Может быть, духи ошибаются? Нет. Никогда.
Он должен следовать за ней. Их судьбы связаны. Большего духи не скажут.
И вот не он, а она следует за ним. Наследница.
Он до последнего не понимал, к чему мир шептал ему это слово, пока не увидел ее глаза. Изумрудно-зеленые, как в его видении. Как у него самого.
Наследница.
Явилась и заявила, что ее мир в опасности, и спасти ее может только он, великий Мерлин. В две тысячи двадцать третьем году. Неужели его слова протянулась сквозь долгие столетия, на 15 веков вперед? Это льстило. Но пугало тоже.
Какие надежды возлагали на него там, в будущем? Каким образом он может спасти их мир, когда и свой защитить пока не в силах?
Моргана, саксы, засухи, голод, войны… Каждый год новая напасть.
С тех пор, как ему стукнуло шестнадцать, он, пожалуй, и не помнил спокойного года. Именно тогда он узнал свою судьбу. Он должен помочь создать величайшего короля всех времен. Помочь своему королевству. Но о помощи в спасении чужого далекого мира его никто не предупреждал. А шансов за прожитые с того времени десятилетия было множество.
***
Должно быть, пара часов подходила к концу, потому что впереди между стволов замаячил легкий свет, а небо стало светлее. Что ж, значит, они подбираются к жилым домам, подумалось Трине. Значит, скоро ее странная прогулка закончится, и начнется новый виток этого вечера — счастливый ли, страшный ли, уже было все равно. За время, что она шла за незнакомым магом, в душе поселилось смирение и готовность ко всему.
И все же, когда, сделав шаг из леса в широкую долину, она увидела перед собой не привычные домики пригорода, а большой холм, на котором возвышался многоэтажный замок, Трина испытала настоящий шок.
Даже в темноте, освещенный лишь светом факелов, Камелот поражал своей красотой и величием. Высокие каменные башни с арочными окнами, массивная и неприступная стена вокруг, знамена и флаги, развешанные тут и там, которые колыхались на ночном ветру.
Чем ближе они подходили, тем больше поражали масштабы обители Артура. В Трине просыпался интерес исследователя, который жаждет узнать каждый уголок, каждый зал этого легендарного замка. Происходящее казалось сном, да и только.
Однако, когда еще спустя полчаса они подошли к высоким резным воротам, над которыми острыми копьями вниз указывали зубцы опускающейся решетки, когда она заметила стражу, стоящую по бокам от входа и снующую тут и там по крепостной стене, Трина наконец осознала.
Жрицы святые, она и правда в Логресе. Другого объяснения теперь просто нет.
Глава 3. Камелот
Мерлин, теперь Трина знала, что это именно он, поселил ее в дальней башне замка, словно намеренно не подпуская к королевским покоям и придворным. Несмотря на это, комната, доставшаяся ей во владение, была очень уютной, пусть и не роскошной. В ней было все необходимое: большая кровать с бархатным балдахином алого цвета и золотым изображением дракона — символом короля; платяной шкаф из темного дерева с резными дверями; ширма с цветочным рисунком нежно-розового цвета; туалетный столик и небольшой стол для трапезы; камин, а также большое зеркало в узорчатой деревянной оправе. Тут и там в позолоченных канделябрах сверкали огнями свечи, отбрасывая блики на каменные стены, украшенные гобеленами с видами Камелота, лесов и гор, одинокого острова посреди озера, людей. От стен непривычно веяло холодом, и Трина порадовалась, что в комнате есть очаг.
— Завтра утром я поговорю с Артуром, — сообщил Мерлин, наблюдая, как она осматривает спальню. — Сообщу ему, что нашел очень талантливую ученицу, которая настолько ценна, что я хотел бы держать ее под рукой..
Трина изумленно взглянула на мага, заставив того вздохнуть.
— Не думаешь же ты, что появление в замке девушки, которую я поселил в одной из башен, останется незамеченным? Я должен это как-то объяснить.
— Ты, и правда, великий Мерлин, — выдохнула, постепенно осваиваясь и отходя от шока.
Он снова вздохнул.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Я говорил, не так ли?
— Почему ты так легко поверил мне? Почему привел сюда? Почему…
— И это я говорил тоже. Провидение. Твое появление было предсказано.
