мой ориентир. Нельзя оставаться, слуги должны следовать за слугами.
Приходится вот такие костыли использовать, чтобы одёргивать себя.
— Доброй ночи, Алан, — машет она ему. — Думаешь, когда-нибудь ты станешь маленькой девочкой?
Я краснею, вспоминая об этом их разговоре.
А затем и из-за очередного странного ответа своего господина:
— В каком-то смысле… надеюсь на это.
Глава 6
Хорошо то, что мне некогда думать о мастере Вардене — предстоит проделать большую работу, чтобы принять несколько десятков гостей.
Плохо то, что генерал работает наравне со мной, потому что решил, что одна я не справлюсь. И, мол, он просил помощи по организации, а делать ничего не нужно. Как обычно…
Мы стираем, штопаем, обновляем и вешаем шторы. Отправляемся за продуктами. Приводим в порядок и облагораживаем гостевые комнаты.
Сооружаем импровизированные кровати для слуг.
Потому что негостеприимно было бы разрешить спать им прямо на полу, как изначально предложил дракон.
— Они слуги, всё в порядке, Варя.
— Такие же, как я. Так почему я тогда сплю на кровати?
Конечно, понятно почему. Но мне хотелось услышать ответ. Прояснить хоть что-нибудь. Но дракон лишь рявкнул:
— Ладно, — и принялся за дело.
За мужчиной, умело работающим руками, наблюдать одно удовольствие.
Тем более, когда он так хорошо сложен…
В итоге генерал мне и вправду очень сильно пригождается. Он легко делает за день то, с чем местные мужчины не управились бы и за неделю. И при этом успевает следить за мной, чтобы я не поднимала ничего тяжёлого.
Пелагеша большую часть времени наблюдает за мной. Но в особо пыльные и грязные комнаты я её не пускаю, поэтому в эти пять дней подготовки к гостям мы видимся с ней меньше чем обычно.
Благо, удалось вывести паразитов у Гилмор, и она может иногда присматривать за малышкой.
Сотрудничать с мастером Варденом приятно. Главное — не засматриваться на него слишком сильно, чтобы не провалить все задания.
В конечном счёте мы справляемся тютелька в тютельку.
Нет, разумеется, нет предела совершенства, и замок всё ещё совсем не готов принимать кого-то вроде императора, но уже всё равно смотрится неплохо.
— Я имел в виду куда меньшее, буду откровенен, но ты всё делаешь с такой энергией, что мне не хочется вставать на её пути.
Он не особо-то хочет показаться перед кем-то вычурнее и богаче, чем он есть. Его мало заботит, что о нём подумают. Это подкупает.
Я благодарю его. Выдыхаю усталость и спрашиваю:
— Господин, какие у меня обязанности в то время, когда здесь будут гостить ваши друзья?
Он будто бы задумывается на несколько мгновений, затем говорит:
— У тебя будут выходные дни. Они приедут со слугами — те справятся.
Мне хочется поспорить, что я уже изучила каждый уголок замка вдоль и поперёк, что мне нужно проинструктировать новых людей, поговорить с ними, передать ключи и так далее. А это займёт некоторое время.
К тому же, некоторые комнаты я всё-таки не согласна открывать, иногда спокойнее всё сделать самой.
В общем… да, аргументов много. Но я смотрю в его глаза и думаю: а зачем спорить? Господин отдаёт приказ — я подчиняюсь. Такой был уговор.
Он хочет, чтобы я отдохнула?
У меня есть чудесная девочка, с которой я могу провести время.
— Хорошо, мастер Варден, как скажете.
А уже это почему-то заставляет его едва заметно покривиться, словно я сказала что-то неприятное. И как же прикажете понимать этого загадочного мужчину?
Он отправляется в свои покои, я в свои.
Так странно, что мне не нужно будет вставать рано.
Но, боже, если я могу работать ради дочери, то неужели не справлюсь с тем, чтобы отдохнуть ради неё?
Тем более что я до сих пор чувствую вину. Мне хотелось бы быть лучшей мамой для неё. Не пропадать на работе. Быть рядом тогда, когда ей хочется. Не допускать никакого зла рядом…
Крепко прижмуриваюсь. Нужно прогнать из мыслей бывшего мужа. Это всё позади.
Теперь всё хорошо.
И я не должна ничего испортить.
С любимой дочкой проводим время перед сном. Я вспоминаю наши сказки и выдумываю новые. Про попаданок и драконов — в последнее время ей они больше всего нравятся. И мне, признаться, тоже…
— Мама, а Алан хочет быть на месте папы?
Я глажу её по волосам.
— Нет, детка, он просто шутит. Помнишь, что я тебе говорила? Он мамин босс. Он не может быть как папа.
— Потому что папа мало зарабатывал?
Усмехаюсь.
— Нет, потому что субординация.
— А-аа, я помню, мамочка про субба… суббороду… субмарину.
— Да… — щекочу её. — Субмарина между нами, зайка. Так что нельзя.
Она смеётся и извивается белой змейкой.
Уже собираемся ложиться спать, как вдруг в дверь стучат.
Сердце ёкает.
Генерал?
— Ну что, спите там? — нет… это всего лишь Гилмор. — Новость есть.
— Проходи.
Она тут же забегает и начинает взахлёб рассказывать:
— Раньше времени несколько повозок прибыло. А там… император. Да не один, а с какой-то герцогиней…
Мне сразу становится как-то холодно.
Субмарина даёт трещину, честно говоря.
— Император? А герцогиня… Разве это не должно было быть встречей друзей?
— Вот-вот! — ликует Гилмор. — А я тебе говорила. Пришла порядки наводить… Правила такие — нужно жениться. Он слуга императору. А императору нужно укреплять связи…
Она так об этом говорит, словно одна-единственная разобралась в том, как работает власть.
— И если он даже не хочет… У него нет выбора? У него ведь была жена…
Гилмор машет рукой.
— Он тебе говорил? Это было давно. Он вон повеселел. Значит, можно уже…
— Жена? — хлопает ресничками Пелагея. — А она ему сможет такой борщ варить? Мама, ты её научишь? Алану очень понравилось…
— Благородные леди не готовят, — вспоминаю я его слова.
Глава 7
Гилмор с завистью и непониманием смотрит на то, как Пелагеша откусывает кусочек от подарка мастера Вардена. Её в какой-то момент даже начинает трясти.
— И чего это он задабривает вас так… Слушай, Варя, может, он перепродать хочет? Ну, мелкую хотя бы. Присматривается вот.
Я закатываю глаза.
Дочка молча слезает со стула, подходит к Гилмор и протягивает ей кусочек.
— Нате ешьте, — звучит даже требованием.
Как «только замолчите». Но едва ли Пелагеша имела это в виду. А всё равно приглаживаю свою малышку по голове и звонко целую в щёку.
— Ну что ты не чешешься? — хмурится Гилмор — она делает вид, что ей не нравятся все эти барские штучки вроде шоколада. — А если его жена новая тебя вышвырнет?
Я смиряю её
