Читаем без скачивания Не все кошки серы - Наталья Александрова

Тот с достоинством принял ее и продолжил:

— Первый раз «фольксваген» остановился буквально на секунду, из него выскочила девушка в красном костюме и побежала в сторону сквера, а «фольксваген» уехал…

— Постой, дед, если девушка в красном костюме вышла, то кто же уехал на машине?

— Вы слушаете, или вам интереснее меня перебивать? — Нищий обиженно уставился на Маркиза. — Я говорю, что видел. Чего не видел — не говорю. Кто был за рулем — не разглядел… Мне можно продолжать?

— Да-да, конечно…

— Минут через двадцать эта машина снова подъехала, остановилась на прежнем месте. Девушка в красном костюме вышла, закрыла машину и быстро пошла в сторону сквера…

— Постой! — перебил нищего Маркиз. — Ничего не понимаю! Ты же только что сказал, что девушка в красном уже вышла и побежала к скверу, а теперь — снова то же самое… Что-то ты, терминатор, путаешь!

«Слепой» выразительно замолчал.

Леня вопросительно взглянул на него и, когда продолжения не последовало, поинтересовался:

— В чем дело, ветеран психологического бизнеса?

— Дело в том, молодой человек, что у меня оплата повременная, как у адвокатов и некоторых других людей свободных профессий.

Оплаченное вами время закончилось, да вы еще с недоверием относитесь…

Леня полез в карман за следующей голубой купюрой, недовольно пробормотав:

— Ну, держи, человек свободной профессии, раз у тебя счетчик, как в такси, только уж не заливай, говори, что видел!

— Я вам еще раз повторяю, — с еще большим достоинством проговорил нищий, молниеносно спрятав очередную бумажку, — мой бизнес психологический и требует особого внимания и наблюдательности. Если я вам говорю, что я видел — значит, я это действительно видел. Когда красный «фольксваген» подъехал сюда второй раз — из него тоже вышла девушка в красном костюме, только это была уже другая девушка…

— Как — другая? — Леня окончательно запутался.

— Может, кого-то другого они и ввели в заблуждение, — продолжил нищий, выдержав эффектную паузу, — только не меня! У меня глаз наметанный. Обе девушки были в красных брючных костюмах, довольно коротко пострижены и выкрашены в два цвета, только у первой костюм, хоть и неплохой, но не очень дорогой и прическа слегка растрепана, а у второй костюм из очень дорогого магазина и волосы только что уложены… Разница между этими двумя дамами была примерно такая, как между бриллиантовым украшением и стеклянной бижутерией!

«Так, — подумал Леня, — если этот старикан ничего не путает и не подвирает, то Лолка — это вторая девица: у нее вся одежда исключительно из дорогих бутиков и самого высокого качества. Правда, волосы у нее только вчера вечером были довольно длинные и замечательного натурального каштанового цвета, но как раз это она могла запросто изменить у парикмахера; кажется, она именно к нему и собиралась сегодня с утра».

— Кроме того, — продолжал «слепой», — первая девушка была очень взволнована, страшно спешила, а вторая, хотя тоже торопилась, но была гораздо спокойнее, заперла машину и направилась к скверу быстро, но без всякого волнения. Вот когда она обратно прибежала — тогда действительно неслась, как будто за ней черти гнались, и прическу растрепала…

— Как, значит, она вернулась? — удивленно переспросил Леня. — Почему же машина осталась на месте?

— Молодой человек! — Нищий недовольно поморщился. — Ну когда же вы наконец научитесь слушать?

— Все, молчу! — Леня прижал руку к губам. — Рта не раскрываю!

— Вот так-то лучше! Она прибежала обратно, только в свою машину сесть не успела, потому что ее перехватили двое парней…

— Что значит — перехватили? — перебил старика Маркиз, но тут же спохватился и замолчал.

Нищий укоризненно взглянул на него поверх очков, но продолжил:

— Один из них слегка приложил ее по голове, а когда она начала падать — аккуратненько подхватил под локти, так, чтобы со стороны выглядело, будто он ее обнимает. Второй помог своему приятелю затащить девушку на заднее сиденье машины. Парни самые обыкновенные, братки низшего разряда — бритые, накачанные, морды тупые… Как только девушку втащили в машину, уехали…

— А машина, машина какая? — в чрезвычайном волнении воскликнул Леня. Если до сих пор он думал, что Лолка просто забыла обо всем, занявшись какими-то обычными дамскими делами, вроде прически или костюма, то теперь он понял, что его боевая подруга попала в настоящую переделку и ее немедленно нужно спасать.

