Мальвары не были ящерицами, и Фелиз это знал. Но их внешнее сходство с этими пресмыкающимися было бесспорно, и этого для него было вполне достаточно.
- Остановитесь! - приказал мальвар, заговорив на языке межгалактического общения, привычного для этой части Вселенной. - Вы нарушили границы мальварских владений. Пожалуйста, включите опознавательные знаки!
- Еще чего, перебьешься, - чуть слышно процедил Фелиз сквозь зубы, прибавляя скорость. - Уж лучше сдохнуть.
Мальвар приближался. Фелиз снова прибавил ходу.
- Остановитесь, или будете арестованы, - объявил мальвар.
"Руки коротки," - уныло подумал Фелиз, отключая автоматическую систему безопасности, которая могла бы предотвратить резкое снижение, не допустив тем самым разрушения корабля в атмосфере планеты.
- Это было последнее предупре... - Мальвар внезапно исчез с экрана, и его место снова занял мерцающий зеленоватым светом диск Данроамина. Фелиз не сводил глаз с монитора, а затем мельком взглянул на приборы.
Корабль мальваров уходил в сторону солнца. Траектория его все еще была такова, что можно было подумать, как будто он продолжал преследовать Фелиза, но приборы говорили о том, что корабль отклонился на полсекунды от первоначально заданного курса.
- Что такое, черт возь... - начал было Фелиз, но осекся на полуслове, ибо раздался сигнал тревоги, предупреждавший об оспасности столкновения.
Он взглянул на приборы. К нему приближался еще один объект, вынырнувший только что из-за горизонта. Он ударил кулаком по монитору.
Экран затуманился, изображение задрожало, а когда все наконец снова прояснилось (вообще-то, последние полгода монитор что-то слишком часто барахлил), и его взору предстало некое сооружение, отдаленно напоминавшее шести- или семикомнатный дом, собранный в условиях невесомости каким-нибудь ребенком или же окончательно выжившим из ума взрослым. Какое-то время Фелиз недоуменно глядел на это странное сооружение, а потом в его памяти начали возникать обрывки лекций по древней истории, которую ему когда-то довелось изучать.
- Глазам своим не верю! - ахнул Фелиз. - Это же космическая станция!
Он принялся нажимать все подряд кнопки на пульте связи и вскоре ему удалось принять ответный сигнал, переданный в том диапазоне, который уже давным-давно не использовался; на экране появилось изображение обшарпанной каюты, в которой находилось несколько долговязых индивидуумов в черных потрепанных униформах. Один из них, мрачный небритый тип, занял собою весь экран и погрозил Фелизу оружием.
- Сдавайся! - приказал непромытый субъект. - Сдавайся немедленно или будешь уничтожен! Все по местам. Прямой наводкой по носу корабля. Первое орудие - огонь! Второе - огонь! Третье...
И внезапно приборы Фелиза начали рапортовать о приближении со стороны станции объектов, представляющих опасность, и у него зародилось нехорошее предчувствие, что это было ничто иное, как снаряды, начиненные взрывчаткой - древнее и варварское оружие. Он бросился к пульту управления.
- Он уходит! - завопил тип на экране. - В погоню!
В связи с тем, что орбитальная станция находилась в дрейфующем полете, то привести данное указание в исполнение было никак невозможно. Однако, Фелиз не собирался сидеть сложа руки, ради того, чтобы самому лишний раз убедиться в этом. Если уж приказ отдан, то не исключено, что он может быть исполнен - так что незачем искушать судьбу. Корабль Фелиза и станция мчались точно навстречу друг другу, и в следующий момент он поспешно направил свое судно на неосвещенную сторону планеты.
Впереди зияла спасительная темнота, до нее оставалось совсем немного, да и к тому же выпущенные по нему снаряды благополучно пролетели мимо, когда хвостовой отсек корабля содрогнулся от мощного удара. Лампы замигали, погасли и вспыхнули вновь.
Управление вышло из стоя, и теперь он просто падал на погруженную во мрак сторону Данроамина.
Глава 3
Включились аварийные носовые двигатели торможения, и когда до земли оставалось всего каких-нибудь несколько футов, корабль Фелиза покачнулся, а затем в полном соответствии с показаниями гироскопов перевернулся хвостовым отсеком вниз и тяжело приземлился. Еще какое-то время под кажущимся мирным звездным небом Данроамина царила тишина. Затем медленно открылся люк, на землю с трудом, словно нехотя, спустилась лесенка, и из чрева корабля появился взъерошенный Фелиз. Чертыхаясь и проклиная все на свете, он ступил на земную твердь.
- Эти мальвары! - рычал он. - Долбанные придурки в раздолбанных колымагах! Экстрасенсы хреновы...
Но тут он осекся на полуслове и склонив к плечу свою массивную голову, начал к чему-то прислушиваться. Он был готов поклясться, что только что слышал тихий женский плач. Постояв так некоторое время, напряженно вслушиваясь в тишину, он в конце концов решил, что это ему, должно быть, показалось. Ведь глухомань-то какая, кругом - ни души!
Фелиз взглянул на небо. Стояла тихая, и по земным меркам погожая ночь. Легкий ветерок доносил откуда-то запах хвои - вне всякого сомнения это были настоящие земные сосны, давным-давно завезенные сюда с Земли и адаптировавшиеся к природным условиям Данроамина. "Нельзя сидеть сложа руки, нужно работать," - подумал Фелиз. Решительно подтянув штаны, он отправился обходить корабль в поисках повреждений.
Ночь на Данроамине была безлунной; однако миктурианские родственники Фелиза были привычны к отсутствию в небе ночного светила, так что он и здесь не оказался в проигрыше. В темноте диафрагмы его зрачков расширились, наподобие кошачих, и после осмотра внешей обшивки корабля ему не составило труда установить, что повреждения от взрыва были незначительны. Снарядом снесло примерно половину одного из стабилизаторов и расплющило три сопла тормозной системы. И если приварить недостающую часть стабилизатора он был еще в состоянии, то выправить сопла в походных условиях было невозможно. Но не беда; по крайней мере теперь он знал, что именно выведено из строя, и при взлете ему останется лишь перераспределить нагрузку между теми, что не были повреждены, чтобы корабль сохранил равновесие. Тем более, что сопла двигателей, равно как и стабилизатор, были нужны ему лишь при полете в атмосфере. Главное взлететь, а уж в открытом космосе все опять будет в наилучшем виде.
Забравшись обратно в корабль, Фелиз не без сожаления снял одну из внутренних перегородок, отчего в корабле вместо трех кают осталось лишь две, после чего снова вышел наружу, держа в одной руке скатанную в рулон перегородку - иначе она попросту не прошла бы в люк - и сварочный электрод в другой. Расстелив на земле рулон, он принялся за ремонт стабилизатора.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
