Запой продолжался несколько месяцев, до одного знаменательного события.
Зачем-то открыв шкаф, он уронил коробку со старыми вещами, разбив замысловатый флакон филигранной работы. Хрустальный дом, оплетенный золотой металлической вязью, содержал в себе те самые духи. Её запах, родной и притягательный в своем совершенстве. Он изрезал себе руки осколками и долго плакал над разбитым совершенством, раскрасив ковер в яркие кровавые пятна. Потом нашел их совместные фотографии и до утра рассматривал в наполненной тяжелым ароматом комнате.
Больше к спиртному он не притрагивался.
Теперь у него был другой ритуал. Раз в неделю он обязательно покупал букет белых хризантем и, принося домой, долго гладил лепестки, вдыхая тяжелый цветочный аромат. Нежные и упругие головки напоминали Её кожу, а погружение пальцев в сердцевину... Он сделал те духи сам – это было так легко для лучшего парфюмера в городе. Знал каждую частичку запаха и каждое переплетение нот. Он отождествлял Её именно с хризантемой, упругой, нежной и такой ломкой. И, странное дело, именно когда его пальцы касались бархатной поверхности цветка, покрываясь мелкой сетью трещин, в доме бились все зеркала. Он прекратил менять их через месяц. Так было проще – видеть собственное отражение нужды не было. Только Она была важна.
Его нашли ровно через два года после Её гибели. В запертой комнате, с револьвером в уже холодной руке. Среди белых лепестков хризантем и горького аромата.
Аромат «Волосы Вероники»
Автор: Evelyn
Действующие лица:
Алль – Богиня Вселенной
Арьетис – ее сын от смертного
Рионис – Царь Асконии и отец Арьетиса
Аподия – возлюбленная Арьетиса и племянница Царя Асконии.
Сцена 1
Алль: Сын мой, тебя бессмертием я наградила, хоть твой отец и против был. Его не знаешь ты, он – смертный и царь Асконии. Ее найдешь ты на одной из самых дальних планет в созвездии Волка.
Арьетис: Но почему сейчас об этом говоришь мне?Я тридцать лет не знал, кто мой отец. Всегда ты уклонялась от ответов на мои вопросы.
Алль: Богиням не пристало помнить смертных. Но твоему отцу я обещала, как только ты достигнешь этих лет, отправлю я тебя к нему. Ты сам решишь, где хочешь оставаться. Тебя неволить я не буду, выбор твой. Твой дар – умение составить аромат божественный – останется с тобой. Мое благословенье это. Запомни, сын мой: выбор за тобой.
Сцена 2
Картина меняется. Комната в одной из башен дворца Асконии. Стол, уставленный склянками и колбами. Арьетис смешивает составляющие божественных запахов.
Арьетис: Ну вот, готово! Сегодня вечером на празднике Трононаследия я подарю мой лучший аромат Аподии и предложу ей стать моей супругой. Счастлив я! – поднимает глаза к потолку. – О, матушка, я выбрал путь. Останусь в царстве моего отца. Ты слышишь?
Голос матери: Не торопись отказываться от бессмертия, сын мой!
Дверь открывается и в комнату вплывает само очарование с серебристыми волосами и небесно-голубыми глазами.
Арьетис: Любовь моя, что привело тебя сюда? Я думал, что увижу тебя лишь на празднике в Зале Торжеств, где мой отец объявит, что я наследник трона.
Аподия: Я не могла ждать долго так. Скажи, где тот подарок, что обещал ты подарить мне? Хочу увидеть его сейчас.
Арьетис: Но я мечтал преподнести его при всех, поклявшись тебе в своей любви при всем дворе и предложив супругой стать мне.
Аподия: Но я хочу сейчас!..
Арьетис: Ну хорошо. Вот он – тот аромат, что создал я лишь для тебя одной. Его назвал я «Волосы Аподии». В нем смешаны масла из тех цветов, что можно лишь найти на том лугу в горах, где были мы с тобой, и только в полдень. Еще в нем пыль звезды, что навсегда потухла, упав в саду отца. И ..
Аподия: Хватит! Мне не важно, что там ты намешал. Достаточно мне знать, что аромат духов, составленных тобой мне юность сохранит и преданность людей, которые, вдохнув сей запах, под очарование мое падут и верными мне будут вечно.
Арьетис: Я перелью духи в флакон из хрусталя. Его нашел в Заоблачной пещере. Он цвета необычного – сиреневого. Смотри я сделал из него флакон, похожий на звезду. Сияет он, как капелька воды на солнце. – Протягивает ей удивительной красоты работу.
