не удивился, — пробурчал Макс и увидел под лысеющей лисьей шапкой коробку конфет.
Двумя пальцами, чтоб не распугать моль доедающую мех, он убрал шапку и приоткрыл коробку. Он и не надеялся найти там конфеты. Вместо них там лежала потрёпаная книга. По описанию Катажины — та самая.
— Нашёл! — громко сообщим Макс и едва не свалился с табурета.
Катажина с дымящимся котелком вышла из комнаты и поставила его на деревянный стол у окна.
— Подыши пока этим дымом, а я полистаю книгу сестры. Она всё сюда со слов матери записывала.
Макс настороженно подошёл к столу и принюхался. Дым оказался едким, как жжёная вата.
— Зачем это? — отодвинулся от котелка Макс и кашлянул.
— Потом спасибо скажешь, — потёрла ладошки Катажина и раскрыла на столе книгу.
Макс нехотя сунул нос в облачко дыма и осторожно вдохнул. Из глаз мигом покатились слёзы. Дым защекотал горло и лёгкие.
— Это точно надо? — не разлепляя глаз, простонал он.
— Меньше болтай, больше вдыхай…
Макс сжал кулаки и втянул ноздрями новую порцию дыма. А тот как будто пошёл не в лёгкие, а в голову. Максу показалось, что дым сейчас вылетит у него из ушей.
«Не уверен, что это безопасно. Если задохнусь, никто меня искать не станет, — подумал он».
Так хотелось отодвинуть котелок и выбежать на улицу, но Макс пересилил желание. Он вдыхал слезоточивый дым снова и снова. С каждым вдохом в голове словно начали перекатываться шарики. Они звонко стучали друг об друга и сквозь туман стали проступать обрывки воспоминаний.
Макс увидел очертания пещеры, освещённой сияющими кристаллами. Замелькали злобные лица горных жителей, словно вырубленные из камня. Они были ниже Макса, с круглыми головами, вдавленными в плечи, а в тяжёлых ручищах — плётки. Как же ему хотелось запустить в них булыжником! А потом увидел обвал в шахте и кусок скалы, разбивший его цепь. Тогда он решился сбежать, ведь эта мысль была с ним всегда. Он много раз продумывал план, запоминал расположение туннелей, где находятся выходы из них. Подговаривал мальчишек, которые вместе с ним трудились в шахте. Но обвал всё решил. Он случился на том самом месте, где не было охраны. Макс в мельчайших подробностях вспомнил, как воспользовался паникой других детей и юркнул в боковой тоннель. Его никто не заметил и не преследовал.
Когда видения рассеялись, Макс протёр глаза и посмотрел на Катажину.
— Ну, как, память-то хоть прояснилась? — с участием спросила она.
Но вместо неё перед Максом был только размытый силуэт.
— Я ничего не вижу, — дрогнувшим голосом проговорил он.
— Наверно переборщила с травками, — пожала плечами она. — Но иначе с гномьей магией не справиться…
— Я ослеп?! — воскликнул Макс и пошатнулся.
Катажина мягко взяла его за плечо и усадила на табурет.
— Потерпи немного, пусть действие трав пройдёт, — спокойно ответила она и погладила его по спине. — Ты хоть что-то вспомнил?
— Всё вспомнил! — кивая прошептал Макс.
— Согласись, уж лучше плохие воспоминания, чем никаких… Расскажешь?
Катажина замерла в ожидании, а Макс набрал побольше воздуха в лёгкие и радостно затараторил:
— Я вспомнил, как сбежал! Там был обвал, и огромный камень перебил мне цепь, а потом…
— Ну, вот и славно! — похлопала его по плечу Катажина и напомнила про машину, которая наверно уже приехала из города, а милиционеры выпустили участкового из клетки.
— Ты лучше скажи, вспомнил ли ты того, кто отдал тебя горным гномам? — спросила она.
Макс попытался напрячь память, но именно это событие как будто кто-то стёр. Он огорчённо вздохнул, а ведьма коснулась его руки и ободряюще сказала:
— Зато, я кое-что нашла в записях сестры. Я-то материнские рассказы слушала, а она всё записывала. А как уехала в город, так и оставила мне эту книгу. Тут Зина описывает раны от нежити, и даже рисунки сделала. Вот посмотри, если зрение прояснилось.
Макс глянул в книгу. Строчки ещё расплывались, но на картинке он разглядел укус, похожий на тот, что остался на его плече.
— А тут написано, кто так кусается? — с нетерпением спросил он и нахмурился.
— Да. Такой след остаётся от зубов груагаха!
— А кто это? — насторожился Макс.
— Тот, кого сейчас называют твоим именем…
— Он же обычный мальчик…
— Нет. Тут написано, он вроде подменыша. Только груагах не детёныш нечисти, которого подбросили в колыбель вместо настоящего младенца. Он сам это сделал!
— Но зачем он так поступил со мной? — воскликнул Макс, его руки задрожали, а в глазах заблестели слёзы.
Катажина вновь погладила его по спине и сказала:
— Спросишь у него сам, когда будешь готов.
Макс сунул руку в карман, но украденного ножа там не оказалось.
— Я заставлю его сказать правду! — сквозь зубы проговорил Макс. — И верну себе родителей!
— Чтоб совладать с груагахом, надо знать, кто он такой! — попыталась успокоить его Катажина.
— Я уже знаю, кто он!
— Нет не знаешь, — положила перед ним книгу ведьма и ткнула пальцем в страницу. — Груагахи раньше жили только в Ирландии. Но матушка говорила, что они добрались до немецких деревень. А теперь, как и гномы, обосновались в этих землях. Их магия чужая здешней нежити, они даже не видят друг друга. Вот никто их и не останавливает.
— Я остановлю! — соскочил с табурета Макс.
— Ты же не знаешь, как это сделать, дурачок!
— А вы знаете?
— Сиди и слушай внимательно. Груагахи, когда пробираются в дом, они обычно… съедают младенцев, а детей постарше отдают нежити, — Катажина тяжело вздохнула, сочувственно глянула на Макса и добавила: — А этот груагах подбросил тебя во владения горных гномом. Откуда не возвращаются… За редким исключением.
Макс слушал, а сам высматривал среди завала на столе нож или хотя бы вилку. Но среди ёмкостей с водой, пучков засохшей травы и подсвечников с оплывшими свечами ничего подходящего не заметил. Катажина замолчала, забрала книгу и стала водить пальцем по строчкам, шепча что-то себе под нос.
— Что там ещё
