? Он должен был возродиться и быть рядом с ней. Поэтому это не то место, куда по её представлениям должны уходить мёртвые, тем более она себя чувствует живее всех живых.

Хотя с другой стороны ещё никто не возвращался из-за заречья и не мог рассказать, как там на самом деле, только шаманы могли видеть, они же описывали заречье совсем по-другому. Братислава была в смущении и, хотя ей никто и ни что не угрожало, немного напугана. От размышлений её прервал звук колокольчика, раздавшийся у неё сзади, она резко повернулась и увидела тарелку с едой, неведомым образом появившуюся на столике, что стоял у стены возле кровати на которой она проснулась.

На большом блюде лежал тонкий и плоский кусок жаренного мяса и ещё много разной еды, она не знала, как называется все эти продукты, но выглядели они аппетитно и съедобно. По комнате разнёсся невероятно восхитительный запах жаренного мяса и специй она тут же поняла, как сильно проголодалась и многое бы отдала, за кусочек чёрствой корочки. Набросившись на еду, Братислава не прибегая к неизвестным ей столовым предметам, лежащими тут же на блюде, прям руками, стала просто уничтожать всё, что находилось на тарелке, еда была необычно вкусна, с новыми и незнакомыми оттенками, но такими аппетитными. В кувшине, что стоял возле тарелки, оказался морс, сделанный из невероятно сладких и ароматных ягод. Съев и выпив всё, Братислава захотела спать, что она незамедлительно и сделала, так как кровать была рядом, укутавшись в неземное одеяло, она уснула.

В комнате не было времён суток, здесь всегда было светло и тепло, звучала разная и красивая музыка, за преградой на стене менялись цветы, ландшафты, водопады, Братислава любовалась ими, ела вкусную еду, спала сколько захочет. В её памяти всё реже и тускнея всплывали воспоминания о павшем муже, о деревне, что её приютили ещё в младенчестве. На неоднократные попытки с кем-то поговорить ей никто не отвечал, и она уже отчаялась, что ей кто ни будь ответит, на её многочисленные вопросы, первым из которых был, что это за место, где она находится, как всегда отвечала тишина.

Однажды,