Читаем без скачивания Июльские горки - Сергей Лесков

И я решилась. Я убеждала себя, что уж, если вступила на этот скользкий путь, надо дойти его до конца и с честью выпутаться из создавшегося положения. Возможно, и денег ещё заработаю. Я рассуждала уже, как закоренелая преступница. Но нужно всё выполнить таким образом, чтобы Надежде Викторовне был причинён наименьший вред для её здоровья. Михаил научил меня, как пользоваться этим злополучным шлангом. Вечерами мы отрабатывали на мягких игрушках силу и направления удара. Мне кажется, если он правильно меня тренировал, то сейчас я один из самых лучших представителей разбойников, владеющих этим орудием, во всей стране.

И вот этот день раздачи пенсий наступил. В 10 часов утра я уже разодетая, согласно всему сценарию, ждала недалеко от нужного подъезда, ожидая прихода Надежды Викторовны. Сказать, что я была спокойна, значит не сказать ничего: от страха у меня тряслись поджилки, руки, и ноги мои дрожали мелкой дрожью. Я ловила на себе взгляды прохожих, в глазах которых выглядела похмельной шлюшкой. Ко всему прочему меня страшно мучили угрызения совести, я понимала, что вряд ли смогу ударить по голове бедную женщину, пусть даже это и избавит мою дальнейшую жизнь от многих неприятностей и проблем. А может быть наоборот – эти проблемы и неприятности возникнут с новой, непреодолимой силой? Я искала выход из создавшегося положения, и не находила. А время шло. И вот я увидела, как в подъезд входит Надежда Викторовна, в руках она держала заветную сумку, за содержимым которой так охотились мои новые хозяева. Я, как мы и репетировали, сделала выдержку в три-четыре секунды, и зашла за ней туда же, используя свою личную таблетку от домофона. Работница почты медленно поднималась на второй этаж. Я быстрым шагом догнала её и достала из своей сумки приготовленный шланг. Руки мои дрожали, я решила сделать это как можно скорее, пока какая-то решимость ещё присутствовала в моем сознании. В конце пролёта перед вторым этажом Надежда Викторовна, видимо, инстинктивно что-то почувствовала и резко обернулась. Наши глаза встретились. Я застыла на месте и не могла пошевелиться. В правой руке у меня был зажат этот чёртов шланг, но я спрятала руку за спину, и Надежда не могла его видеть. Мы стояли друг перед другом и молчали. Так продолжалось секунд десять, в течение которых женщина странно меня рассматривала. Потом вдруг резко засмеялась и обратилась ко мне:

– Светик, ты совсем с ума сошла! Что ты сделала то с собой? Приедет Павловна, расскажу, в каком виде ты разгуливаешь по городу. Дуй домой и приводи себя в порядок! Бесстыжая! Совсем молодёжь с ума посходила!

Она повернулась и продолжила свой путь. А меня затрясло с ещё большей силой, но я уже была неимоверно рада, что всё произошло именно так. Вроде и вины моей нет, что ничего не вышло, ведь не убивать же мне бедную женщину, если она меня узнала. Вот только поверят ли мне Михаил и его друзья, которые ждали меня в машине за двором дома?

Конечно, мне никто не поверил. Обвинили в срыве всей операции и повесили еще огромную сумму денег, которую я должна буду отработать в течение нескольких месяцев. А Михаила обязали обеспечить меня работой до середины июля, а самому к этому времени необходимо куда-то скрыться на длительный срок. Как я поняла, он исчислялся годами. Что там у них произошло, я не знаю. Никого из этой компании я практически никогда не видела и не знаю. Всё это мне известно со слов Михаила. Я пообещала ему вчера, что всё сделаю, как он скажет, а сама решила скрыться, сына и маму пока спрятала у подруги. Вот и всё, что я могла тебе рассказать. Теперь ты знаешь абсолютно всё. Что мне делать я ума не приложу. Но чем больше обо всем этом думаю, тем больше склоняюсь к мысли, что надо идти в милицейскую полицию, или как там она сейчас называется. Удерживает лишь то, что Михаил неоднократно упоминал, что и там у них всё схвачено. Как бы, таким образом, ещё скорее не попасть им в «лапы» – на этом Светлана закончила свое повествование».

