– Какого хрена?! БерсаГон, делай!
Но и у орка ничего не вышло. Я стоял в окружении двух дегенератов с выпученными от напряга глазами, пытающихся разорвать неподдающиеся свитки. Охренеть, что происходит.
– Вот так место чудное нам попалось, согласитесь? Ха! Вы же сейчас, приштырки дворовые, босоногими станете! Смекаете? Вы только проникнитесь глубиной глубины этой мысли. Вы. Сейчас. Просрёте. Абсолютно всё. Что на вас. Болтается. Ну, как преспетивка? Всосали, утконосы чернобыльские?
– Морр! – первым не выдержал Варан, – Давай сторонами разойдёмся! На твоих условиях, что скажешь?
– Фу! Тебе самому не противно? Какой ты нахрен вообще лидер после этого? Сортирный, разве что. Да и Варан из тебя такой же, как из ректального червя виверна. Знаешь, почему твоя подружка с надутыми губами молчит? Просто эта уродина уже в курсе, что у меня должники только вперёд ногами выходят. А вы, потаскухи придорожные, мне ко-о-онкретно так задолжали. Ибо в смерти только искупление. Правда, противная зелёная мымра?
– Я тебя достану, Морр. Ты ещё поползаешь на коленях. Обещаю, – ответил орк, смотря перед собой отрешённым взглядом.
– Чё, по-нормальному, по-человечески не хочешь? В себя поверила, чепуха?
– У-у, жуть какая! Ля, как поносом прорвало твоё речевое отверстие. Ты мне за жизнь решил раскидать? – хмыкнул я, – На пацанское с западлом взять, что ли? Так не выйдет, и знаешь почему? Сейчас на твоём языке, ушлёпском, объяснить попытаюсь. Так вот, не тебе черту поганому людское своим роталом пачкать.
– Чё?!
– Вараний хвост через плечо!
– Следи за базаром! Ты! – глаза Варана налились кровью и вспыхнули ненавистью. Подобное поведение, утратившее направление берегов, с их стороны, выбесило меня окончательно.
– Уф, а то что? Бить будете? Вы обе две обезьяны сифилитные, знаете, чем меня поражаете и бесите одновременно? Вы же сами, потаскухи прокисшие, всю эту возню затеяли! Начать начали, но вот вывезти не смогли. Привыкли, псы рахитные, к вседозволенности. А тут, бац, и хер вам полусдутый на рыло сиплое. Сделать ничего не можете и секутить начинаете. Напоминаю, что абсолютно всё, что с вами произошло, происходит и ещё будет происходить, целиком и полностью ваша заслуга. Вы же как китайские пионеры, которые сами себе создают трудности, а потом мужественно их преодолевают. Только вот мужества в вас ни грамма, зато гнили под самый жвак. Да и преодоления трудностей хромает, если честно.
Внезапно ноги до середины бедра обвили Корни, но их без беспрепятственно рассекли лезвия доспеха. Паладин попытался сделать выпад со спины, намереваясь меня пронзить мечом, но и его оружие звонко разлетелось на куски.
– Да откуда у тебя такая броня?! У тебя же тяжёлый доспех под рясой! Да откуда?!
– От еврейского верблюда, – ответил я, разворачиваясь к нему, – Как всегда, со спины, как крыса. Я же говорил, не Варан, а чёрт обыкновенный. Хотя для тебя даже это звучит слишком громко. Так, чепушила мутного розлива, вот ты кто.
– Чё ты сказал?! Чё?! – буквально заверещал он, пытаясь вырваться из опутавших его щупалец
– Чёпчик в жопу! И Фионе твоей и тебе… Варя! Аха-ха, твою мать! Вот это прикол! – я редко ржу над своими шутками, но эта мне прям зашла.
– Да я тебя на меха порежу, слышишь?! Я за твой базар, знаешь, как с тебя спрошу?!
* * *
Бессильная ярость Варана вызвала улыбку умиления. Ну, такой он потешный в своём гневном образе, честное слово. Драконил я его вполне сознательно, выводя на эмоции эту истеричку и заставляя захлёбываться собственной желчью.
Что к одному, что ко второму, я не испытывал ничего, кроме Истинной ненависти. Подлые и низкие поступки обоих игроков сформировали у меня стойкую негативную линию восприятия их сущностей.
Прощать подобное? Прежде всего себя уважать перестать. Не обращать внимания? Значит, давать повод, лишний раз считать, что этой мразоте всё дозволено. Нет, вселенское всепрощение – не про меня. Это точно.
Мне тут даже писькапротивная Инквизиция ближе как-то – такую мерзость надлежало предать огню. В том плане, что уничтожить следовало. И очень печалило, что столь радикальные и безнравственные меры ни к чему не приведут – респнутся, черти, и всё.
– Короче, говорить с такими особями, занятие крайне бессмысленное и неблагодарное, ибо вы никогда не поймёте нормальных слов и не услышите их. Жирафы сутулые, вас даже могилой ведь не исправить.
– Морр, ты же понимаешь, что тебе просто кабзда, в натуре? Тебе теперь мир тесным станет! – зашипел Варан, брызжа слюной.
– Ты подписал себе приговор, Морр, – решила присоединиться и подать голос Берса, также опутанная щупальцами, – Читер ублюдсткий!
– В натуре, только кум в прокуратуре, – улыбнулся я Паладину, – А приговор уже подписан, только вам, черти пернатые. Ну, готовы заново родиться? Голенькими и в объятиях друг друга? Вы же помните, что всё ваше барахло здесь останется, а вернуться в Альфаир у вас вряд ли выйдет. По крайней мере в ближайшее время, точно.
– Тебе кабздец! – уже заорал Варан, выпучив красные, от лопнувших капилляров, глаза.
– Так, захлопнули пасти, оба! – щупальца заткнули им рты, – Я всё думал, как же вас, женщин гулящих, на респ отправить. Вас, как ни убей, всё одно – не то и мало. И вот, кажется, придумал. А не подарить ли вам смерть от лап Истинного демона? А?
Тело резко окутали густые клубы ниспадающей Тьмы, а глаза вспыхнули холодным, голубым пламенем. Стоит заметить, это стало лучшим моментом всех наших прежних встреч.
Ведь именно сегодня в их глазах я увидел Истинный страх. Накрытый волной испытываемой к ним ненависти, морально-нравственная сторона моего поступка забилась в такой дальний угол, что само её существование встало под вопросом…
* * *
