есть что обсудить…
Он буквально остолбенел от услышанного. По спине прокатился холодный пот, Эндо отвернулся к окну и, стиснув трубку, тихо спросил.
— Уже в городе?
— Ага. Удивлён?
— Ты едешь в Махо-Кай?.. Когда?
— Сегодня, а может, завтра, кто знает? — он снова рассмеялся. — Говорят, на вверенной тебе территории происходят странные вещи. Загадочные, я бы сказал, не от мира сего. Понимаешь, о чём я?
Он сглотнул. Информацию о луче света, появившемся в небе сразу после боя в Махо-Кай сразу же засекретили, но очевидцев было слишком много. В том числе, в их школе. Официальные власти списали всё на инцидент при магическом эксперименте в лаборатории, но ветераны вроде Эндо и Хираты знали правду.
Враг был на их земле, и бороться с ним должна была Имперская Разведка. Картинка сложилась: Штаб Империи узнал о транспортном луче богов и среагировал мгновенно, отправив следователя Имперской Разведки. Лучшего следователя. И настоящего безумца.
— До встречи, Эндо, — тихий смех Хираты прозвучал особенно зловеще. — Уже не терпится услышать от тебя всё, что ты знаешь.
— Да… — ответил он коротким гудкам. — Прощай.
— Всё в порядке, господин Эндо? — подал голос Ватанабэ. Мужчина обернулся — оба ученика беспокойно смотрели ему в глаза.
— Да, всё хорошо. У вас есть задание, приступайте.
Коротко кивнув, Ширасаги и Ватанабэ вышли из кабинета. Поймав на себе беспокойный взгляд девушки, закрывшей дверь, Эндо сдержанно улыбнулся.
Нужно во что бы то ни стало минимизировать интерес Хираты к его школе. По крайней мере, до тех пор, пока он сам во всём не разберётся. Мужчина снова открыл папку Ямады и бегло пробежался по строчкам последнего отчёта. Но прежнее ощущение надвигающихся проблем лишь усилилось.
— Надеюсь, я ошибаюсь, — тихо пробормотал он.
* * *
Что может быть прекраснее, чем просыпаться в новом доме от запаха готовящегося завтрака под доносящееся с кухни мурлыканье твоей жрицы?
Я тихонько спустился на первый этаж и прислонился к дверному проёму, любуясь зрелищем. Юмэми пританцовывала у плиты в тонкой ночной сорочке и, тихо напевая под нос весёлую мелодию, готовила омлет с рисом. Один взгляд на неё вызывал улыбку, а на душе теплело.
— Доброе утро, Юмэми, — выждав почти минуту, сказал я. — Выглядишь неотразимо.
Она обернулась — и, ойкнув, смущённо покраснела. Что-то она почувствовала в моем взгляде, замерев, как лань при виде охотника.
— Отвернись, пожалуйста.
— А если не отвернусь?
— Скороводкой ударю, — шутливо пригрозила она, упирая руки в бока. — Посмотри за омлетом, я сейчас.
Она быстро прошмыгнула мимо меня наверх, изящно, на носочках взбежав по лестнице. На миг я ощутил её лёгкий аромат и с удовлетворением отметил — она стала спокойнее реагировать на мои атаки. Событий того вечера, когда я застал их с Рюэном, она деликатно не вспоминала, да и вряд ли помнила, но порой я ловил на себе её смущённые взгляды. Даже сейчас, сбежав переодеваться, она прятала взгляд и краснела, как девчонка на первом свидании.
Понемногу я топил лёд её сомнений. Нужно лишь выбить из её хорошенькой головки мысли о конкурентах.
Вернувшись в домашних шортиках и майке, она накрыла на стол. Я собирался мило пофлиртовать за завтраком, но глядя, как она лениво ковыряла омлет вилкой и хмурила брови на сотовый телефон, отказался от этой затеи.
— Что-то случилось на работе?
— А? — она оторвалась от устройства и попыталась улыбнуться. — Всё хорошо, родной. Просто небольшие… хмм, сложности.
Небольшие? Отложив вилку, она закусила губу и принялась строчить ответ. По выражению ее лица я понял, дело нешуточное. Юмэми была из тех людей, что готовы скрывать трудности на работе, чтобы не беспокоить родных, пока проблема не станет совершенно непреодолимой. Но в случае беды она пойдет не ко мне, а скорее, к Рюэну Могами.
Что ж, возьму на заметку.
Закончив с завтраком, я бесцеремонно обнял её и, чмокнув в щёку, отправился в школу.
В школьном дворе перед учебным корпусом вовсю шли ремонтные работы — следы нашей с Куроками потасовки ещё долго будут устранять. Особенно эпично смотрелась вмятина в центральной секции, куда я отправил вице-президента последним ударом. Со стороны могло показаться, что в стену врезался небольшой метеорит. От точки попадания расходились внушительные трещины, все стекла вокруг вмятины были выбиты, а окна едва держались на искорёженных рамах.
Даа, сокрушительный удар получил не только бедняга Куроками, но и бюджет школы.
Уже на пути в класс я услышал оживленные голоса внутри. Но стоило мне зайти, галдёж усилился многократно. Еще недавно бывшие едва не врагами, одноклассники приветствовали меня наперебой.
— О, Ямада! Привет, герой! Что устроим сегодня, революцию на первом курсе? Чур я буду генералом!
— Привет, народ, — с ослепительной улыбкой я прошелся по рядам, пожимая тянущиеся ко мне руки. Несколько девчонок даже подставили головы, чтобы я потрепал их волосы — сейчас так было модно показывать свою симпатию.
— Я даже не сомневался, что ты справишься, — мне навстречу поднялся Коёми Джин. — С возвращением, Ямада.
— Увидел, что хотел, Джин? — усмехнулся я, глядя на его протянутую руку. — Или в следующий раз ты снова будешь стоять в сторонке и нерешительно мяться, пока я делаю всю работу?
Он скривился в кислой улыбке, водя взглядом по лицам учеников вокруг нас. Неприглядная правда могла подорвать положение в классе, которого он так добивался, но щадить его я не собирался.
— Каждый из нас в чем-то был неправ. Тем более, спорить с такими обвинениями…
— …нужно обладать мужеством, правда? — закончил я. — Как у Хаясэ, например.
Я помахал рыженькой соседке — она смотрела на меня во все глаза и буквально лучилась от восторга. Ох и непростой разговор нас с ней ждёт… уверен, она сгорает от любопытства после увиденного. Сообразительная девушка наверняка догадалась, кто я такой на самом деле.
— К чему спорить? Ты всем доказал, что был прав, — сдался Коёми. — Так что, может не будем бередить прошлое и лучше сосредоточимся на турнире?
Гадёныш всё-таки перевёл тему, не дав добить себя перед классом. Я пожал его руку в знак примирения — и вернулся на своё место. По пути отметив, что Камоцу, парнишка с фингалом с первой парты, так и не вернулся. В его ситуации проще будет перевестись в другую школу, чем четыре года терпеть едкие шуточки одноклассников.
— Эй, Коёми! — усевшись, я окликнул эспера. — Ты только когда с девчонкой наедине останешься, не теряйся! Если хочешь, могу сказать, что делать!
Коёми попытался вяло отшутиться, но цепная реакция хохота и насмешек уже пошла по всему классу. Оставив в покое горе-сообщника, я повернулся к соседней парте. Старосты всё