Во время всего её рассказа Виктор не задал ни одного вопроса. Девушка всё доводила до его сведения грамотно и доходчиво, ни разу нигде не запуталась. То есть, он понял всё. Но от этого легче не стало. Он осознал всю чудовищность ситуации, в которую она попала. Что-то надо предпринимать, но что? Однозначно, из гостиницы надо уходить, и как можно скорее. В другие гостиницы также незачем соваться. Надо искать пристанище у друзей или же у совершенно незнакомых людей, выдавая себя за мужа и жену. И желательно, чтобы это был небольшой частный домик недалеко от города. Это первое, что надо сделать. А все остальные вопросы решать уже более в спокойной обстановке и по мере их возникновения. Во всяком случае, сейчас он пришел к такому выводу и постарался убедить в этом девушку. Она с ним, как ни странно, сразу же согласилась.

Несмотря на чудовищность событий, о которых рассказала девушка Виктору, она его привлекала больше и больше. Он с каждым часов, даже, наверное, с каждой минутой удивлялся и умилялся ею. Казалось, чувства к ней зарождаются в его сердце постоянно с прогрессирующей эффективностью. Ему хотелось её как женщину всё сильнее и сильнее. Порой он думал, что не сможет справиться со своими чувствами. Но одновременно и что-то удерживало его, существовал какой-то внутренний тормоз, какая-то боязнь её. Может быть, это было все-таки чувство ответственности перед своей настоящей семьёй, перед женой Еленой. Он не мог ещё сейчас в этом разобраться. Как говорится – и хочется, и колется…

Они стали собираться в кучу и спустились вниз к миловидной девушке за стойкой, которая встретила их так же приветливо. На выписку ушло буквально несколько минут, гостиница в это время была абсолютно пуста. Виктор обратил внимание, что в фойе присутствовали камеры видеонаблюдения, что совсем его не обрадовало. Аналогичные камеры он обнаружил и на стенах гостиницы. Его любимый «Киа-Рио» был припаркован практически под одной из них. Ещё одна проблема. Но он не стал грузить Светлану этой информацией. Сначала нужно скорее убраться отсюда. Они сели в автомобиль и поехали в сторону центра города.

Мысль, куда пока определить Светлану, пришла неожиданно. Соловьев понял, что это единственное правильное место на настоящий момент. Был у него один очень хороший знакомый, практически друг, который проживал за городом в деревне Горные Морины в поозерье. Было ему примерно 60 лет, вроде бы военный пенсионер, и звали товарища Петр Александрович. А местечко это находилось километров в двадцати от города. Об их знакомстве мало кто знал, из друзей точно никто, супруга однозначно. Знали лишь парочка девиц лёгонького поведения, с которыми положительный супруг Соловьев изредка проводил времечко. Последний раз эта встреча происходила чуть меньше шести месяцев назад, ещё зимой. У них с Еленой тогда только начинались зарождаться семейные проблемы в той степени, когда уже было необходимо оперативное вмешательство. Вот Виктор и воспользовался этим оперативным вмешательством. С точки зрения конспирации для него и Светланы сейчас это был наиболее идеальный вариант.

Примерно, через час после гостиницы, сделав в ночном супермаркете «Лента» необходимые закупки, Виктор со Светланой въезжали в Горные Морины. Пётр Александрович проживал в своем домике совершенно один, никто из родственников его никогда не посещал, изредка, по необходимости топил баньку по-черному. Иногда Виктор заранее связывался с ним и предупреждал о своем приезде, но за последние пару лет этого уже не происходило. Их знакомство, даже своеобразная дружба длилась лет пять, если не больше. Соловьев даже и не помнил, каким образом их свела судьба вместе. Просто как-то после очередной мальчишеской грандиозной попойки он очнулся в бане у этого человека. А как он там оказался – одному Богу известно. Но с тех пор, когда на душе было муторно, или когда требовалось эффективное оперативное вмешательство для души и тела, он приезжал к дяде Пете, как стал называть его несколько позже.

Вот и сейчас, он ничего не объяснял своему другу, лишь предупредил его, что о девушке, которая должна несколько дней пожить у него, никто не должен ничего знать, и никто не должен её видеть. Дядя Петя, Пётр Александрович, понятливо кивнул и пошёл топить баньку, так как считал, что для успокоения нервов это самое лучшее средство. А то, что нервы у девушки, мягко выражаясь, играли на тонких струнах на грани срыва, было заметно и невооруженным глазом. Виктор проинструктировал Светлану и хозяина дома, как себя вести на всякие непредусмотренные случаи, каким образом поддерживать с ним экстренную связь, и двинулся в город. Он так ничего и не сказал девушке о видеокамерах в гостинице, решив не пугать её раньше времени. Был у него маленький планчик, как изъять оттуда эти видеозаписи, но действовать для этого надо было очень быстро. И Соловьев Виктор Александрович, 1973 года рождения, на своем «Киа-Рио» на высокой скорости отправился в город.