Аподия: (Улыбается). Да, это даже лучше, чем мною приготовленный. (Открывает его). Дух колдовства, приди на помощь! Уменьш его и помести сюда.
(Произносит заклинание. Яркий белый свет освещает комнату, раздается гром. Аподия заливается смехом, держа в вытянутой руке запечатанный сиреневый флакон, в котором находится бедный принц).
Арьетис: (приглушенный голос из кристаллической тюрьмы) За что, Аподия, ведь я люблю тебя!
Аподия: (Раздраженно) Я – нет. Ты появился здесь и предъявил права как сын Риониса. Меж тем я 20 лет наследницей его была. И ближе к трону не был здесь никто. И что же? Сыном он тебя назвал. Околдовал его? Что ж получай! (Подходит к окну, распахивает его и швыряет флакон в темноту. Произносит заклинание, заканчивая словами) Меж звездных пространств будешь странствовать ты вечность, не зная покоя. (Закрывает окно, бормочет себе под нос) – Наследник! Теперь уж нет! Хотелось бы мне знать, кто мать у этого самозванца!
Голос: Богиня! Та, которой подвластны все миры. А ты за подлость свою и злодейство наказана будешь! Стань тенью! И вечность броди возле трона.
Столетия сменялись тысячелетиями. Арьетис, заточенный в стеклянной тюрьме постоянно слышал голос матери: «Твоя судьба – кристально чистый человек». Хрустальный флакон продолжал свое путешествие между галактиками, пока однажды...
– Пора, – прошептала Богиня Вселенной и звездный путешественник приземлился на заснеженной вершине одного из хребтов Альпийских гор.
******
– Вероника, пора возвращаться на базу. Скоро начнет темнеть, – Тина в который раз попыталась уговорить подругу закончить лыжную прогулку.
– Тиночка, ты иди уже, я догоню. Вот только поднимусь на тот пригорок и посмотрю, какой вид открывается с него.
– Ладно уж! Ты только не задерживайся, а то исчезнешь, а кто будет представлять не презентации новые духи «Волосы Вероники»? Все предприятие держится на тебе, подруга!
Оставшись одна Вероника улыбнулась: «Да, концерн, который был создан ее дедом, а при отце пришел в упадок, вновь поднялся. Аромат духов предприятия стал известен всему миру. А «Волосы Вероники» – ее детище, ее запах – станут самыми покупаемыми. В этом она уверена. Многие завидовали ей, ее карьере, известности. Вот только в личной жизни была черная пустота.
Она поднялась на пригорок и осмотрелась. Красота! И вдруг что-то блеснуло в снегу – сиреневое пятно на белом. Вероника на лыжах подъехала к этому месту и увидела очень красивый пузырек необыкновенной формы. Теперь она знала, как будет выглядеть флакон для «Волос Вероники».
Девушка приложила усилие, чтобы открыть его. Раздался гром и ее ослепило белое сияние. Когда она пришла в себя, то увидела перед собой очень красивого молодого мужчину.
– Мое заточение подошло к концу. Теперь ты займешь мое место, – сказал он.
– Если это поможет кому-то другому избежать той же участи, я согласна занять твое место. Но поклянись мне, что не причинишь вреда никому живому на этой земле. Если ты джин, то должен исполнить хоть одно мое желание.
И Арьетис понял, что перед ним его судьба. Ведь только человек, который решится пожертвовать собой ради всего живого, может быть кристально чистым.
«Будь счастлив!» – услышал он голос матери.
Я живу для нее
Посвящается А.Б., чей талант и воля к жизни вдохновили меня на эту маленькую фантазию
Автор: Vlada
Музыка была его жизнью. С той самой минуты, как все краски мира слились для него в одну пугающую темноту, она стала языком его чувств. Он страстно полюбил слушать звуки, которые раньше просто не замечал: шум дождя и морского прибоя, гул ветра, и научился из их множества выделять малейшие, слагать из их ритма и гармонии звуковую композицию. К счастью, у него оказались музыкальный слух и редкий по красоте голос, словно бы судьба возместила ему то, что безжалостно отняла – возможность видеть, а не только чувствовать мир. В редкие моменты отчаяния он вспоминал жестокие, странные слова Ницше: «Некоторых птиц ослепляют, чтобы они лучше пели...». Он покорил все музыкальные вершины мира, потому что музыка была его жизнью. Но однажды все изменилось.
