— Да, сын мой, — пародируя Альталета, ответил я. — Пойдем со мной.
Территорию Нэйтулисомальского отделения стражи, оно же штаб святой церкви, а после и сам город, я покинул верхом на резвой кобыле, одетый в немного жмущую, но в целом удобную одежку местного конюшего за двадцать четыре минуты до того, как в городе была объявлена тревога.
Глава 132
Конь на этот раз был вполне обычный, так что к тому моменту, как слева от меня занялся рассвет, я был лишь в паре сотен километров пути от Нэйтулисомаля. Лесов вокруг города почти не было, все вырубили, так что куда менее подозрительной я счел езду по обычным дорогам. Поэтому, после часа галопа, затормозил и двинулся дальше значительно медленнее, чтобы еще больше сойти за обычного путешественника, каких в таком популярном месте было немало.
Однако такое медленное продвижение сказывалось на моем психологическом здоровье. Каждую минуту я ждал, когда на меня обрушится давление магии Живой Крепости. Но то ли удача и правда была на моей стороне, то ли даже для Альталета было чрезмерным представить, что я стал человеком. Так что ни погони, ни силы епископа я не засек.
Когда же стало светать, резонно предположил, что и не засеку. Побег был исполнен, не без огрехов, конечно, но достаточно успешно, чтобы войти в историю. Вряд ли какая-либо другая нежить умудрялась так изящно смыться прямо из-под носа Живой Крепости, напоследок даже получив его благословение. От этого воспоминания мое лицо расплылось в неконтролируемой улыбке. Я бы очень многое отдал, чтобы увидеть лицо Альталета, когда он осознает, кого именно осенил святой магией.
А потом произошло странное. Сразу за широкой улыбкой мой рот начал неконтролируемо открываться, наполняясь прохладным утренним воздухом и заставляя выступать слезы на краешках глаз. В первую секунду я уже подумал, что это какое-то заклинание святой магии и меня все-таки нашли и догнали… но потом пришло осознание. Я устал и хотел спать. А следом и из живота раздались какие-то бурчащие звуки, и я понял, что голоден. После того, как меня отпустило напряжение беглеца, мое живое человеческое тело тут же дало о себе знать.
И что, это мне теперь надо будет есть, спать, в туалет ходить, как обычному человеку? И я буду уставать, болеть, смогу отравиться какой-нибудь дрянью или истечь кровью в бою? Как-то вообще не прельщает.
— Ох… Можно обратно, в тело нежити?
— Хозяин, я бы не рекомендовала прямо сейчас возвращаться в полигон.
Галаста, в которой за эти годы благодаря моим убеждением поубавилось обожания и осталось только почтение, что было куда удобнее в общении, воспользовалась тем, что я отвлекся на собственные ощущения и перехватила контроль над ртом. Впрочем, не то, чтобы я был против. За это время я со своими четырьмя квартирантами успел познакомиться куда лучше и теперь воспринимал их уже не как просто голоса в голове, а как настоящих товарищей. И послушать их советы был очень рад.
— Почему?
— Уверена практически на сто процентов, что дороги церковь не проверяет потому, что, по их мнению, Вы после побега прямым ходом направитесь в подземелье некроманта. С их точки зрения это не только логично, но и выгодно, ведь они должны были выяснить, что вы умеете поглощать энергию побежденной нежити. А вам сейчас совершенно точно не хватает сил. Так что скорее всего в ближайшее время все доступное людям подземелье некроманта будет под пристальным наблюдением.
— Ну да, я ведь ценный экземпляр, владею драголичем, да и к тому же вряд ли обойдется без вмешательства Альталета, который точно примет мой побег как личное оскорбление… — Я тяжело вздохнул. Вспомнился Карадор. Наша связь душ позволяла мне чувствовать, что он жив, однако я не имел ни малейшего понятия, где его держат. К тому же, с драголичем меня бы отыскали в разы быстрее.
— Поддерживаю. — Жюстина поспешила вмешаться в важный разговор. — Тем более, в том, чтобы быть живым, куда больше плюсов, чем ты можешь подумать. По крайней мере ради вкусной еды и секса стоит задержаться в этом теле. Да и сон, на самом деле — вещь очень приятная.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— А еще люди, как и все им подобные расы, в отличие от монстров, могут наращивать свою силу бесконечно. — Авок поддержал женщин.
