На это последовал уверенный ответ:
– От моего индикатора Брантингу на Земле не скрыться. Даже если он сейчас в противоположной точке земного шара! Конечно, если он всюду беспорядочно разбросал споры…
– Но и в этом случае мы его найдем по оставленным им следам, не так ли? Идемте к испытательным стендам.
Генрих хорошо знал брата и привык ничему не удивляться. Но Цвиркун не скрывал, что поражен. Установка была уже смонтирована, оставалось лишь ввести поисковый код в анализирующее устройство. Едва Рой вложил ленту в дешифратор, комнату наполнил мелодичный звон. Аппарат выпевал тонкую мелодию из одних звонов – тысячи серебряных колокольчиков зазвучали в лаборатории. Цвиркун, выкатив глаза, окаменев, как зачарованный воспринимал музыку аппарата.
– Это… Это… – с трудом выговорил он.
– Да, – сказал Рой. – Похоже, что каждая спора создает свой отдельный звон. Вы не ошиблись, Брантинг на Земле.
Цвиркун метнулся к стенду:
– Где он? Где? Ради всего на свете, где?
Рой усиливал и уменьшал звук, на шкале плясали зеленоватые змейки, они складывались в четкие линии. Брантинг был в Столице, он летел по ее улицам. Рой быстро подал на экран, занимавший половину стены, план города, сфокусировал на экран траекторию движения профессора. Брантинг выбирался из Столицы – кривая полета пересекла центр, прошла по Кольцевому проспекту, вновь углубилась в радиальные улицы.
– Он мчится в космопорт! – раздался истошный вопль Цвиркуна. – Совершил преступление и спасается от возмездия!
Генрих с тревогой посмотрел на Роя. Рой покачал головой.
– Дешифратор настроен на споры, а не на самого Брантинга. Если семена калиописа при нем, значит, он не совершил преступления. Пусть он уезжает, для Земли это лучше.
Цвиркун умолял, хватая руки Роя:
– Задержите его, не дайте бежать! О, вы и представить не можете, какой это будет ужас, если он скроется! Дамоклов меч, вечно висящий над головой! Надо его обезвредить, а не отпускать!
Рой вызвал космопорт. На экране высветился кабинет начальника. Начальник поднял руку, приветствуя братьев – они были давние знакомые, – внимательно посмотрел на скрючившегося от волнения Цвиркуна.
– Миша, важное происшествие, – сказал Рой. – В космопорт сейчас прибудет профессор Сильвестр Брантинг с Марса. Его надо задержать. Есть подозрение, что он собирается совершить запрещенное на Земле деяние. В Столице он неуловим, так как экранировал свой мозг и изменил внешность. В ближайшее время с Земли на планеты отходят какие-либо космолеты?
– Через полчаса стартует рейсовый на Марс, – ответил начальник космопорта. – Если ваш Брантинг решил сегодня улететь с Земли, то только на нем. Два лунных экспресса уже ушли, рейсовый на Меркурий перенесен на завтра.
– Отлично, Миша! Мы можем быть уверены?
– Разумеется. В космопорту Брантингу придется расстаться с экранизацией. Без сверки энцефалопаспортов мы никого не выпускаем в космос. Сейчас я затребую в Управлении государственных машин полную электронную характеристику вашего проштрафившегося профессора.
Рой погасил изображение.
– Мы тоже поедем в космопорт и прихватим с собой дешифратор, – сказал он Генриху и Цвиркуну.
В авиетке Цвиркун молчал, и молчание красноречивей, чем прежняя торопливая речь, выдавало, в каком он нервном возбуждении.
Авиетка опустилась у главного входа. Прибывших встретил сам начальник космопорта Михаил Ван-Вейден, высокий невозмутимый блондин.
– Задержали? – спросил Рой, выпрыгивая на землю. Ван-Вейден пожал плечами.
– Среди пассажиров Брантинга нет. Он не явился к нам.
– Но космолет ушел? – запальчиво крикнул Цвиркун. – Неужели космолет уже стартовал? Как вы могли допустить это?
– А почему, собственно, мы должны были задерживать корабль? – сухо осведомился Ван-Вейден. – Вы просили о проверке одного пассажира, а не об отмене графика межпланетных рейсов. Проверить пассажира я могу, для задержки рейса нужны обстоятельства чрезвычайные.
– Он скрылся! Он скрылся! – бормотал Цвиркун, судорожно сжимая руки.
– Всех перехитрил и скрылся! Ах, я ожидал этого, я же ожидал! Итак, ничего не предотвратить!
– Сейчас мы точно будем знать, куда делся Брантинг, – сказал Рой. – Миша, отведи нам свободную комнату для установки дешифратора. И, пожалуйста, еще раз сверь все энцефалопаспорта пассажиров.
Цвиркун впал в такую апатию, что не стал помогать братьям, возившимся у дешифратора. Лишь когда в комнате зазвучала мелодия звонов, Цвиркун вскочил, подошел к прибору. Дешифратор показывал направление в космос. Брантинг со своими спорами находился на корабле. Корабль шел с полной рейсовой скоростью, и, по мере того как он отдалялся, музыка в приборе затихала. В комнату вошел Ван-Вейден со списком пассажиров.
– Я был прав, Рой. Главная справочная машина еще раз проверила все энцефалопаспорта пассажиров и не обнаружила среди них Сильвестра Брантинга.
Цвиркун схватил список, торопливо пробежал его глазами. Вскрикнув, он стал тыкать пальцем в одну из фамилий.
– Как это? Как это возможно? Нет, это чудовищно!
– Джон Цвиркун, – громко прочитал Ван-Вейден. – Не понимаю, что вас смущает, друг? Справочная установила, что среди отлетевших пассажиров, согласно их энцефалопаспортам, находится некий Джон Цвиркун.
– Некий Джон Цвиркун – я! Я, я некий! И я нахожусь здесь, а не в космолете! – яростно закричал Цвиркун.
Рой обменялся с Генрихом быстрыми взглядами.
– Впервые попадаю в такую ситуацию, – растерянно сказал начальник космопорта. – Излучения мозга всех пассажиров были ясные, глубокие, все свидетельствовали о хорошем здоровье… Больных или ослабленных мы не выпускаем в космос. Значит, кто-то излучал в вашей мозговой характеристике? Но ведь это физически невозможно!
– Можете сверить мой энцефалопаспорт с фальшивкой, которую вам излучил Брантинг, и тогда вы убедитесь, что имеются возможности, которые выходят за пределы вашего понимания, вот что я вам скажу, вот что! – едко ответил Цвиркун.
Рой еще раз обменялся взглядом с Генрихом. Генрих наклонил голову, соглашаясь с тем, что ему сказал взглядом брат. Рой властно остановил беснующегося Цвиркуна.
– Интересный человек этот Брантинг, – спокойно сказал Рой. – И поступки его заслуживают, чтобы с ним познакомиться поближе. Раньше всего мы проверим, не оставил ли он все же где-нибудь на Земле опасных спор. А после проверки поспешим за ним в космос. Когда отходит ближайший космолет на Марс, Миша?
– Послезавтра, – сказал расстроенный начальник космопорта. – Внести вас троих в списки на Марс?
3
– Нет, разумеется, его не было, – уверенно сказал дежурный диспетчер Марсианского космопорта. – Кто же не знает профессора Брантинга? Такой уважаемый ученый! А что до Джона Цвиркуна, то как, спрошу я вас, он мог бы прибыть предыдущим рейсом, если он прилетел с вами и сидит сейчас передо мной? – И диспетчер дружески улыбнулся мрачному Цвиркуну.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
