Все это привело к тому, что в боях первой половины 1943 г. наши танкисты, по образному выражению ветерана 3-й гв. танковой армии М. Мишина, "вдруг стали чувствовать себя совершенно голыми, так как броня не могла надежно защищать нас от огня фрицевских 75-мм противотанковых пушек, которых у них стало много…"
Лобовой и бортовой листы этого Т-34 оторваны взрывом топливного бака. 1943 г.
Что-то надо было делать, и вполне естественно, что на повестке дня совещаний техотдела НКТП вновь возникли разговоры о совершенствовании бронирования наших танков. Причем противотанковые средства фашистской армии (в порядке важности) перечислялись в январе 1943 г. таким образом:
"Перечень главнейших бронебойных средств германской фашистской армии:
1. Бронебойные и подкалиберные 50-мм снаряды противотанковых и танковых пушек с длиной ствола 60-70 калибров.
2. Бронебойные и подкалиберные 37-мм снаряды противотанковых и танковых пушек с длиной ствола 50 калибров.
3. Бронебойные 75-мм снаряды противотанковых и танковых пушек с длиной ствола 40-45 калибров.
4. Бронебойные и подкалиберные 76,2-мм снаряды противотанковых и танковых пушек с длиной ствола 55 калибров.
5. 88-мм и 105-мм бронебойные снаряды танковых, самоходных, зенитных и корпусных орудий.
6. Прочие малокалиберные 20-47-мм германские и трофейные противотанковые орудия…"
И в конце перечня делался такой прогноз:
"К концу тек. года можно ожидать повышение роли крупнокалиберных танковых и противотанковых пушек, так как увеличение калибра выгодно не только с точки зрения лучшей пробиваемости, но также лучшего разрушительного действия снаряда по укреплению, или живой силе… Однако, роль 50-мм орудий, останется, вероятно, главенствующей…"
Видимо, исходя из этого или подобного прогноза и составлялся план усиления броневой защиты отечественных танков, которое следовало осуществить в начале – середине 1943 г.
Собственно, вопросы усиления бронирования советских танков поднимались еще осенью 1942 г., когда нужно было улучшить защиту танков от широко примененных в боях августа 1942 г. на фронте подкалиберных боеприпасов.
Проведенные в августе – ноябре испытания бронекорпусов танков Т-60, "Валентайн" и Т-34 показали, что броневая защита танка Т-60 недостаточна для применения указанного танка в бою против противника, вооруженного противотанковой артиллерией любого типа; броневая защита танка "валентайн" эффективна против бронебойного и подкалиберного 37-мм снаряда, а также бронебойного снаряда 50-мм противотанковой пушки РаК 38… Броневая же защита танка Т-34 от огня 37-мм и 50-мм немецких бронебойных снарядов на дистанции свыше 300 м удовлетворительна. 50-мм подкалиберный же снаряд остается очень эффективным против брони Т-34 на всех дистанциях. "Необходимо срочно, не откладывая, разработать комплекс мер по усилению бронирования танка Т-34 против бронебойных подкалиберных катушечных боеприпасов" – звучало практически во всех отчетах и рекомендациях того времени.
Понятно, что именно этому вопросу и уделялось особое внимание при разработке комплекса мер по улучшению бронирования танка Т-34 в конце 1942 – начале 1943 г.
Решением этого вопроса занималась особая группа сотрудников НИИ-48 и завода № 112 под общим руководством инженера-полковника И. Бурцева.
В ходе выполнения работ была разработана схема экранировки 10- и 16-мм броневыми листами высокой твердости, причем лобовая часть танка была свободна от экранов, а борта и корма корпуса и башни защищались наклонно установленными листами брони (над т.н. "надкрылками" или "подкрылками" корпуса) и листами брони, свисавшими за пределами ходовой части (защита вертикальных бортов корпуса). Экран планировалось устанавливать на расстоянии 70-150 мм от основной брони. Кроме того, уголковым экраном была защищена также балка носа Т-34, пробивавшаяся бронебойным 37-мм и 50-мм снарядом. Подобное экранирование увеличивало массу Т-34 на 3-3,5 т.
Макет экранирования Т-34 группы И. Бурцева спереди. 1943 г.
Макет экранирования Т-34 группы И. Бурцева сбоку-сзади. 1943 г.
Макет экранированного корпуса в натуральную величину был изготовлен и испытан в начале 1943 г. и показал хорошие результаты. Но экранированные в опытном порядке танки, брошенные в бой, встретили совершенно новые противотанковые орудия – 75-мм РаК 40, против которых экраны оказались неэффективными. Указанные орудия вели огонь бронебойными снарядами, которые сбивали экраны и пробивали даже лобовую броню танка, прежде практически неуязвимую от огня 37-мм и 50-мм противотанковых пушек.
