Преодолев волнение, Джесси открыла глаза и увидела, что Диллон все еще смотрит на нее. Тень улыбки скользнула по губам, потом он широко улыбнулся. Он понял, чем было вызвано ее волнение.
Встретившись с ним глазами, Джесси вновь затрепетала. И вновь рассердилась на себя. Пусть теперь у него есть имя, но для нее он совершенно посторонний человек. Она встретила его сегодня и больше никогда не увидит. Да, он произвел на нее впечатление, но совершенно не обязательно знакомиться с ним ближе.
Заговорила Лита, и Джесси отвернулась.
— Стефан, расскажи, как прошли роды. Судя по тому, какими веселыми вы сюда явились, все прошло без осложнений?
Стефан довольно улыбнулся.
— И мать и сын чувствуют себя великолепно. Я навещу Бланку и ее младенца сегодня вечером. Но без Диллона я бы ни за что не справился. Он готовил ее к родам и успокаивал, пока я их принимал.
Лита посмотрела на брата. Определенно, Диллон был очень доволен собой. Джесси тоже повернулась к нему. Ей вдруг захотелось побольше узнать об этом человеке. И в то же время было обидно, что, возбудив в ней интерес к своей персоне, он даже не старался скрыть свою враждебность. В мужчине не должно быть столько очарования. Тем более, какое он имел право очаровывать ее?
— Бедный Диллон! — как-то странно рассмеялась Лита. — Ведь ты даже не успел позавтракать.
В сандалиях и черной рубашке, спереди в каких-то ржаво-коричневых пятнах, он смахивал на человека, которого в выходной срочно вызвали на работу. Он, наверное, еще один врач в этой семье.
Диллон перевел взгляд с Джесси на сестру, по, ом обратно на Джесси. Его рука непроизвольно сжимала плечо маленького мальчика в рваных джинсах.
— Как в старые добрые времена, — сказал Диллон густым низким голосом с испанским акцентом.
Лита снова засмеялась и посмотрела на Джесси.
— Диллон пришел к нам завтракать, но тут поступил срочный вызов, и Стефан утащил его с собой, Диллон в свое время работал на скорой.
Лицо Диллона слегка порозовело, то ли от смущения, то ли от злости. Значит, раньше он тоже был врачом. Но расспрашивать Джесси не стала.
— С вашего позволения, — обратился Диллон к Джесси, — мой молодой друг хочет, чтобы его представили даме. Разрешите представить вам Эмилио Суареса. Взглянув на мальчика, Диллон взъерошил его волосы и представил ему даму, сказав что-то скороговоркой по-испански. Джесси разобрала только слова "сеньорита Джессика Кардер".
Озорные глаза мальчика довольно заблестели, и он шагнул к ней, протягивая руку. Улыбнувшись, Джесси ответила на рукопожатие. У нее защемило сердце, такой маленькой и слабенькой оказалась его рука. Она отступила назад, пораженная своими, невесть откуда взявшимися эмоциями. Стараясь не встретиться глазами с Диллоном, который внимательно наблюдал за происходящим, она повернулась к Лите.
— Вы так добры ко мне, но, по-моему, я злоупотребляю вашим временем.
— Уж не вздумала ли ты уходить? — запротестовал Стефан.
— Стефан, ты занятой человек. — Джесси схватила его за руку. — А я только хотела посмотреть, как вы живете. Вижу теперь, что весьма неплохо. — Она вновь улыбнулась Лите, по-прежнему крепко держа Стефана за руку.
— Нет, так не годится, — нахмурившись, сказала Лита. — Вам со Стефаном есть о чем поговорить. Приходи к нам сегодня обедать.
— Нет, спасибо, не нужно.
— Диллон, — Лита повернулась к брату с мольбой в глазах. — Ну попроси же ее!
Джесси перевела на Диллона взгляд, в котором был уже не вежливый отказ, а откровенный вызов. Она давала понять, что его слова не имеют для нее никакого значения. В ответ Диллон только покачал головой и беспомощно развел руками.
Джесси невольно отступила. Он не хотел, чтобы она осталась! Это обидело ее намного сильнее, чем она ожидала. Она была ему совершенно неинтересна!
Глава 2
— Конечно, она останется, — дернул ее за руку Стефан, поворачивая к себе. — Ты еще не видела наших сыновей. И ничего не рассказала мне о Ребекке. Где ты остановилась? Мы за тобой заедем. Около семи тебе удобно?
— Ну, пожалуйста! — поддержала его Лита. Загнанная в угол, Джесси повернулась к Диллону, рассчитывая на его поддержку. Но он только пожал плечами и саркастически улыбнулся.
— Скажи мне, где ты остановилась, и я за тобой заеду, — произнес он. Видимо, все же решил проявить заботу. — Ты помрешь с голоду, дожидаясь Стефана и Литу: они сами постоянно опаздывают к обеду.
— Отличная мысль! — промурлыкала Лита. Ее голос прозвучал подозрительно, словно Диллон что-то затеял, и она это поняла.
— Ладно, я вас покидаю. Вы сами обо всем договоритесь. Увидимся вечером, Джесси.
Поспешность, с которой удалилась жена, вызвала улыбку у Стефана. Он покачал головой.
— Прямо сваха! — Он наклонился и чмокнул Джесси в щеку. — Не позволяй ей соваться в твои дела, — прошептал он, слегка кивнув в сторону Литы, — она доводит до конца все, за что ни возьмется.
По-прежнему улыбаясь, он повернулся и направился вслед за женой в кабинет.
— Я провожу тебя до машины, — предложил Диллон.
— Спасибо, я сама.
События сегодняшнего дня совершенно выбили Джесси из колеи. Она хотела поскорее выбраться отсюда и, оставшись в одиночестве, все хорошенько обдумать. Но у двери Диллон догнал ее и обхватил за талию.
— Диллон! — раздался голос Литы. Он взял Джесси под руку, остановился и обернулся. Джесси пришлось повернуться вместе с ним, и она больно ударилась о него плечом.
— Что, Лита?
Выпорхнув в коридор, его сестра прощебетала:
— По-моему, ты голоден. Да и Джесси еще не завтракала. К тому же она, наверное, никого не знает в городе. Я только сейчас об этом вспомнила. Улыбнувшись им. Лита исчезла за дверью кабинета.
— Что-то мне хочется на воздух. — Джесси резко высвободила руку и выскочила за дверь на солнечную улицу.
Оказавшись наконец на свободе, она не спеша прошла до угла. Сейчас надо только найти телефон, вызвать такси и поскорее убраться отсюда, пока эти люди не стали снова проявлять заботу. Ей было совершенно безразлично, идет ли кто-то за ней следом.
— Не так все просто, — раздался у нее за спиной бархатный баритон.
Вздрогнув от неожиданности, она разозлилась. Когда же ее оставят одну?
— Я уверен, Лита не хотела тебя обидеть. — Подошел Диллон. — Она не стала бы так настаивать, если бы ты ей не понравилась.
— Я…
Она остыла так же быстро, как вспыхнула. Надо ли объяснять свой поступок? Рассказывать, что именно чувство независимости в свое время заставило ее уйти из дома? Что она не любит, когда вмешиваются в ее жизнь? Или она просто теряет всякую способность соображать, когда он рядом? Нет, незачем делать такие признания. Она сдалась и еле слышно вздохнула.
