Выбираю момент, когда с меня третий бандит пытается снять кольцо и соответственно стоит наклонившись ко мне, отталкиваю держащих меня и изо всех сил бью кулаком в лицом третьего придурка. Он отлетает, и у меня появляется секунда времени. Прыгаю в протоку и выползаю на ту сторону к Анке. Минута передышки, фонари нападающих мечутся по шоссе, после чего мы видим, что они, развернувшись цепью, направляются к протоке. В этот момент я понимаю, что больше сил драться у меня уже нет, Леша тоже не особо боец, и я принимаю решение покинуть наш лагерь. Кстати, в драке я лишился своего паспорта.
Из последних сил бежим к палатке, хватаем там Лешу, растревоженного шумом драки с дороги, и выходим кустами к руслу большой протоки, которая своим ревом заглушает наши шаги и не дает нас обнаружить. Приходится идти босиком по острым камням и колючкам, но делать нечего, и я веду нашу команду задами, не выходя на дорогу, к дому, где живет Цотме и его родители. Перелезаем через забор, я без особых проблем договариваюсь с собакой, выходим к дому. Стучимся - никого. Но дверь не заперта, входим в комнату, там стоят кровати. Я в этот момент уже едва держусь, мне уже не до приличий, и мы ложимся спать, чувствуя себя в безопасности. Вот так не просто мы оказались невольными гостями в Сванском селении Рцхмеллюрри.
Самое время сказать несколько слов об укладе жизни Сванского селения. Почти во всем это и впрямь 18-19 век. Впервые в жизни я видел действительно натуральное хозяйство. Денег там нет и не бывает. Все, что можно, они растят сами на огородах, остальное выменивают на базаре. И всех (кроме молодежи) это устраивает. Работа на огороде занимает у них около часа в день. Остальное время они "отдыхают" - т.е. просто ничего не делают. И не хотят. Сохранились у них и всякие древние традиции, правила поведения и.т.д. Что такое время они толком не понимают. Ну неделей больше, неделей меньще - а какая собственно разница. Говорить о часах и минутах и вовсе бессмысленно. Основная проблема - молодежь. Их эта жизнь не устраивает, и из-за этого полностью потеряна связь между старшим и младшим поколениями.
Но вернемся к нашей истории. Утром мы легко объяснились с хозяевами на тему, как мы попали в дом, и вновь пошли к старейшине Эль-Бучо. Старейшина оказался круглым идиотом. За свою жизнь он выучил единственную мудрость - помолчи, за умного сойдешь. И он действительно молчал среди бесконечного крика, стоявшего вокруг. Впрочем, его идиотизм не имел никакого значения, так-как все равно там всем заправляют женщины. А жена старейшины Вера оказалась на редкость сообразительной и шустрой бабой. Подробно выспросила, кто из бандитов во что был одет. Нас это несколько удивило, так-как переодеться они десять раз могли с тех пор, но она нам объяснила, что тут у каждого только одна одежда на лето, и одна - на зиму. И даже если человек исхитрится найти другую одежду, то это фактически означает признание им своей вины. Мы сообщили приметы, рассказали про девушку в красной майке, а также о том, что у одного из бандитов дядя в Питере (Вот глупость то! Представились нам вымышленными именами, а про дядю правду парень сказал! Естественно, вся деревня знает, у кого дядя в Питере!). Допросили девушку. Сначала она показала на других, но мы тут же сказали, что это не они. После чего девушка все же раскололась, и первые двое из нападавших были идентифицированы. Выяснилось, что они свалили в Кутаиси, и их родители тут же организовали за ними погоню.
Надо сказать, что сообщение об ограблении всколыхнуло всю деревню. Им действительно было стыдно, и каждый боялся, не его ли это сын. Но когда имена бандитов - Нико Твеллианни и Георгий хрен знает какой там были выявлены - все разом успокоились. И уже почти никто не горел желанием помочь нам вернуть награбленное. Несколько волновало их, кто третий, но вскоре и это выяснилось по большому фингалу под глазом - хотя нам его имя так и не сказали.
У нас был один козырь - мы угрожали заявить в полицию. Правда, Цотме объяснил нам, что хоть бандитов они конечно словят и посадят, но вот деньги нам вряд ли вернут. Поэтому реально мы туда соваться не хотели. Но полиции там боятся всерьез. Говорят, чтоб выкупить из тюрьмы своего сына-бандита нужны деньги куда большие, чем у нас стырили. Еще говорят, что в деревне есть свои осведомители. Как потом выяснилось, полиция и впрямь все время была в курсе происходящего, но ждала, когда большую часть работы за них сделаем мы с жителями села.
С момента установления личностей бандитов всю работу с нами проводил некий Сосо, работающий (что очень там большая редкость!) ментом в Кутаиси. Причем в каком-то довольно высоком чине. Но тут он был не ментом, а скорее посредником. Причем не очень умным. Он старался вначале изображать из себя нашего защитника. Но не очень то ему это удалось.
- Паспорт искал? - спрашивает меня Сосо.
- Естественно, говорю ему.
- Пошли опять искать
Идем с Сосо на дорогу искать паспорт. Он выясняет где была драка. Ну, говорит, иди еще поищи, а я назад пойду, устал. Прохожу еще метров 50, разворачиваюсь, на месте, которое я показал Сосо, лежит мой паспорт. Иду назад. Сосо сидит на завалинке. Молча сажусь рядом. Сосо удивленно на меня смотрит.
-Ну, что, нашел?
-Что нашел?
-Паспорт нашел?
-Да, нашел.
-А где?
-Да там и нашел.
-А, ну все правильно...
После чего я его пристыдил полунамеками. Сосо нахмурился и пошел к Леше. Эй, говорит, скажи Антону, чтоб он не думал, что я заодно с бандитами. Я не заодно. Я просто хочу, чтоб и вам, и им обидно не было... А вскоре он и вовсе раскололся, что он двоюрный брат этого самого Нико, и что даже он лично отнял у него обрез - чтоб полиция, если приедет, не нашла....
К середине дня бандитов привозят из Кутаиси, но в поселок не везут, и они прячутся где-то в лесу. Связь с ними поддерживают через другую молодежь, и к моему ужасу до меня доходит, что речь идет не о 2-3 придурках, а о вполне сплоченной банде. Я понимаю, что даже если нам все вернут, ехать дальше через Сванетию нельзя. И я принимаю непростое решение в максимально короткие сроки произвести эвакуацию группы из опасного района и прекратить прохождение маршрута.
С этого момента наша стратегия значительно изменилась. Если до этого мы напирали на возврат всего похищенного, то теперь основным нашим требованием было время. И это доходило до жителей села ну с очень большим трудом. Мы потребовали: возврата всего снаряжения, возврата денег, достаточных для вылета в Москву и оплаты провоза нашего немалого багажа, обеспечение транспорта до аэропорта и сопровождения из местных жителей для гарантии безопасности. Весь вечер шли переговоры, но к ночи наши требования были приняты.
