Я вскочил на ноги.
- Кто забрал ее? - Я поморщился, схватившись за свой исцеляющий бок.
Глупый вопрос. Не дожидаясь ответа, я прорычал:
- Куда они ее увезли? Куда, Жасмин?
В её голосе слышались слёзы.
- Бонни все утро была скрытной, не давала мне выйти из комнаты, говорила, что у нас важные дела. Она не позволила мне спуститься вниз. Она не пустила меня в покои Нилы.
Мои пальцы вцепились в телефон, как в смертельного врага.
- Переходи к делу. Выкладывай, Джез! Куда они ее увезли?
Жасмин заплакала еще громче, погруженная в свое горе.
- Я не могу поверить, что сделала это, Кайт. Я схватила ее ножницы для стрижки цветов и потребовала правды. - В ее голосе слышались недоверие и ужас. - Я подъехала к нашей бабушке и пригрозила, что убью ее, если она мне не скажет. Я стала такой же плохой, как и они. Я такая же, как Кат! - Ее рыдания стали громче. - Я стала ими.
Черт, у меня нет на это времени.
Ярость от её траты времени боролась с моей потребностью успокоить ее. Всю свою жизнь она боялась только этого: превратиться в Ката. Забыв о своей человечности, она погрузилась в дурной романтизм долгов, смерти и крови.
Понизив голос, я заставил себя сохранять спокойствие. Это была моя сестра. Моя кровь. Мой страх за Нилу был равен моей преданности Жасмин.
- Ты уже не та, что прежде.
Ворвавшись в палатку, я схватил рюкзак с уже упакованными вещами первой необходимости.
- Ты сделала то, что мы оба должны были сделать много лет назад. Ты угрожала ей? Мы должны были убить ее за то, что она сделала. Она - катализатор всего этого, Джез. Ни я, ни ты, ни Кес. Ни кто-нибудь. Она.
Тяжело дыша, я запихнул в карман джинсов все самое необходимое и составил новый план.
- Мы все исправим. Если для этого нам придется убивать, мы это сделаем.
Джез икнула, сказав сквозь слёзы:
- Я просто ... я подвела тебя. Она знает, что теперь я на твоей стороне. То, как она смотрела на меня, Джет. Все это время она позволяла мне делать то, что, я знаю, тебе никогда бы не позволили. Она потакала мне, как единственной девушке. Но теперь она знает. Она знает, что я на самом деле о ней думаю. Я разрушила доверие, которое ты мне сказал завоевать.
Ее голос дрогнул.
- Ты просил меня беречь Нилу. Ты дал мне задание. И из-за того, что я застряла в этом чертовом кресле, я подвела тебя.
Страница 3
Я резко остановился.
Мой желудок скрутило. Мне потребовались все силы, чтобы мой голос оставался ровным и не дрожал от чувства вины.
- Джез ... ты сидишь в этом кресле из-за меня. С моей стороны было эгоистично так много на тебя взваливать. Ты действительно оберегала ее. Ты имела дело с Бонни все эти годы. Ты столкнулась с Катом, чтобы изменить Долг по наследству. Это чертовски здорово. Остальное на мне.
- Нет, нет это не так.
От нахлынувшей внезапно ярости, я ударил кулаком по дереву.
- Да, это так. Я держал ее в своих руках несколько часов назад. Я думал, что знаю, как лучше. Я тупо думал, что у меня есть время. Я чертов идиот. Это я виноват. Не ты. Никогда. Понимаешь?
Жасмин не ответила.
Мое время вышло. Мой голос понизился до успокаивающего шепота.
- Я не могу тебя утешить. Не сейчас. Меня, бл*ть, убивает то, что ты вынуждена справляться с этим сама, но, Жасмин, мне нужно, чтобы ты сказала. Куда они ее увезли?
Алмазная аллея?
Дом в Девоне?
Куда?
Джез громко фыркнула, отгоняя свое горе.
- Они отвезли ее в Алмаси Кипангу.
- Бл*ть!
Мой разум заполнили образы нашей шахты. Пещеры и лабиринты высеченных тропинок. Наше состояние пришло оттуда. Наше имя. Наши титулы. Все, что у нас было, было взято из грязи.
Алмаси Кипанга.
Суахили для Diamond Hawk.
- Когда? Как?
