Важны два момента: усиление восхвалений и умножающееся веселье. Каждый актер веселится по-своему. Кто-то впрыскивает героин, кто капает ЛСД на сахар, кто нюхает кокаин.
Адам. Ну как кайф?
Ева. У тебя есть ЛСД?
Адам. Четвертной.
Каин. Ширнемся?
Ада. Лучше порошочка.
Каин. Три куска.
Ева. Угловатое лицо двухугольной земли пожирает треугольную дыру круглого ребенка.
Авель. Ну как – кайф?
Цилла. У тебя есть ЛСД?
Авель. Четвертной.
Ева. Двухугольное лицо треугольной земли пожирает круглую дыру угловатого ребенка.
Енох. Хочешь порошочка?
Наема. Лучше уколоться.
Енох. Четыре куска.
Цилла. Треугольное лицо круглой земли пожирает угловатую дыру двухугольного ребенка.
Адам. Ну как – кайф?
Ада. ЛСД?
Адам. Тридцать пять.
Ева, Цилла. Угловатая дыра двухугольного лица пожирает треугольную землю круглого ребенка.
Каин. Ширнемся?
Цилла. Лучше кокаинчика.
Каин. Пять кусков.
Ада. Двухугольная дыра треугольного лица пожирает круглую землю угловатого ребенка.
Авель. Кайф?
Наема. Есть ЛСД?
Авель. Сорок.
Ева, Цилла, Ада. Треугольная дыра круглого лица пожирает угловатую землю двухугольного ребенка.
Енох. Дать кокаинчика?
Ева. Лучше героина.
Енох. Гони шесть кусков.
Наема. Угловатый ребенок двухугольного лица пожирает треугольную дыру круглой земли.
Адам. Ширнешься?
Цилла. Хочу кокаина.
Ада. Семь кусков.
Ева, Цилла, Ада, Наема. Двухугольный ребенок треугольного лица пожирает круглую дыру угловатой земли.
Наема. Кайф?
Каин. Дай лучше ЛСД?
Наема. Гони бабки. Сорок пять.
Ева. Треугольный ребенок…
Цилла. Круглого лица…
Ада. Пожирает угловатую дыру…
Наема. Двухугольной земли…
Ева. Будешь кокаин?
Авель. Героин есть?
Ева. Восемь кусков.
Каин. Угловатое лицо двухугольной дыры пожирает круглого ребенка угловатой земли.
Наема. Тебе вколоть?
Адам. Лучше порошка.
Наема. Девять кусков.
Каин, Авель, Ева, Цилла, Ада, Наема. Треугольное лицо круглой дыры пожирает угловатого ребенка двухугольной земли.
Ева. Будешь героин?
Адам. Или ЛСД?
Ева. Пятьдесят пять монет.
Енох. Круглое лицо угловатой земли пожирает двухугольную дыру треугольного ребенка.
Ада. Дать порошочек?
Авель. Хочу героина.
Ада. Девять кусков.
Каин. Круглая…
Авель. Дыра угловатого…
Енох. Лица…
Ева. Пожирает двухугольную…
Цилла. Землю…
Наема. Треугольного…
Ада. Ребенка…
Цилла. Кайф?
Енох. Есть ЛСД.
Цилла. Всего за шесть монет.
Ева, Цилла, Ада, Наема и Енох бродят по всей сцене.
Каин и Авель лежат на земле. Все одновременно кричат бессмысленные фразы.
Ева. Двухугольное лицо треугольной земли пожирает круглую дыру угловатого ребенка.
Цилла. Треугольное лицо круглой земли пожирает угловатую дыру двухугольного ребенка.
Ада. Двухугольная дыра треугольного лица пожирает круглую землю угловатого ребенка.
Наема. Угловатый ребенок двухугольного лица пожирает треугольную дыру круглой земли.
Каин. Угловатое лицо двухугольной дыры пожирает треугольного ребенка круглой земли.
Авель. Двухугольное лицо треугольной дыры пожирает круглого ребенка угловатой земли.
Енох. Круглое лицо угловатой земли пожирает двухугольную дыру треугольного ребенка.
Когда все, кроме Авеля и Каина, исчезают, появляется Адам.
Адам. Круглый ребенок угловатого лица пожирает двухугольную дыру треугольной земли.
Адам падает, смеясь, ногами к публике на ранец Авеля. Рядом головой к публике лежит Авель. Каин лежит параллельно рампе. Они смеются, потом затихают. Молчат.
Адам (поднимая голову). Петух прокричал.
Встает, несет ранец Авеля в глубину сцены, бросает рядом с грудой хлама (котел, ящик с красным крестом, скамья и ранцы). Адам забирается на эту кучу и смотрит вверх.
Адам. Светает.
Каин. Скоро нас поставят к стенке.
Адам. Как пить дать хлопнут.
Адам спускается и смотрит на лежащих.
Каин. Они пытали меня.
Авель. Меня тоже.
Адам. А меня – нет.
Каин. Горящей сигаретой.
Авель. Меня – бритвой.
Адам медленно приближается к Каину и Авелю.
