паспорте еще не означает, что ты автоматически будешь счастлива. Не является гарантом верности и любви. Какая верность, когда в темной империи узаконено многоженство? Это политический брак, избежать которого вряд ли удастся. Не удивлюсь, если под венец меня доставят под конвоем. Учитывая, как опозорился красавчик Раэль, новый муженек наверняка исправит оплошность. Что можно сделать в данном случае? Только расслабиться и получить удовольствие. Лучше сразу морально подготовиться к такому исходу, чем наивно верить, что меня спасут и избавят от печальной участи. Вот такая я фаталистка! Предпочитаю оценивать реальные шансы и действовать, исходя из ситуации.
Проснулась я от скрежета ключа в замке и скрипа открывающейся двери. В камеру заявился тощий, как жердь, некромансер. Черный балахон, сосульки жирных волос, крючковатый нос и тонкая нитка бескровных губ вызывали невольное отвращение к представителю этой профессии.
— Его темнейшество, герцог Кор-Линг распорядился провести повторный осмотр леди Ко-Линг. — Мужчина вопросительно уставился на Лавну, взъерошенную и помятую после ночи на жестком топчане.
— Тил А-Брук, светлых дней вам, — язвительно поздоровалась она, отчего гость поморщился. — Надеюсь, вы будете аккуратны с моей девочкой?
— Разумеется, тиа Глер, — кивнул в ответ и посмотрел на меня так, будто собрался препарировать. — Леди Ко-Линг, попрошу вас прилечь и расслабиться. Освидетельствование не займет много времени, тем более, что вы уже проходили эту процедуру.
Я тяжело вздохнула, примирившись с неизбежным, и легла на топчан. Мужчина зашептал что-то непонятное, согнул руки в локтях, чтобы ладони находились на уровне груди. С удивлением я отметила, как по венам некромансера заструилось нечто темное, вспыхнувшее на кончиках пальцев странным огнем. Пламя охватило ладони тила А-Брука целиком, после чего мужчина занес их над моим телом.
Удушливый жар забил нос и, кажется, проник в каждую клетку. Ощущения отвратительные, к которым добавились тошнота и головокружение. Щипали ссадины на лице и стесанные колени, во рту появился мерзкий привкус пепла. Но я терпела, страстно желая, чтобы процедура побыстрее закончилась. Некромансер уделил особенное внимание области в нижней части живота. Думала, ночнушка загорится, так близко он поднес горящие конечности к телу. О кишках, слипшихся в тугой ком, и говорить нечего. Все губы искусала, чтобы не закричать в голос. Манипуляции некромансера походили на копошение червей под кожей. Наконец, мужчина отстранился и загасил пламя. Стряхнул ладони друг о друга, словно испачкался в чем-то, и криво усмехнулся.
— Что скажете, тил А-Брук? — с волнением в голосе поинтересовалась Лавна Глэр.
— Леди де Мара чиста и еще не познала мужчину. Я немедленно сообщу новость герцогу Рагнару Кор-Лингу. Ожидайте! Скоро за вами придут.
Некромансер ушел, а я поднялась, чувствуя, как горит каждая клеточка. В холодной камере сделалось невыносимо жарко. Женщина проводила мужчину до двери с тем, чтобы потребовать от стражника чай и завтрак. На предложение покинуть помещение, Лавна подбоченилась и заявила, что ни при каких обстоятельствах не оставит кровиночку одну. Вернувшись, кормилица крепко обняла меня и всплакнула, ласково поглаживая по голове.
— Мне так жаль, что тебе придется еще раз пройти через это. Так жаль!
Глава 3
Дверь камеры протяжно скрипнула, оповещая о новом визите. Лавна подалась к выходу, пробурчав, что чай могли бы принести и побыстрее. Однако на пороге появился лакей в зеленой ливрее с золотой оторочкой.
— Леди де Мара, — поклонился, что в данном случае выглядело насмешкой, — прошу пройти со мной.
Я поднялась и посмотрела на Лавну в поисках поддержки, и она тут же последовала.
— Куда вы забираете мою девочку?
— Лорд Кор-Линг желает видеть леди де Мара. Прошу! — посторонился, пропуская меня к выходу.
Я с радостью покинула камеру, осторожно переступая босыми ногами по холодному каменному полу.
— Стоять! — гаркнула моя защитница, и четверка стражников, обнаружившихся за дверью, вытянулась по струнке. — Вы что же, предлагаете леди в таком виде показаться на людях?
— Но у меня не было приказа… — пробормотал лакей, — только доставить леди в покои.
— Немедленно разыщи плащ и какую-нибудь обувь! — громоподобно прикрикнула женщина, и лакея как ветром сдуло.
Уже через минуту притащил пропахший табаком и лошадиным потом плащ, а к ногам поставил ношеные ботинки из грубой кожи. Запашок стоял аховый, я прослезилась.
— Совсем ополоумел? — вызверилась тиа Глэр, которая тоже ощутила мерзкое амбре. — С какого нищего ты снял эти обноски? Сам в этом и иди! Немедленно подайте леди де Мара достойный наряд!
Когда вчера меня тащили по коридорам, как преступницу, я не обращала внимания на внешний вид. Не до того было. Не голая, и на том спасибо. Длинная рубашка укрывала от шеи до пят. А теперь, ощущая липкие взгляды стражников, стало не по себе. Стеснительностью я не страдала, но разгуливать в просвечивающейся одежде перед незнакомыми мужчинами поостереглась бы. Здесь вам не тут! Другой мир, другие нравы. Репутация, опять же!
— Вы не понимаете! — лакей побелел и, видимо, вспомнил, кто тут командует. — Приказ лорда Кор-Линга — доставить леди немедленно. Если для этого потребуется применить силу, я это сделаю.
Представив, что меня опять волоком протащат по замку, поморщилась. Ну уж нет! Как говорил знаменитый Сен-Лоран: «главное в платье — это женщина, которая его надевает!» Лавна уже открыла рот, чтобы отшить наглеца гневной отповедью, когда я ее остановила.
— Не нужно, тиа Глэр. Если лорду так важно меня видеть, что он готов не обращать внимания на неподобающий вид, не будем заставлять его ждать. Мне стыдиться нечего! Идемте!
Вскинув голову, расправила плечи и гордой походкой ступила в холодный коридор. Бряцая оружием, меня нагнали стражники и обступили по сторонам. Позади топал лакей, а в последних рядах пыхтела Лавна. Неладное я заподозрила, когда миновали бытовые помещения подвального и первого этажей, а интерьер убранства изменился от нищенского до роскошного. Конвой замер у массивной двери, возле которой несли службу два стражника в старинных латах с мечами и алебардами, крест-накрест перекрывающими вход. Рядом переминался с ноги на ногу церемониймейстер в белоснежной ливрее.
— Леди де Мара? — с сомнением уточнил мужчина, у которого
