А между строк: какого черта я связался с этой девчонкой?
Она прекрасно поняла намек, опыт у нее имелся. Вы встречаете мужчину, заводите с ним отношения. И все идет замечательно, пока однажды он не спрашивает, чем вы зарабатываете себе на жизнь.
— Танцую, — говорите вы.
— Где? — спрашивает он. И тут вы в пролете.
К тому моменту, когда от отчаяния она стала стриптизершей, такая ситуация ей была хорошо знакома.
Она больше не занимается ни танцами, ни стриптизом, однако это дела не меняет.
Да пропади все пропадом, пусть прошлое остается достоянием истории. Немного удачи — и она скоро покинет Вегас. Не будет больше звона игральных автоматов. Не будет парней, которые относят ее улыбки на свой счет. Не будут болеть ноги.
И самое главное — она больше никогда не увидит Кира.
Сейчас он где-то далеко.
— Я решил сделать передышку, — сказал он ей, когда они сидели за столом и улыбались друг другу. Улыбки сближают людей.
Кир сообщил, что едет в Нью-Йорк, затем запнулся, словно собирался добавить что-то еще. На секунду ей показалось, что, возможно, она услышит:
— Касси, поедем со мной…
Цифры на панели ожили, и двери кабины открылись. Касси пыталась всунуть ногу обратно в туфлю, когда двери начали сдвигаться.
— Эй!
Прихрамывая, Касси ринулась вперед, и каблук застрял в кусочке фанеры, которую, должно быть, оставил на полу кто-то из бригады ремонтников.
— Идиот, — пробормотала девушка.
Она приложила все усилия, чтобы освободить ногу, но каблук застрял намертво.
— Вдвойне идиот, — сказала она и вытащила ногу из туфли. Прикусив язык, она склонилась над туфелькой, стараясь освободить пленницу. Касси действовала осторожно, иначе дурацкий каблук мог сломаться. Он был высоким и к тому же очень тонким и неустойчивым.
Жаль, что она не надела эту пару шпилек на свадьбу Дон. Если бы она вонзила острый каблук в ногу Кира, он до сих пор бы хромал.
Как она могла так сглупить? Она всю жизнь придерживалась правила, гласившего: никогда не вступай в близкие отношения с начальником.
Это правило помогало избегать многих проблем, а она почти нарушила его. Ну, а он, с его установками, запрещающими сексуальные отношения между начальниками и подчиненными?
Как прикажете это понимать?
Без сомнения, она поступила глупо, но в том, что произошло, следует винить Кира, он ее босс. Возможно, для него не впервой соблазнять своих служащих, хотя она не слышала ни единой подобной сплетни. Впрочем, такие мужчины, как он, — высокие, широкоплечие, привлекательные — сами устанавливают себе правила.
Что делать с этой проклятой туфлей?
Если бы она никогда больше не увидела Кира, это было бы…
Кабина вздрогнула и остановилась, двери медленно раскрылись. Касси услышала, как кто-то откашлялся, и чуть не засмеялась, представив, как она выглядит со стороны…
— Привет, Касси.
Девушка замерла. Голос глубокий, с легкой хрипотцой. И звучит так, словно ничего не было.
Но… но этого не может быть. Кир в отпуске. Он…
Он здесь, собственной персоной, стоит с вежливой улыбкой. Как хотелось стереть эту улыбку с его лица!
— Ты, — произнесла она. Все отвращение, которое она испытывала к нему, сконцентрировалось в одном слове.
— Ты права, Касси, это я. — Молодой мужчина посмотрел на ее ногу. — У тебя проблема?
— Нет, — отрезала она, — я всегда езжу в лифте подобным образом: одна туфелька на ноге, другая…
Кабина пришла в движение. Она этого не ожидала и покачнулась.
— Осторожно!
Кир подхватил ее, но Касси оттолкнула его.
— Не трогай меня!
— Хорошо. — Его голос звучал холодно и сухо. — Хочешь свернуть себе шею — пожалуйста.
— Я сама справлюсь!
— Да, конечно. Я вижу, как ты справляешься. — Скрестив руки на груди, он наблюдал за ее попытками вытащить туфлю. — Не глупи, Касси. Позволь мне помочь… или ты предпочитаешь, чтобы я вызвал ремонтную бригаду?
— Что? Этих идиотов? Они и оставили здесь деревяшку.
Она с ненавистью посмотрела на него, затем на туфлю. Скорее всего, он сможет вытащить каблук. Кроме того, ремонтники, увидев эту сцену, от души повеселятся и пустят слух по всему отелю.
Касси подняла подбородок.
— Ладно.
— Спасибо. — Кир присел на корточки, приноровился, выдернул застрявший каблук.
— Вот. В следующий раз надень ходули…
Кабина задрожала. Касси взвизгнула, подвернула ногу и… оказалась в объятиях Кира.
Кто-то засмеялся.
Кир развернулся, продолжая прижимать ее к себе. Глаза Касси расширились: двое мужчин стояли у лифта, ухмыляясь.
Ее сердце остановилось.
Последние дни отель гудел о клане О'Коннеллов. Все сыновья и дочери Мэри Элизабет должны были слететься в родное гнездо на ее свадьбу с Дэном Койлом.
— Твои братья? — спросила Касси, заранее зная ответ.
Кир кивнул, его братья захихикали, и Касси пожалела, что в кабине нет люка, чтобы она смогла провалиться вниз.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
В гостиничном саду стояла тишина. Огромных размеров бассейн пустовал.
«Великолепно, — подумал Каллен О'Коннелл, покачиваясь на матрасе. — Даже можно увидеть звезды».
— Опять считаешь звезды? — раздался тихий голос Шона с другого матраса, дрейфующего поблизости.
— Это лучше, чем считать карты за игральным столом, как ты, — лениво пошутил Каллен.
Шон хохотнул:
— Мы опять вернулись в Грешный город. Наверное, единственное, что нам следует считать, так это красавиц.
— Как тем летом, помнишь? — Каллен улыбнулся. — Я экономил карманные деньги целый год, чтобы мы могли купить телескоп. А отец застукал тебя, когда ты подглядывал в него за девчонками.
— Нас. Ты тоже присутствовал.
— Да, верно, я был немного испорченным мальчиком.
Шон издал тихий смешок.
— Помнишь блондиночку из угловой комнаты на четырнадцатом этаже в восточном крыле?
— Как я могу забыть? Из-за нее старик выбросил телескоп и знатно прошелся по моему заду. Я неделю сесть не мог.
— Два дня, но признайся, она того стоила… Я посчитал, сколько раз мы совершали ночные вылазки. Не меньше двухсот.
— Дьявол, да нас только раз двести поймали.
Братья вздохнули, они скользили по волнам памяти так же легко, как по воде.
— Итак, — спросил Каллен, — где тебя застало известие о помолвке матери с этим парнем?
— В Монте-Карло. В казино. — Голос Шона посерьезнел. — Я потерял десять лет жизни, вскрывая конверт. Я думал…
— …что у мамы снова случился приступ. Знаю. Со мной было то же самое. Я просматривал электронную почту и наткнулся на сообщение с пометкой «лично» и адресом «Песни пустыни». — Каллен вздохнул. — Дэн Койл. Никто не знает его.