Каин. Меня пытали, и я сознался во всем. Авель. Я знаю.
Адам. Я все рассказал, только чтобы не мучили.
Авель. И это я знаю.
Адам (пристально глядя на Авеля). А ты?
Авель. Я не сказал ни слова.
Каин. Нужно было отступить за холм.
Авель. Мы этого не сделали.
Адам (уходит назад). Мы бы там не прошли.
Авель. Нас предали.
Каин. Наши союзники.
Адам. Они предали всех. (Садится на ранец Авеля.)
Каин. Другие продолжали бороться.
Авель. Да.
Адам. Борьба была бессмысленна.
Авель. Может быть.
Каин. Если бы мы победили, мы ввели бы свободу.
Адам. И справедливость.
Авель. Мы бы стали как наши союзники.
Каин. Ты не веришь нам.
Авель. Я никому не верю.
Адам. И себе?
Авель. Себе тоже.
Молчание.
Адам. Один ученый сказал, если бы земля была меньше, у нее не было бы атмосферы, а если бы она была ближе к солнцу, она сгорела бы.
Авель. Вероятно, так и было бы.
Адам. Значит, у земли есть шанс выжить.
Авель. Без сомнения.
Каин. Человек наделен разумом.
Авель. Иногда он его покидает.
Каин. Его мысли нельзя расстрелять.
Авель. Их можно уничтожить другим способом.
Каин. Мир станет лучше в будущем.
Авель. Кто его знает.
Адам. Ты – пессимист.
Авель. Нас поставят к стенке.
Молчание.
Каин. Вот и рассвело.
Справа выходит Енох, в каске и с ружьем.
Енох. Встать.
Авель и Каин встают спиной к публике. Адам медленно идет вперед, встает между Авелем и Каином.
Енох. Руки за голову.
Авель, Каин и Адам выполняют приказ.
Енох. Вперед марш.
Первым уходит Адам, за ним Каин, потом Авель. Слышны выстрелы. Уходит Енох. Из-за груды хлама появляются Ева, Ада и Наема. На них – кружевные воротнички, на руках – нотные листы.
Ада. Франц Шуберт. «Странник на луне». Опус 80, номер 1.
Ева, Ада, Наема поют.
Куда бы путь ни вел тебя,Тропинкам нашим нет скрещенья:Тебя ждет в небо возвращенье,А мне завещана земля.
Мне быть предписано чужой,Безродной даже в отчем доме;Услышь, Господь, как путник стонет,Утративший очаг родной.
Ты в сутки совершаешь кругОттуда, где Закат рожденья,Вперед, к Восходу погребенья,И всем ты родственник и друг.
Храни, Господь, отчизну неба –Блаженный, бесконечный край,Где, как ты путь ни выбирай,Нигде чужим вовек ты не был.
Песня заканчивается, женщины бросают нотные листы в котел. Адам выносит и расставляет на левой половине сцены три раскрашенных куба, Авель то же самое проделывает на правой половине сцены. На кубы, стоящие слева, садятся Наема, Адам и Енох, на те, что справа, – Ада, Ева, Авель. Авель приносит с собой красный телефон, ставит его перед собой на землю.
У всех на головах наушники. Все смотрят прямо перед собой, как если бы там находились мониторы. Из громкоговорителя слышно громкое прерывистое дыхание.
Адам. Больше ничего нельзя сделать.
Авель. Остались у разбитого корыта.
Енох. Прекрати.
Наема. Бедняжки.
Из глубины сцены появляются Каин и Цилла в скафандрах. Их движения замедленны, лица не видны за шлемами, на спинах – кислородные баллоны. Их голоса доносятся из громкоговорителя.
Каин. Мы не можем взлететь.
Цилла. Неужели ничего нельзя сделать?
Каин. Ничего.
Цилла. Они не смогут нам помочь.
Каин. Мы слишком хорошо это знаем.
Цилла. У нас есть еще время?
Каин. Не имею представления.
Цилла. Сколько осталось кислорода?
Каин. Не знаю.
Енох. Его почти нет.
Каин. А связь с Землей?
Цилла. Прервана. Они еще видят нас?
Каин. Вряд ли.
Цилла. Но слышат?
Каин. Не думаю.
Наема. Они удивились бы.
Адам. У них не будет такой возможности.
Цилла. Мы – первые влюбленные на Земле. Через три недели мы поженились бы.
Каин. Там, на Земле.
Цилла. Отсюда виден Техас, там бы мы и расписались.
Ада. Бедная девочка.
Ева. Как вовремя я подхватила краснуху.
Ада. Поздравляю.
Ева. Иначе я была бы там, а не она.
Цилла. Мы не были даже близки с тобой.
Каин. В школе космонавтов, где мы с тобой познакомились, это было запрещено.
Цилла. Была опасность подхватить инфекцию.
Каин. Тебе нельзя было беременеть.
Цилла. Из-за космического излучения.
Каин. И противозачаточные таблетки тоже запрещали.
Цилла. Из-за космического излучения.
Каин. Проклятое излучение.
Наема. Дайте джин!