— И это тебя не удивило? Нисколечко? Знать, что с неба свалится человек черт знает из какого времени… — тут ее осенило. — Моя одежда. Тебе было предсказано, но что подумают остальные…
— Не беспокойся. Когда мы подходили к замку, я наложил на тебя чары, которые обманывают взгляд.
— Ты что? Я не заметила, чтобы ты колдовал!
Пожал плечами.
— Наверное, меня не зря называют великим, верно?
— Это все похоже на сон, — сокрушенно покачала головой. — Возможно, утром я проснусь и все исчезнет, но сейчас… Спасибо.
Мерлин кивнул.
— Завтра после Артура я зайду к тебе, и ты расскажешь мне все. Что привело тебя сюда, какая опасность грозит твоему миру и почему вдруг ты решила, что я и Грааль способны это исправить, а пока отдыхай, девочка. Я пришлю к тебе служанку.
— Не называй меня девочкой, — скривилась. — Ты ненамного старше.
Он усмехнулся.
— Я бы не был так уверен.
— Что это значит? — вскинула бровь.
— Сколько тебе лет?
— Девятнадцать.
Усмешка мага стала шире.
— О, поверь, я намного старше. — Увидев непонимание на ее лице, он продолжил. — Не смотри на мой юный вид. Великие, — казалось, это слово особенно ему понравилось, — маги умеют многое. В том числе скрывать свой истинный возраст. Я был рожден задолго до зачатия Артура и воспитывался, зная, что мне суждено однажды беречь его и этот мир. Магия помогает сохранять молодость, хотя на самом деле мне несколько десятков лет.
— Впечатляюще, — Трина скривила губы. — Что ж, пусть тебе и несколько десятков лет, все равно не называй меня девочкой. Можешь звать по имени. В противном случае нам будет чертовски сложно подружиться.
Мерлин издал мелодичный смешок.
— Действительно серьезная угроза. Что ж, спальня в твоем распоряжении, отдыхай. Я прикажу, чтобы служанка принесла тебе более подходящий наряд. В этом ты выглядишь нелепо. Он еще раз окинул ее придирчивым взглядом, задерживаясь на кармане худи и рваном колене на джинсах, а затем направился к двери и, открыв ее, на самом пороге, насмешливо бросил, не обернувшись:
— Доброй ночи. Девочка.
Дверь закрылась с мягким щелчком, заставив Трину сжать кулаки от досады. Маг казался самовлюбленным и вредным. Как он справится с ним?
***
— У нас осталось не так много времени, Джоанна, — устало говорила бабушка матери за закрытыми дверями кабинета в их доме в пригороде Дублина. — Совсем скоро они могут узнать и про наше поселение тоже, и тогда никому не удастся спастись. Возможно, единицам. Люди узнали, что ведьмы существуют, и сошли с ума. Ты знаешь, что снова начинаются гонения. Вакцина гораздо хуже Инквизиции, Джоанна. Они не щадят ни женщин, ни детей.
— Как именно действует вакцина? Нам удалось узнать? — голос мамы сочился тревогой.
Бабушка вздохнула.
— Они говорят, что ведьмы и ведьмаки лишаются магии, но на самом деле каждый, кто получает вакцину, лишается собственной воли и чувств. Становится роботом, управляемым. Ведьма-робот — идеальное оружие. Это значит…
— Что они собирают армию из ведьм? — Трина была почти уверена, что мама прикрыла рот в ужасе, а бабушка кивнула.
— Да. С нашей помощью они хотят захватить власть и изменить мир, убив всех, кто встанет на пути. А затем и нас. Грядет страшная война, Джоанна. Война, в которой мы бессильны что-либо изменить.
— Но ведь должен быть какой-то способ! — воскликнула мама, и бабушка шикнула на нее, призывая быть тише. — Мы должны что-то придумать, — на тон ниже продолжила. — Мы должны найти помощь, мы…
— Никто не может нам помочь, Джоанна, — устало протянула бабушка. — Даже если мы объединимся, нас слишком мало и нам не хватит мощи противостоять оружию. Мы не подойдем и близко к Совету, как будем убиты. Не сможем вернуть уже обращенных. Насколько я знаю, действие сыворотки необратимо. По крайней мере, наша магия здесь не поможет. Есть только один способ…
