— Я… — прижав руку к амулету, который был спрятан под блузкой, Нинель взглянула парню в глаза, в которых читалась надежда, что она напьётся до беспамятства, после чего девушка грубо бросила, убрав руку кавалера, — Со мной всё в порядке!
— О-о… Ни-и-инка, — Таня обратила внимание на состояние подруги, — По-о-охоже тебя уже торкнуло.
— Кто бы говорил. — рассмеялся Виталий, после чего поцеловал подругу в висок.
— Слушай, — жжение в груди стало более болезненным, и Нинель, встав с места сказала, — Я отойду.
Девушка поспешила в туалет. Закрыв за собой дверь, она одной рукой опёрлась об края раковины, а другой хватилась за талисман, после чего начала глубоко дышать от нахлынувшей боли. Однако прошло меньше минуты, после чего жжение сошло на нет. Когда девушка пришла в себя, она удивлённо взглянула на своё отражение в зеркале. Да, Нинель привыкла иногда чувствовать лёгкое покалывание в груди, но вот эта боль была уже в новинку. И если жжение пропало, то головокружение никуда не делось. Отойдя от зеркала, девушка подошла к стене и прижалась лбом к кафелю.
“Так… Надо уходить отсюда!” — вместе с этой мыслю Нинель вернулось и жжение в груди.
И стоило девушке развернутся, как перед ней стоял почти вплотную… Артём! Нинель испугано вдохнула воздух ртом.
— Как ты сюда вошёл? — возмутилась девушка.
Артём лишь молча ухмыльнулся, после чего началась настоящая чертовщина. Лицо парня изменилось. Область вокруг глаз стала костяной и покрылась трещинами, через которые проходил яркий голубой свет, а сами же глаза стали полностью жёлтыми. Не успела Нинель закричать, как Артём молниеносно схватил девушку и насильно впился в её губы. А дальше сознание Нинель провалилось в темноту…
На следующие утро Воронцова проснулась в своей квартире. Девушка, будучи в одежде, лежала плашмя на своей кровати. Когда она открыла глаза, то сразу же почувствовала лёгкую головную боль, из-за которой у неё с трудом получилось оторвать голову от подушки. Встав с кровати, Нинель подошла к зеркалу. Помимо растрёпанной причёски и подтёкшего макияжа, она увидела одну странную вещь. На лбу был маленький чёрный синяк.
“Что за фигня?” — девушка попыталась вспомнить, что случилось прошлым вечером.
Однако воспоминаний было немного. Последние, что Нинель чётко помнила, это то, как она из-за сильного жжение в груди убежала в туалет, а дальше… Темнота. Девушка продолжительное время напрягала память, дабы попытаться вспомнить из-за чего она потеряла сознание и как вообще оказалась дома, однако дальнейшие моменты были как будто стёрты из головы.
Перестав гадать, Нинель достала телефон и Вконтакте связалась с Таней, дабы та прояснила ситуацию.
Танечка: Проснулась, пьяная принцесса!
Нинель: В смысле? Ты видела, как я ушла из Ё бара?
Танечка: Нет, Нинка. Ты так набухалась, что отрубилась в туалете.
Нинель: Чего?
Танечка: Того! Артём устал тебя ждать и ушёл из бара, а я решила посмотреть, как у тебя дела. Хорошо, что ты дверь забыла запереть!
Нинель: Как? Я ведь только один стакан выпила, и то не весь.
Танечка: Нинка, я всегда говорила, что ты не умеешь пить, но вчера ты превзошла саму себя! Блииин! Я и Витя тебя еле до квартиры дотащили. Если что, ключ я оставила под ковриком в коридоре.
Прервав диалог, Нинель медленно дошла до кухни. Поставив чайник, девушка села за стол, пытаясь осознать странный вечер.
“Блин! Никогда бы не подумала, что напьюсь до потери сознания.” — девушка прижала ладонь к лбу, — “Что ж, Нинель, это послужит тебе уроком. Ещё хорошо, что ничего ужасного не случилось. Хотя может хорошо то, что так вообще случилось. А то этот Артём как-то странно на меня смотрел.”
Когда чайник закипел, Нинель налила кипяток в чашку с чайным пакетиком, после чего ушла в душ с надеждой, что вода поможет смыть странный эпизод из памяти.
