Джейн с трудом выдавила из себя смешок:
– Дорогой, тебе определенно стоит записать все это. Ничего страшного не произошло. Просто в последнее время ты слишком много работаешь.
– Пожалуйста, не надо банальных глупостей!
– Многие люди слишком много работают, хотя говорить об этом и считается банальной глупостью. В конце концов, ты просто спал на пятнадцать минут больше, чем тебе показалось.
– Это был не сон.
– Конечно же, сон! Не могу даже сосчитать, сколько раз мне снилось, что я проснулась, оделась и приготовила завтрак; а потом, когда я и в самом деле просыпалась, оказывалось, что придется проделать то же самое снова. Пару раз мне даже снилось, что мне все это снится, если ты понимаешь, что я имею в виду. Здесь совсем нетрудно запутаться.
– Послушай, Джейн. Я обратился к тебе с этой проблемой потому, что мне больше не к кому идти. Пожалуйста, отнесись к моим словам серьезно.
Голубые глаза Джейн широко раскрылись.
– Дорогой, я отношусь к тебе совершенно серьезно! Ведь это ты профессор физики, а не я. Ты разбираешься в гравитации, а не я. Отнесся бы ты серьезно ко мне, если бы я вдруг заявила, что летаю?
– Нет. Нет! В этом, черт возьми, все дело! Я и сам не хочу верить, но ничего другого мне не остается. Это не было сном, Джейн. Я старался убедить себя в том, что мне все приснилось. Ты и представить себе не можешь, как упорно я себя уговаривал. Войдя в аудиторию, я уже не сомневался в том, что это был самый настоящий сон... Ты не заметила во мне ничего странного за завтраком?
– Да, пожалуй... когда ты спросил меня...
– Ну, ничего особенного, наверное, не произошло, иначе ты бы обратила внимание. Так или иначе первая, девятичасовая лекция прошла прекрасно. К одиннадцати я уже обо всем забыл. Потом, сразу после ленча, мне потребовалась книга. Пейдж и... да ладно, это не имеет значения, книга была нужна, и все. Она стояла на верхней полке, и мне было до нее не достать. Джейн...
Он замолчал.
– Ну, продолжай, Роджер.
– Послушай, ты когда-нибудь пыталась взять то, что находится в одном шаге от тебя? Ты приподнимаешься и делаешь шаг в нужном направлении, одновременно протягивая руку. Все это происходит совершенно непроизвольно. Тело само делает необходимые движения.
– Ну хорошо, и что из того?
– Я потянулся за книгой и машинально сделал шаг вверх. По воздуху, Джейн! По воздуху!
– Я позвоню Джиму Сарлю, Роджер.
– Черт возьми, я совершенно здоров.
– Думаю, ему следует с тобой встретиться. Он ведь наш друг. Собственно, это и не визит к врачу. Он просто с тобой побеседует.
– И что это даст? - Лицо Роджера покраснело, потому что он вдруг разозлился.
– Посмотрим. А теперь посиди, Роджер. Пожалуйста. - Джейн направилась к телефону.
Он остановил ее, схватив за руку:
– Ты мне не веришь.
– О, Роджер...
– Ты не веришь.
– Я тебе верю. Конечно. Я тебе верю. Я просто хочу...
– Да. Ты просто хочешь, чтобы Джим Сарль поговорил со мной. Вот насколько ты мне веришь. Я говорю правду, а ты хочешь обратиться к психиатру. Послушай, ты вовсе не должна верить мне на слово. Я могу доказать свою правоту, доказать, что умею парить.
– Я верю тебе.
– Не будь дурой. Я знаю, когда меня пытаются ублажить. Встань спокойно и смотри.
Роджер отошел на середину комнаты и без малейшего промедления оторвался от пола. Он висел в воздухе; носки его туфель болтались в шести футах над ковром.
Глаза и рот Джейн превратились в три большие буквы "О".
– Роджер, спустись - прошептала она. - О Господи, спустись скорей, пожалуйста.
Он медленно поплыл вниз, его ноги бесшумно коснулись пола.
– Ну, видишь?
– Ой-ой-ой! Ой-ой-ой!
Джейн, не отрываясь, смотрела на мужа, в ее глазах застыл ужас.
На экране телевизора полногрудая женщина беззвучно пела о том, что она просто мечтает воспарить в небеса с одним парнем.
Роджер Туми сидел, уставившись в темноту спальни.
– Джейн, - прошептал он.
– Что?
– Ты не спишь?
– Нет.
– Я тоже не могу заснуть. Я все время держусь за изголовье кровати, чтобы быть уверенным в том... ну, ты знаешь.
Его рука нервно дернулась, и он осторожно коснулся лица жены. Джейн вздрогнула, словно ее ударило электрическим током, и отпрянула в сторону.
– Извини, я немножко нервничаю, - сказала она.
– Да ничего, я все равно собираюсь вставать.
– Зачем? Тебе нужно выспаться.
– Все равно не получается, нет никакого смысла не давать спать еще и тебе.
– Может, ничего и не произойдет. Может, это не должно случаться каждую ночь. Ведь позавчера все было в порядке.
– Откуда мне знать? А если я просто не поднимался так высоко? Или не просыпался, поэтому ничего и не замечал. В любом случае теперь все изменилось.
Роджер сидел на кровати, спустив ноги, обхватив руками колени и положив на них голову. Потом отбросил простыню в сторону и потерся щекой о мягкую фланель пижамы.
– Теперь все будет иначе. Я постоянно об этом думаю. Стоит мне заснуть и перестать за что-нибудь держаться, я обязательно взлечу.
– Не понимаю, почему ты так в этом уверен? Ведь полет должен требовать определенных усилий.
– В том-то и дело, что это совсем не так.
– Но тебе же приходится преодолевать тяготение?
– Приходится, только при этом я не прилагаю никаких усилий. Видишь ли, Джейн, если бы я только мог понять механизм того, что со мной происходит, я бы так не переживал.
Он немножко поболтал ногами и встал.
– Не хочу больше об этом говорить.
– Я тоже, - пробормотала Джейн и заплакала.
Отчаянно стараясь подавить рыдания, она сдавленно всхлипнула, и Роджеру стало еще хуже.
– Прости меня, Джейн, - сказал он. - Прости, что нарушаю твой покой.
– Нет, не трогай меня. Просто... просто оставь одну.
Он сделал несколько неуверенных шагов в сторону от кровати.
– Куда ты? - спросила Джейн.
– На диван, в кабинет. Ты мне поможешь?
– Как?
– Я хочу, чтобы ты меня привязала.
– Привязала?
– Да, веревками. Так, не очень крепко, чтобы я мог ворочаться. Поможешь?
Босые ноги Джейн уже искали в темноте тапочки.
– Ладно, - со вздохом согласилась она.
Роджер Туми сидел в маленькой каморке, которая считалась его кабинетом, и смотрел на кипу контрольных работ, сложенных на столе. В данный момент он не очень ясно представлял себе, как сможет их проверить.
Он успел прочитать пять лекций по электричеству и магнетизму с той первой ночи, когда обнаружил, что умеет летать. Каким-то образом ему удавалось доводить лекции до конца, хотя далеко не всегда все шло гладко. Студенты часто задавали дурацкие вопросы, из чего Роджер сделал вывод, что его лекции потеряли прежнюю стройность.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