— И у людей точно куда больше золота, чем у нежити! — Рух не преминул вставить свои пять копеек. Вот уж точно, у кого что болит — тот о том и говорит.
— Эльф прав, раз уж Вы получили грех Похоти и теперь можете использовать свои способности на живых, то, возможно, и поглощение энергии побежденных будет работать на людях.
— Да знаю я все это! — Прервал я уже начинающееся бурление. — И получше вашего. Можно мне немного пожаловаться после двадцати семи лет в плену?
— Слышь, ты! Что ты со мной сделал?! — В общей кутерьме и под давлением возможного преследования, я о нем совсем забыл. В отличие от четверки вампир был новичком и вряд ли хотя бы примерно представлял, что с ним происходит.
— Я использовал тебя, чтобы сбежать. Ты наверняка все прекрасно видел. Хм… — я задумался, с чего начать рассказ. — Кстати, давай ты для начала представишься.
— Вайолет. — Буркнул вампиреныш, явно недовольный ситуацией.
— Это вроде бы женское имя, нет? — С Жюстиной я был в целом согласен.
— И ничего не женское! — Взвился новый квартирант, перейдя на фальцет, от которого у меня запершило в горле. Похоже магесса наступила на больное место.
— Ладно, не важно. Вайолет так Вайолет. В общем слушай…
Примерное объяснение происходящего затянулось почти на час. С другой стороны, вампиренышу это все равно нужно было рассказать, так что какая разница, когда.
— Получается, я отсюда никуда не денусь? — Спросил Вайолет, когда мое объяснение подошло к концу.
— Прямо сейчас нет. Однако, думаю, что когда я заполучу грех Лени, это станет возможным. — Я отчетливо ощутил, как душа вампира всколыхнулась от радости. — Так что в твоих интересах помогать мне, потому что, если умру я, умрешь и ты.
— Я согласен, — ответил он после некоторого раздумья. — Но только если ты согласишься на некоторые условия.
— Какие? — Неожиданно здравое желание. Неужели мое первое впечатление о нем, как о самовлюбленном дурачке было ошибочным?
— Я ведь чувствую то же, что и ты, правильно?
— Да…
— Тогда хочу, чтобы ты регулярно спал с красивыми девушками! — Нет, не ошибочным…
— Так, стоп, погодите! Получается, что я тоже буду все чувствовать?! — Жюстина, похоже, осознала нечто невероятное. — Как мужчина?! Нет уж, я не согласна!
— Я могу отключать тебя от восприятия, если ты так брезгуешь. — Закатывать глаза в человеческом теле было неожиданно удобно. Даже удобнее, чем в теле зомби.
— Ну… ладно… а ты можешь потом использовать способность Галасты и превратиться в женщину, чтобы…
— Нет! — Поспешил я прервать поток ее фантазии. — Придется тебе ждать получения собственного тела.
— Ну, попробовать стоило… — вздохнула магесса.
— Все? Больше ни у кого нет вопросов по этой теме? — Молчание было вполне однозначным ответом. — Отлично. Тогда сейчас стоит устроить привал.
Съехал с дороги и углубился в поля. Судя по высоким колосьям пшеницы, сбежал из темницы я примерно в тот же сезон, что был, когда меня поймали. Хорошо, беспокоиться еще и о переохлаждении мне точно не хотелось. Спустя еще полчаса я добрался до редкого леска, на опушке которого и остановился. Привязал лошадь к суку дерева, в отличие от Карадора мысленных команд эта животина не слушалась, и лег прямо в траву.
Всё. Можно расслабиться, хотя бы немного. И стоило мне разрешить это себе, как я почти сразу провалился в глубокий сон. На этот раз без сновидений.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Проснулся я от того, что солнце, до этого закрытое кроной удачно растущего дуба, поднялось достаточно высоко и начало светить мне прямо в глаза. Определять время по небесному светилу я не умел, но внутренние часы подсказали, что прошло часа три-четыре. Не думаю, что этого достаточно для полного восстановления резервов человеческого организма, но для начала сойдет.
