с этим помочь могла и Инна, которая усердно готовилась к выпускным экзаменам и время от времени забегала ко мне, чтобы расслабиться. Ну а в остальное время я трудился и сам, помогая Полине с нахлынувшим потоком постояльцев. С началом лета в городе начинался горячий сезон, и мой гостевой дом превращался в настоящий проходной двор, где всегда полно голосов, гомона, топота, грохота, уезжающих и приезжающих, которые наполняли пространство жизнью.
Вообще, я люблю лето — люблю рассматривать голые ножки девчонок, облачающихся с жарой в короткие юбочки, шортики и сарафанчики. Люблю, лениво валяясь на горячем песке, ловко скашивая глаза, изучать женские прелести, выглядывающие из-под бикини. Благо, разнообразие огромно с учетом целой лавины туристов — и только насмотришься на одни, как тут же приезжают другие. Хотя в таком потоке есть, конечно, и минусы. Там, где раньше можно спокойно проехать на самокате, теперь приходится спешиваться и тащить его среди толпы. Повсюду, сбивая знакомые маршруты, появляются разноцветные лотки — с сувенирами и разными вкусностями. Со всех сторон, не давая ни минуты покоя, зычно зазывают «не хотите прокатиться на катере?», «не желаете посмотреть наши красоты?» Почему-то и меня заманивают вовсю. Неужели по уже въевшемуся в кожу загару не понятно, что я местный? Или я смотрюсь так же мажорно, как турист?
А еще летом вдоль набережных, словно дразня богатством, устраивается натуральный парад катеров, кораблей, яхт и прочих водоплавающих излишеств. Не удивлюсь, если однажды увижу тут и теплоход с названием «Катерина». Хотя скорее «Мишель» — это же в честь него мамочка любит называть всякую хрень.
Но главная причина, по которой я последние несколько лет так сильно люблю лето, — это Полинины сиськи, которые целыми днями разгуливают по дому в одном купальнике и легкой блузке, типа для официальности накинутой поверх. Вид этих роскошных сочных холмов, качающихся в такт каждому шагу и каждому движению своей хозяйки, с легкостью можно причислить к моим любимым видам на всем курорте — вот куда бы я не задумываясь приобрел экскурсию. Но увы, мне дозволялось только наблюдать — к счастью, безлимитно.
Так незаметно прошла большая часть июня: я пялился на прелести моей управляющей и помогал ей по дому, переписывался с уехавшими Аленой и Владой, отбивался от Дашиных щедрых предложений, гонял Инну сначала по экзаменационным билетам, а потом по себе. И, конечно же, мониторил, что там происходит у Даны на Мальте. Словно ведя репортаж о заграничной жизни, она постила регулярно — фотки старых городов, локальные достопримечательности, какую-то местную выпечку, море, пляж, себя в компании незнакомых девчонок, вечеринки под открытым небом, клубы с неоновыми огнями… Она туда вообще учиться поехала или как? Остров разврата, блин, похлеще Карпова. Ее папаша хоть видел, куда ее отправил? Хотя снимков в купальнике по-прежнему не было — моя недотрога оставалась недотрогой везде. И в данном случае это, признаться, радовало.
А затем одним особенно жарким днем ко мне завалилась довольная, счастливая Инна с бутылкой шампанского. Причем отмечать собралась не только экзамены, которые сдала вполне приемлемо, но и кое-что еще — что явно радовало ее гораздо больше.
— Все, она не уедет! Катерина не уедет! — победно потряхивая бутылкой, сообщила капитанша. — Она остается в Карпове, это точно! Мы вчера вместе подавали документы в наш универ. И учиться будем вместе!
— И что же, Лондон, получается, в пролете? — не без ехидства уточнил я.
— Ну получается, в пролете, — пробка ликующе взлетела в воздух. — Взялась-таки за ум! А я всегда говорила, что здесь ей будет гораздо лучше…
И как это он ее не убедил? На мой взгляд, мумба-юмба-дэнс был очень убедительным. Но, видимо, черные ребята не в ее вкусе — так что не спасти наш бедный Карпов от этой заразы.
Лондонский диссидент тоже, похоже, что-то праздновал — ибо в его аккаунте снова сменился статус: «Ну и хрен с тобой, в Англии полно баб!» Словно демонстрируя это, на новой аватарке пьяных девиц вокруг него было уже столько, что все даже не влезали в кадр. Лично я насчитал восемь пар осоловевших глаз — он их что, в геометрической прогрессии собирал? И еще чьи-то локти, волосы и уши торчали рядом. Или это такая фотосессия со всеми преимуществами европейского образования? Надо Дане показать — даже интересно, что она на этот счет думает.
Ну а дальше все, кто следили удаленно за этой Санта-Барбарой, запаслись попкорном и в злорадном предвкушении потирали руки. Главная загадка сейчас была, приедет он на ее выпускной — или в Англии и правда полно баб. Что сказать? Поздравляю, Катерина! Надеюсь, наконец-то сделала вывод о том, что не стоит мутить с дебилом. Следом поздравить ее попросила и моя матушка.
— Что значит «что-то нет желания»? — напутствовала родительница по видеосвязи. — Просто занесешь подруге детства букет цветов от меня и от себя, конечно же. Это в честь всей той дружбы, всего того, что между вами было!
— Да она не помнит уже, что там когда-то было, — пытался отнекиваться я.
— Не говори глупостей, — давила собеседница, — все она отлично помнит. А ты должен ее поддержать. Особенно сейчас…
Ага, должен — еще бы она это ценила. Но спорить с мамами себе дороже. Так что, в очередной раз выслушав, как важно показывать лояльность, я был отправлен с букетом белых роз и теплыми словами к одной заразе — поздравить с выпуском.
Добираясь до ее дома, я натолкнулся на десяток листовок на автобусных остановках и столбах, усердно, но, как оказалось, безуспешно зазывавших это величество в Англию. Грязные, потрепанные ветром, смоченные дождем — они уже не выглядели привлекательно. Одна и вовсе, будто не выдержав моего взгляда, оторвалась от стены и упала на землю, где ее тут же придавил чей-то пыльный кроссовок, как бы говоря, что ООО «К+М» больше не актуально.
Ну а проходя мимо дома ее соседа, я с удовлетворением отметил, что на изрисованных воротах среди потускневших сердечек, членов и «Мишель, I love U!» появилась парочка весьма свежих и красочных «мудак», «урод» и «козел». Поскорее бы уже все следы его пребывания в Карпове исчезли, чтобы больше ничего не загрязняло город.
Наконец я дошел до нужного особняка и на пороге был встречен ее величеством лично, чьи поджатые губы и острый взгляд выдавали, что оно и сегодня не в настроении. Вот такое злое зло.