Проблемный путь
Два месяца спустя.
Даже ночью по Октябрьскому мосту, соединяющею волжскую часть города, продолжали, словно кровь по венам, проезжать множество автомобилей. Молодая на вид девушка, одетая в короткую узкую юбочку и в кожаную куртку, глядела то на дорожное движение на мосту, то на Волгу, на гладе которой отражались огни набережной. Некоторые водители, видя на тротуаре фривольно одетую девицу, останавливались, дабы спросить цену. В другую ночь она бы согласилась сесть в машину, однако сейчас девушка ждала друзей, поэтому она просто кивала головой, давая водителям понять, что ей не интересны их предложения.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
И вот, наконец, ожиданию пришёл конец. К девушке подошли двое крепких молодых людей. Один, из-за курносого носа, торчащих ушей и маленьких глазок, напоминал свинью, которая эволюционировала до человека. Его товарищ казался более привлекательным, благодаря накаченному телу, но опухшее лицо портило картину. Заметив друзей, девица вопросительно на них взглянула.
— Прости за задержку, Ива. — сказал накаченный, — Сама понимаешь, у нас охота.
— Я так и поняла, Геракл. — затем Ива обратилась к другому молодому человеку, — Кабан, вы связывались с остальными?
— Сказали, скоро… — Кабан осёкся, — А вот и они.
К компании присоединились Витя и Артём. Присутствующие заметили, что у второго вокруг рта были лёгкие ожоги. Дружественно обняв девушку, молодые люди подошли к парням.
— Как жизнь, Звездочёт? — спросил Геракл, поздоровавшись с Виталием.
— Пока всё ништяк!
— Казанова, — Кабан обратил внимание на ожоги Артёма, — Ты где так обжёгся?
— Не спрашивай! — отмахнулся парень, — Я сам теряюсь в догадках.
— Поздоровались, — Ива собрала всех, — А теперь давайте к делу!
— И в чём же оно? — спросил Артём.
— Как вы думаете, сколько уйдёт времени, чтобы собрать каждому нужное количество? — после этого вопроса девушки, парни между собой переглянулись, — Месяц или два? А вы не думали, что к тому моменту, Княгиня может уже всё собрать, и мы будем не удел, пока остальные будут нежиться под её покровительством?
— А ты предлагаешь ускорится? — с усмешкой спросил Витя.
— Ты правильно понял, Звездочёт.
— И как это нам сделать? — не понимал Кабан.
Ива молча указала на дорогу. Парни задумчиво глядели на проезжающие машины, а затем скептически посмотрели на девушку.
— Ива, а ты не боишься, что милитасы… — начал Геракл.
— А как? — рассмеялась девушка, — Милитасам такое в голову не придёт! Тем более, ты у нас хронос, и твои способности будут очень кстати.
— А что делать с опустошёнными? — спросил Артём.
— Придумаем что-нибудь. — затем Иву осенило, — Мы можем потом утопить автобус. И милитасы не догадаются.
Артём и Виталий сначала скептический взглянули на дорогу, а затем на своих друзей.
— Не-е. Это какой-то не реальный план! Я пас! — затем Артём обратился к Вите, — А ты как?
— Согласен. — затем Звездочёт обратился к Иве, — Знаешь, лучше медленно, но зато без палева.
— Но… — начала было девушка
— Счастливо оставаться! — махнул рукой Артём.
Парни направились по домам. Ива, скорчив недовольную гримасу на лице и упрекнув в трусости ушедших, обратилась к Гераклу и Кабану. Те, неотрывно смотря на дорогу, долго размышляли над предложением, после чего решили, что можно попробовать рискнуть.
***
“Я, наверное, спятила.” — подумала Нинель, сидя в маршрутке и держа в руках сумку с вещами.
Такая же мысль у девушки возникла, когда у неё не получилось поступить в несколько учебных заведений, и она от безысходности решила позвонить по телефону, указанному на визитке. Когда Воронцова приняла предложение от секретной организации, ей велели с вещами приехать в назначенное время на Советскую площадь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Когда девушка туда пришла, недалеко от церкви Ильи Пророка стоял автобус. Нинель обратила внимание на мужчину в солнцезащитных очках, стоявшего рядом с общественным транспортом. По цветам в одежде девушка поняла, что нужно подойти к нему.
