Так или иначе, согласно информации Кромвеля, он был ограничен в доступных для использования заклинаниях.
- Нет никаких пустых надежд. Однако наличие такого козыря повлияет на моральный дух армии.
Когда Вард сказал это, Кромвель кивнул:
- Моя магия Пустоты не является козырной картой.
- Ладно, все равно Галлия является нашим союзником.
Вначале план состоял в следующем: в то время, когда Альбион вторгнется в Тристейн, Галлия одновременно атакует Германию, но... Из-за поражения армии Альбиона под Тарбом необходимо было изменить первоначальное соглашение. Предложение, которое пришло со стороны Галлии, было следующим: она нападет на земли Тристейна и Германии, но для этого надо заманить вражескую армию на территорию Альбиона.
Услышав этот план, Вард спросил:
- Ваше Превосходительство, позволите возражение, которое подсказывает исключительно интуиция.
- Говорите, а там увидим.
- Королевская власть Галлии является нашим союзником, хотя мы развернули знамя революции против монархических режимов Халкегинии. Разве такое возможно? И если это возможно, то каковы мотивы правительства Галлии?
Кромвель холодно посмотрел на Варда.
- Виконт, вам не об этом нужно думать. Оставьте политику мне, будет лучше, если вы сконцентрируетесь на обязанностях, порученных вам.
Вард закрыл глаза и склонил голову.
- Как пожелаете.
- На вас возложены определенные обязанности. Вы их выполните, не так ли?
- Что угодно.
- Мистер Менвиль.
По зову Кромвеля дверь кабинета распахнулась, и появился мужчина. Увидев его белые волосы и морщинистое лицо, его возраст можно было бы оценить лет в сорок, но благодаря прекрасно тренированному телу он выглядел моложе своих лет. На первый взгляд из-за грубой наружности его можно было принять за простого воина, но в руке у него был жезл. Похоже, он был магом.
На его лице была одна особенность, которая бросалась в глаза. Начинаясь с середины лба и заканчиваясь на щеке, через его левый глаз шел широкий след ожога.
Кромвель представил своего собеседника этому мужчине:
- Это - виконт Вард.
Лицо Менвиля, казалось, было выковано из железа, когда он без всяких эмоций поглядел на представленного ему человека.
- Мистер Вард, вы, вероятно, когда-либо слышали имя этого джентльмена? Перед вами - Менвиль Белое Пламя.
Глаза виконта сверкнули. Ему уже приходилось слышать это руническое имя. Легендарный маг-наемник. Седоволосый повелитель пламени. Ходили различные слухи о том, что он был лишен дворянского имени за бесчестное поведение на дуэлях и поэтому стал наемником, что он покинул свой отчий дом, предварительно спалив дотла всех своих родных, что он испепелил больше людей, чем за всю свою прошедшую жизнь зажарил дичи себе в пищу.
Но одно во всех этих слухах не подлежало сомнению.
На поле боя он использовал свое пламя с бесчеловечной жестокостью. Это пламя не разбирало, кого жечь. Он был человеком, для которого возраст и пол его жертв не имели значения. Человеком, который, отбросив всякое милосердие, сжигал людей... вот кем был этот Менвиль Белое Пламя.
- Что такое, виконт? Перед вами стоит живая легенда.
- Просто я подумал: как же я рад, что здесь не поле боя, - откровенно выразил он свои мысли.
- Итак, мистер Вард. Я хочу, чтобы вы доставили возглавляемый им небольшой отряд к месту назначения.
На лице виконта промелькнула тень неудовольствия. "Он хочет, чтобы я был носильщиком?" - читалось в его взгляде.
- И также хочу, чтобы вы не делали такое мрачное лицо. Я жду от вас безупречного исполнения. Этому маленькому отряду, или скорее секретной группе потребуется специалист по магии Ветра, чтобы воспользоваться кораблем в качестве транспорта. Короче говоря, вы.
- ...Как пожелаете.
- После того, как армия Галлии захватит все, мы уже не сможем ничего возразить, поэтому я хочу, чтобы вы атаковали и взяли под контроль "то место". После того, как это станет свершившимся фактом, им уже нечего будет предпринять, - голосом, полным нетерпения, пробормотал Кромвель.
- И где же это - "то место"?
- Во-первых, это должно быть место, где оборона слаба, и потому захватить его будет несложно. Другими словами, это должно быть не слишком близко к столице Тристейна. Далее, это должно быть значимое место, играющее видную роль в жизни государства. Таким образом, оно не должно быть и слишком далеко.
- Роль в жизни государства?
- Вероятно, взятие в заложники юных дворян будет иметь большое влияние на жизнь государства.
На губах Варда появилась легкая усмешка.
Преувеличенно взмахнув рукой, Кромвель сообщил им пункт назначения:
- Это - Академия Волшебства, виконт. Под покровом ночи вы направитесь туда с Менвилем и возглавляемым им отрядом.
* * *
А в это самое время в Академии Волшебства...
Кирхе и Табита прогуливались по опустевшему двору Австри. Шла перемена. Как и всегда, здесь должно быть скопление учеников, однако...
Во дворе находились только ученицы. Фигур мальчишек, создававших ранее шум из непристойных и вежливых слов, нигде не было видно.
- Ну и ну, действительно чувствуется, что идет война.
Кирхе развела руками и покачала головой. Большинство студентов мужского пола пошли добровольцами в Королевскую армию, испытывающую трудности из-за недостатка офицерского состава. И Гиш, и, к всеобщему удивлению, такой трус как Маликорн отправились добровольцами.
Вероятно, у них всех сейчас в самом разгаре идет обучение на офицеров в тренировочных военных лагерях по всему Тристейну. Ничего удивительного, что в Академии стало тише.
Естественно, Табита тоже была среди оставшихся. Она для вида присягнула на верность своему дяде-королю Галлии, однако планировала личную месть, поэтому рассудила, что не следует ввязываться в текущие военные действия.
Кирхе тоже вызвалась вступить в армию своего королевства, но получила отказ, поскольку была девицей. Досадно, а ведь ей так хотелось задать кому-нибудь жару.
Так как учителя-мужчины тоже ушли на войну, уроков стало в два раза меньше.
Студентки, у которых теперь было много свободного времени, от одиночества собирались в группки, обменивались мнениями, в безопасности ли находятся их возлюбленные или друзья. Заметив фигуру Монморанси, сидевшую на скамейке и апатично обхватившую локти руками, Кихре подошла к ней.
- Ну, надо же, твой любимый уехал, и ты выглядишь скучающей.
Монморанси, продолжая смотреть прямо перед собой, пробурчала, как будто это была не ее забота:
- После того, как его не стало, дышится легче. Меня это вовсе не беспокоит.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