- Я не знаю. Но они забрали ее. Они уехали несколько часов назад. Я связалась с авиадиспетчерской службой. Самолет вылетел по маршруту Чад - Ботсвана. Ты никогда не успеешь вовремя.
Все внутри меня стало холодным, ледяным.
- Вовремя для чего, Джез? Что еще ты знаешь?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Я расхаживал по поляне, чертовски сходя с ума.
- Бонни очень гордилась тем, что сказала мне, что Кат заставит ее заплатить третий долг, как только они приедут туда. И четвертый долг на следующий день после...Джетро ... они планируют заставить её выплатить последний долг к концу недели.
Гребаное дерьмо.
Мой мозг лихорадочно работал, высчитывая часовые пояса и расстояния.
Даже если я уеду сейчас, а чартер отправится немедленно, я все равно опоздаю на несколько часов. Я не успею предотвратить третий долг.
Мое сердце рассыпалось в прах.
Как я мог так поступить с ней? После всего, что она уже пережила. Как я мог, бл*ть, так её подвести?
Господи!
Схватив рюкзак, я поклялся, что больше не позволю Ниле страдать. К черту план. К черту время.
Я не сдамся.
- Я позабочусь об этом.
Мой голос был, словно я произносил поминальную речь. Даже когда я поклялся, что спасу Нилу, я знал правду. Ужасную, отвратительную правду.
Кес сделал то, что не смог я, и спас ее от третьего долга. Он обнимал ее. Утешал ее. Он был рядом, защищая ее от изнасилования.
Все это было напрасно.
Его застрелили из-за меня.
Он может никогда не проснуться из-за меня.
Я хотел убить отца голыми руками. Я хотел вырвать свое сердце, потому что, что бы я ни сделал, я подведу Нилу.
Она заплатит третий долг.
И она будет ненавидеть меня вечно.
Мои колени дрожали, когда я задыхался в агонии. Я приговорил ее. Я был тот, кого она будет винить. Как она сможет оправиться от этого? С чего бы ей снова хотеть меня после того, как я оставил ее в одну?
Она никогда больше не будет моей, но я никогда не позволю моему отцу казнить ее.
Шесть дней.
Мой отец хотел убить любовь всей моей жизни за шесть гребаных дней.
Мой план только что изменился.
Я остановлю это.
Даже если это означало умереть в одиночестве и стать нежеланным из-за этого.
- Как! Как ты об этом позаботишься? - Взвизгнула Жасмин. - Они в гребаной Ботсване, Кайт!
Моя челюсть сжалась, и я бросился к Вингс. Он послушно стоял, прячась за деревьями. Не привязанный и не оседланный, он поднял глаза, когда я подошел ближе. Его черные глаза светились древним знанием, они были такими умными, такими чуткими. Он почувствовал мое смятение. Он знал, о чем я собираюсь его просить, и не колебался.
Двигаясь ко мне, гигантское животное встало боком, чтобы я мог сесть на него. Никакой веревки или уздечки, только связь между человеком и животным.
- Мне все равно, даже если они на краю земли. Я пойду за ними.
Схватившись за гриву Вингса, я сунул телефон под подбородок. Отработанным движением, которое я проделывал бесчисленное количество раз, я подпрыгнул и перекинула ногу через спину коня.
Мой бок заныл, но я проигнорировал свой дискомфорт, сосредоточившись на боли, которую причинил Ниле, заставив ее вернуться в Холл без меня.
Тупица. Чёртов тупица!
У Вингс была шёлковая грива. Я часто ездил на нём верхом без седла. Я провел много ночей, выстраивая отношения со своей лошадью. Он подчинится и полетит туда, куда мне нужно.
Как только я сел, он пустился в галоп. Я низко наклонился, обхватив его бедрами.
Беги.
Быстрее.
Мой рюкзак хлопал меня по спине, когда Вингс нёсся в сторону Холла. Ветер перекрывал голос Жасмин, но я уловил достаточно.
- Джетро, что ты собираешься делать?
Полуденное солнце заливало Хоуксридж, насмехаясь надо мной и тем, кем я стал. Я поклялся, что все это скоро закончится. Что Нила будет в моих объятиях. Что мой брат очнется от комы. Что моя сестра наконец обретёт покой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Так много нужно исправить.
Так много несчастий нужно стереть.
Вингс была полон энергии, летя словно пуля. Мои ноги были напряжены, сердце бешено колотилось, и ярость превратилась в дышащее существо.
