Все бы замечательно, но в этот момент в кабинет вошла высокая рыжая женщина. Она прекрасна, и, не сильно солгу, если скажу, что она способна была притянуть к себе внимание практически любого мужчины. Достойное приобретение для гарема хеттского короля бы получилось в ее лице. Презрительно посмотрев на нас троих, она подошла и что-то шепнула на ухо начальнику. Потом же, бросив Ивану пронзительный вызывающий взгляд, приказала:
— Дураков, Шаулина, Семенова, пройдите в мой кабинет.
Мы дружно кивнули. Развернувшись на каблуках, женщина вышла за дверь, оставив за собой сказочный запах сладких апельсинов. Спасительница, одно слово. Если бы не она, начальник точно бы раскусил наш маскарад, который мы устроили только для того, чтобы его успокоить. Да, отец подделку почует сразу, как развеется наложенное заклятье, однозначно. Лучше бы Юля не находилась.
— Удачи, — махнул нам обработанный уже двумя рыжими ведьмами Шаулин.
Человек мягкосердечный, легко уговариваемый, практически безвольный и глуповатый — думаю, я во многом прав, давая ему столь нелестную характеристику. Скорее всего, место начальника он занимает только в качестве мебели, то есть, необходим кому-то просто как номинальная единица, а отделом управляет… эта рыжая ведьма по имени Маргарита Иванова, как мне ее представил Дураков, когда мы шли по коридору.
— Кстати, ей будет куда сложнее навешать лапши на уши, — ухмыльнулся друг.
Я сглотнул. Артистизма б где позаимствовать. Это вам не странницу из Месопотамии на пороге храма изображать. Если начальник легко повелся на трюк с магией, который продемонстрировала Ира и внушила Антону Викторовичу, будто перед ним сидит родная дочь, то эту женщину не обвести подобными выходками.
Не успели мы перешагнуть через порог, как рыжая ведьма прищелкнула пальцами, и я почувствовал, как в воздухе сгущается нечто, блокирующее всю магию, исходящую не от госпожи Ивановой. Ира насупилась, но не спускала пронзительного взгляда с Маргариты, видимо, пытаясь воспользоваться чарами, позаимствованными у моей старшей сестры.
— Бесполезно! — откинувшись на спинку кресла, заявила ведьма. — Садитесь.
Как только мы повиновались ей, женщина вскочила с места и закрыла дверь, чтобы никто не проник в ее кабинет. Она усмехнулась, когда проходила мимо нас, а потом продолжила:
— Да, утром вам удалось околдовать меня и начальника изначальной силой. Но нескольких часов достаточно, чтобы придумать, как блокировать ваши фокусы, госпожа Семенова. Не знаю, где вы им научились. Думаю, вы нам расскажете. А пока… Юленька, сними-ка платочек.
Попался. Глупо и сразу. Дрожащей рукой, путаясь приклеенными красными ногтями в искусственных черных волосах парика, я развязал узел, и шифоновая повязка упала на пол. Вместе с париком.
— Что и требовалось доказать, — алые губы собеседницы говорили с такой издевкой, что на моих щеках выступил ощутимый румянец. — И кто это, Дураков? Почему у него аура и магия Шаулиной?
Никто из нас троих ничего не отвечал. Ваня, думаю, мог только представить меня: Неб из Кемета, девятнадцать лет, в пошлом владыка Обеих Земель, известный по энциклопедиям как Тутанхамон, и просто хороший человек. Да, от скромности не умру, это точно!
— Нет, ну дурите Антона, мне не жалко, — развела руками Марго, явно насмехаясь над нашими скудными поползновениями и корявыми маскировками, — но он все равно через пару дней заподозрит магическое воздействие, что вы тогда будете делать? Снова попытаетесь выдать мальчишку за Юлю? Для тех, кто не знаком с Шаулиной — вполне правдоподобно, если учесть, насколько корявы фотографии на документы. Но не для нас.
— Понимаете ли, госпожа Иванова, — сглотнув, выдавил из себя Дураков. — Тут все очень сложно. Мы можем вам доверять? Если расскажем всю правду? Вы не поспешите все выложить Шаулину?
— Подумаю, — лукаво заметила женщина.
Ясно, что окончательный вердикт она вынесет только после того, как услышит нашу историю целиком. И я одобрительно кивнул Ивану — рассказывай без утайки.
Марго слушала очень внимательно, не пропуская ни единого слова. Создавалось впечатление, что она сама какое-то время назад принимала участие в нашей судьбе. Но она не спешила раскрывать свои карты. Чем подробнее рассказывал Дураков о произошедшем в Кемете, тем серьезнее становился взгляд нашей собеседницы. Ира, наоборот, немного расслабилась. Она стояла у меня за спиной и лениво массировала мне плечи через футболку, видимо, чтобы окончательно снять накопившуюся у нее напряженность.
— Значит, вы подозреваете, что Юля и Неб поменялись местами? — подытожила Марго.
Дураков кивнул.
— Вполне, кстати говоря, возможно, — женщина стрельнула взглядом на висевшую в дальнем углу кабинета картину, с которой на всех смотрел скуластый пожилой мужик с трезубцем в руках, а в нижнем углу красовалась четкая надпись 'Сочи, 1994. — Но я не представляю, как это сказать Антону. Я бы на вашем месте не показывалась ему на глаза некоторое время, а потом… инсценировала бы отъезд Юли за границу. Длительная командировка, например. И прекратила бы весь маскарад. Документы на парня мы выпишем, по жизни поможем. Нелегко в нашем мире устроиться, факт.
— Но как работать и не попадаться на глаза боссу? — пожал плечами программист. — Шапку-невидимку за счет заведения не предоставите?
Оно и верно: каждый день ходить на работу, натыкаться на начальника. А когда его внимание привязано исключительно к Юле, не удастся тихой мышью сидеть в крошечном кабинете незамеченным и ковыряться в списках правонарушений по части ОСЯ.
— Могу предложить командировку, — улыбнулась Марго. — Три недели. За это время я помогу вам разобраться с предполагаемой легендой исчезновения Юли.
— Какой резон вам помогать во лжи? — нахмурился Дураков.
Вполне ожидаемый вопрос. Я никак не мог понять выгоды, которую видела в нашем отъезде госпожа Иванова.
— Вам этого не вспомнить, ребята, — чуть заметная улыбка скользнула по ее лицу. — Тринадцать лет назад я имела честь общаться и с Ваней, и с Небом. Что вы так удивленно смотрите на меня, мальчики? Да, ваши невероятные приключения начались, в девяносто четвертом году. Ване было десять лет, а Неб… я его запомнила как призрака неопределенного возраста, блуждающего по своим снам.
Я рот открыл от удивления. Так вот, почему мне этот мир показался немного знакомым, и я подумал, что попал в давнишнее воспоминание. А когда стража привела в тронный зал плененного Ивана, мне почудилось, будто мы с ним давно знакомы. Анхесенпаамон помогла мне забыть те детские кошмары, спасибо ей за это, иначе бы я умер. Но сны затаились в глубине сознания и помогали мне идти по жизни. Подумать только, если бы где-то в недрах души не шелохнулось нечто забытое, я бы не раздумывая приказал скормить Дуракова крокодилам и подписал бы этим самым смертный приговор и себе, и всему миру. Из воспоминаний меня вывел деловой тон Марго:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