Однако в марте – апреле 1943 г. к идее экранирования корпуса и башни Т-34 вернулись вновь, но на сей раз толщина брони экранов была увеличена до 20 мм, а схема их установки немного упростилась.
Теперь все экраны крепились вертикально, образуя вокруг танка коробку со съемными листами, расположенными в нижней части бортов. Высота коробки была таковой, чтобы обеспечить угол склонения орудия в 3-5°.
Испытания этого варианта экранирования были проведены в мае 1943 г. и показали "многообещающие результаты". Например, стрельбы снаряженным 75-мм немецким бронебойным снарядом приводили к его преждевременному разрыву, так как бронекоробка играла роль "взводящей брони". Снаряды калибра 37 мм и 50 мм, в том числе и под-калиберные, приходясь в экран под некоторым углом, нормализовались, теряя свою кинетическую энергию, срывая "катушку"…
Понятно, что усиление брони отечественных танков экранированием было наиболее быстрым решением. Но на этом очевидном и благом пути танкостроителей подстерегала острая нехватка броневого проката, ибо в начале 1943 г. не хватало не только толстых 45-75-мм, но также и тонких 10-30-мм броневых листов.
Поэтому весной 1943 г. вновь вернулись к идее усиления бронирования уже изготовленных танков посредством использования железобетона. Совместные исследования НИИ-48 и ОКБ-43 показали, что простое нанесение подушки железобетона толщиной всего 23-40 мм на поверхность брони танка работает не только как обыкновенное дополнительное бронирование, но при попадании снаряда под сравнительно большим углом встречи, скалываясь, не дает бронебойному сердечнику "закуситься", чтобы произошел доворот снаряда в сторону нормали при пробитии. Таким образом, нанесенный слой железобетона увеличивал склонность тупоголового снаряда к рикошету… Однако бетонная подушка могла быть нанесена на поверхность брони только вручную и должна была подвергаться сложной технологии сушки, поэтому такой способ увеличения бронирования был признан неравноценным ожидаемым результатам.
Поэтому группа слушателя академии ВАММ под руководством Цыганкова (по некоторым источникам, это был тот самый Н. Цыганов, что перед войной занимался разработкой танков БТ-ИС и БТ-СВ) разработала две схемы усиления бронирования – с непосредственным прилеганием бетонной подушки к броневым листам танка и установленной с зазором. Указанные схемы отличались от аналогов тем, что усиленное бронирование получалось установкой на корпусе танка специальной съемной или несъемной опалубки и ее заливкой бетоном с последующей трамбовкой. Кроме того, для применения в зимних условиях НИИ-48 предлагалось усиливать бронирование танка "льдобетоном", посредством установки на корпусе танка деревянного каркаса с засыпкой его смесью гравия, песка и деревянных опилок, обильно поливаемой водой на морозе. Применение подобных подушек из "льдобетона" толщиной 80 мм приводило к тому, что борта Т-34 не пробивались из немецкой 75-мм противотанковой пушки РаК 40 с дистанции даже 300-400 м.
Т-34, экранированный железобетоном по схеме группы Цыганкова. 1943 г.
В мае 1943 г. со своим вариантом экранировки танков выступил Институт физической химии Академии наук СССР, где под управлением академика А. Иоффе и И. Курчатова были предложены т.н. "стержневые экраны". Суть предложения заключалась в том, что стержни из конструкционной стали диаметром 16-25 мм (бетонная арматура), располагаемые в виде решетки с шагом 25-35 мм (половина калибра противотанкового снаряда, от которого осуществлялась защита) на расстоянии 100-200 мм от основной брони играли роль взводящей брони для бронебойных, искажающей преграды для сплошных бронебойных и подкалиберных, а также вынесенной преграды для кумулятивных снарядов. При этом масса "стержневого" экрана была в разы меньше, чем экрана из монолитного броневого листа толщиной 12-20 мм, стоимость несравнимо меньше, а трудоемкость его изготовления удалось сделать сравнительно невысокой…
Совместным распоряжением Наркома танковой промышленности, Главного бронетанкового управления Красной армии, а также Академии наук СССР, для реализации экранировки указанного типа, было выделено КБ УЗТМ ("Уралмаш") под руководством Л. Горлицкого, которому поручили разработку типовых схем экранирования средних и легких танков.