— Машина такая же обыкновенная, как сами братки, — черная «BMW» третьей серии, выпуск девяносто шестого года, видимо, была в аварии — левое крыло подкрашено, хотя довольно аккуратно.

Маркиз собрался восхититься наблюдательностью «слепого», но тот еще больше удивил его:

— Если дадите сто долларов, я и номер машины скажу!

Маркиз без колебаний сунул в морщинистую руку зеленую купюру с изображением одного из американских президентов и получил в обмен на нее обрывок бумажки с криво записанным номером.

— До чего же вы, дедушка, наблюдательный! — решил Маркиз подольститься к нищему.

— Не сомневался, что эта информация кому-нибудь пригодится, — негромко проговорил старик и, еще больше понизив голос, добавил:

— Милиции я ничего не рассказал.

— Милиции? — Леня подпрыгнул. — Здесь была милиция?

— Конечно, — нищий с достоинством кивнул, — они приехали на труп.

— Труп? — Леня побледнел. — Какой труп?

Дедушка, да говорите скорей, вы что, хотите моей смерти?

Нищий неодобрительно поморщился, снова выдержал театральную паузу и неторопливо рассказал, что минут через десять после того, как черная машина с похищенной девушкой уехала, из сквера донесся истошный женский визг. Очень скоро подъехало несколько милицейских машин, и вокруг собора поднялась несусветная суматоха. На «слепого» прибывшие не обратили внимания, подумав, что он не подходит на роль свидетеля, но из обрывков разговоров старик понял, что в сквере обнаружили труп женщины, а еще через несколько минут мимо него пронесли накрытые брезентом носилки, с которых свешивалась женская рука в темно-красном манжете…

— Выходит, та, первая, девушка, которая так спешила, умерла, а вторая, когда вернулась, — увидела труп и убежала, тут ее и прихватили братки… — резюмировал дед.

Леня пришел в ужас. Даже если старик не ошибается, и в «фольксвагене» действительно приехали две девушки в темно-красных брючных костюмах, и та, которая умерла в сквере, — это не Лола, все равно его подруга влипла в какую-то ужасную историю, значит, ее срочно нужно спасать.

А если «великий слепой» на этот раз ошибся, и на носилках унесли все-таки Лолу?

Маркиз частенько поругивал Лолу за легкомыслие и излишнюю любовь к театральным эффектам, постоянно пикировался с ней, но на самом деле она была ему очень дорога. При одной только мысли, что с его партнершей случилось несчастье и она в лучшем случае находится сейчас в руках каких-то отморозков, а в худшем — в милицейском морге, сердце благородного мошенника мучительно заныло.

Леня поблагодарил «слепого» за ценную информацию и направился к своей машине.

У него за спиной послышался надтреснутый фальцет:

— Помогите конкретному отечественному бизнесмену, реально пострадавшему чисто по жизни в результате дефолта!

Обернувшись, Леня увидел вылезающего из «шестисотого» «мерседеса» обвешанного золотыми цепями пузатого мужика, на которого «слепой» расточал свой актерский талант.

Старик вдохновенно занимался своим психологическим бизнесом.

Сев в машину, Леня вытащил мобильник и позвонил Уху. Продиктовал номер, записанный нищим, попросил узнать все о машине, ее владельце, и медленно поехал в сторону дома.

Не успел он далеко уехать от Исаакиевской площади, как приятель перезвонил ему.

— Слушай, Маркиз, — растерянно проговорил он, услышав Ленин голос, — ты уверен, что это действительно «BMW»?

— Третьей серии, черная, выпуск примерно девяносто шестого года, — выдал Леня описание «великого слепого».

— Дело в том, что по данным ГАИ этот номер числится за «копейкой» восьмидесятого года выпуска.

— Что за чертовщина! — удивленно проговорил Леня. — Но свидетель записал номер, вряд ли он мог ошибиться…

— Может быть, твой свидетель и не ошибся. Ведь, судя по всему, машина бандитская?

— На все сто процентов.

— Ну а нормальные бандиты, особенно если едут на дело, вешают на тачку фальшивые номера. Или сами рисуют, или снятые с какой-нибудь разбитой или гнилой машины… Вот как раз «копейка» восьмидесятого года отлично подходит!

— Так что — глухарь? — тоскливо протянул Леня. — Никак не вычислить эту «бээмвуху»?

— Подожди сдаваться, — Ухо негромко просвистел в трубку мелодию из старого советского сериала «наша служба и опасна, и трудна», что было у него обычно признаком интенсивных размышлений, — ты вроде говорил, у этой тачки были какие-то особые приметы?