— Не могу сказать, что с тобой было приятно познакомиться, Рик, но знакомство, без сомнения, оказалось интересным. До свиданья. — Она открыла дверцу грузовика.
Он разочарованно застонал.
— Назови свою цену, и я сделаю тебя царицей бала. Все члены садоводовческого клуба упадут, когда ты появишься в парадной двери Брайервуд Чейс.
Она замерла, стоя одной ногой в кабине грузовика, повернулась. Ее глаза округлились.
— Клуб? Брайервуд Чейс?
— Моя мать — президент садоводческого клуба Чэпл-Хилл а Брайервуд Чейс — дом моих родителей.
— Когда-то я там ухаживала за розариями. Лили произнесла эти слова почти благоговейно, прижав руку к сердцу.
— Гордость и радость моей матери. — Рик не совсем понял, почему благодаря упоминанию о розах у Лили изменилось настроение.
— Твоя семья, как и многие члены клуба садоводов, пользуется услугами компании, где я когда-то работала.
— Что, если я смогу убедить маму поручить тебе снова ухаживать за ее розами?
Одна темная бровь приподнялась, она снова поставила ногу на землю.
— Это явный подкуп, мистер Фолкнер.
Он поднял руки.
— Рик. И.., да, подкуп, но у меня нет выхода.
Помоги мне доказать, что мой двоюродный брат обманывает компанию, и я замолвлю перед матерью словечко за «Джемини лэндскейпинг». Не могу ничего гарантировать, потому что мама и ее розы… — Он пожал плечами. Лили незачем было знать, что розам его матери досталась вся любовь, от которой отказывался ее бессердечный муж. — На вечере я познакомлю тебя с матерью и ее близкими друзьями-садоводами.
Лили стояла перед ним, постукивая носком рабочего ботинка. Наконец она неуверенно кивнула.
— Хорошо, но все будет только для вида. И никаких прикосновений под столом.
У него пересохло во рту, и внезапно ему захотелось проверить, насколько мягкие у нее губы.
— Чтобы это выглядело убедительно, понадобится некоторый контакт…
Лили бросила на него подозрительный взгляд.
— Что ты называешь контактом?
— Прикосновения. — Он пожал плечами. — Поцелуи.
Она широко раскрыла глаза и перевела взгляд на его губы. Ее зрачки расширились. Она облизала губы, и его захлестнула жаркая волна, вызвав желание. Он чуть не застонал вслух.
— Я тебя едва знаю. Почему ты думаешь, что мне захочется тебя поцеловать?
Он шагнул ближе. Она прислонилась спиной к грузовику, и у нее перехватило дыхание.
— Хочешь сказать, что нас не влечет друг к другу?
Ее веки затрепетали, и на миг ему показалось, что он взял над ней верх, но она положила руку ему на грудь и оттолкнула с такой силой, что он качнулся назад.
— Твое счастье, что это была моя рука, а не колено. У меня такое чувство, что если я дам тебе мизинец, Рик Фолкнер, то ты постараешься оттяпать всю руку. Не искушайте судьбу, мистер Фолкнер.
Речь идет о деловом предложении. Я хочу вернуться в розарий вашей матери, а не в вашу постель.
Лили взобралась в кабину, захлопнула дверцу перед его лицом и вырулила со стоянки. Рик уставился ей вслед, качая головой: какая ирония первая женщина за несколько месяцев, которая сумела его заинтересовать, утверждает, что он ее не интересует!
Лили вздрогнула, когда вошла в затененную гостиную дома, где она жила вместе с матерью, потому что с шезлонга поднялась темная фигура.
Она схватила бейсбольную биту, которую держала рядом с дверью, и одновременно зажгла свет.
— Черт возьми, Трент, ты меня напугал до смерти! Что ты здесь делаешь?
Ее брат был выше ее по крайней мере на голову и худой, как щепка. Он пересек комнату широкими шагами. Ее кот зашипел, махнул хвостом, пробежал между ног Лили и укрылся под стареньким низким столиком.
— Ты исправила контракт?
— Да, с контрактом все в порядке.
Трент был младше своей сестры всего на десять минут, но иногда казалось, что на десять лет.
Лили всегда работала вместе с отчимом и занималась практическими вещами, тогда как ум Трента всегда блуждал в мире грез. Он повсюду носил с собой карандаш и бумагу и все время машинально рисовал. Но сады он проектировал лучше, чем любой другой дизайнер садов. Сестре оставалось лишь найти этим проектам практическое применение.
— Этот тип надул нас?
— Я не встречалась с тем, кто занимается контрактами. Я встретилась с архитектором, Риком Фолкнером, сыном главы компании.
— И?..
Она наклонилась, чтобы почесать кота, и понадеялась, что Трент не заметит, как горят ее щеки.
Что ему рассказать? Что она никогда не встречала парня сексуальнее Рика Фолкнера? Что она уже думает, не появиться ли с ним на людях? Конечно, только в интересах дела, но всего на миг она пожелала…
Не обращай внимания на желания. Они не сбываются.
— Его родители живут в Брайервуд Чейс. Если я пойду с ним на вечеринку, он согласен поговорить с матерью, чтобы нас наняли.
Трент рассердился.
— Это сексуальные домогательства.
— Нет, вообще-то, нет. У нас есть контракт независимо от того, появлюсь я с ним на людях или нет. — Она вынула его из заднего кармана и протянула Тренту. — Это деловая сделка. Рику нужна девушка, чтобы привести ее на прощальный бал отца, такая, которая не захочет выйти за него замуж, а за это я буду иметь возможность пообщаться с богатыми и знаменитыми жителями Чэпл-Хилл.
Трент застонал и провел рукой по слишком длинным волосам. Как обычно, он забыл постричься.
— Лили, не делай этого.
Она притворилась, будто ничего не понимает.
— Ты хочешь, чтобы я отказалась от работы?
Этот вечер поможет нам найти клиентов из элиты Чэпл-Хилл. Его мать — президент клуба садоводов.
Он покачал головой.
— Тебя интересует жизнь богачей? Мы не нужны Иену Ричмонду, Лили. Уолт Уэст был замечательным отчимом, и тот осел, который произвел нас на свет, ему в подметки не годится.
— У тебя разыгралось воображение, если ты думаешь, что я тоскую по эгоисту и тупице, который бросил нашу мать. — Она горько вздохнула. — Разве ты ничего не хотел бы узнать об Иене?
— Нет. Если бы он нами заинтересовался, то мог бы нас найти.
— Я это знаю.
Их родной отец никогда не пытался с ними встретиться. Лили было восемь лет, когда один одноклассник обозвал ее ублюдком. Она не знала, что это такое, но поняла, что это плохо, потому что одни дети захихикали, а другие посмотрели на нее с жалостью. Вся в с слезах, она побежала к матери. Мать попыталась объяснить дочке, в чем дело.
Отцу девочка была не нужна, сказала Джоанн и предупредила, что, если Лили о нем заговорит, дедушка может отобрать у них дом — дом, купленный ею на деньги, которые она получила в качестве отступного.
— Так что ты собираешься делать? На вечере подойти к Ричмонду и представиться?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
