Читаем без скачивания Солдаты - Уильям Форстчен

Когда он впервые начал делиться с ней своими рисунками, планами и мечтами, она открыла для себя с удивлением, что могла мысленно представлять их во всей полноте, частями на листках бумаги, превращая их в трехмерную форму, примеряя вместе, взаимосвязывая, получая рабочую конструкцию, или не рабочую. Хотя она не обладала таким полетом фантазии, как у него, зато у нее была конкретная возможность выносить то, что он себе представлял в воображении, ощущая, когда надо отклонить не пригодную идею, а когда воплотить практичную в жизнь.

Только немногие, из внутреннего круга молодые ученики и ассистенты Чака полностью, только к концу осознали, насколько важна роль Варинны в качестве зачинателя дел. У нее был естественный ум администратора, который должен быть соединен с мечтателем. Ее мечтатель умер, но его записки, альбомы, его безумная писанина за последние месяцы была жива, с любовью сохраненная, и она воплотит их содержание в реальность.

Он признавал это в ней, и при этом не просто был её возлюбленным, а также и её освободителем. В любом другом мире она прожила бы свою жизнь как слуга в доме благородных, являясь по большей части любовницей в своей молодости, так, как она фактически и жила у Марка, затем вышла бы замуж за другого раба или стала бы мелкой сошкой, когда ее красота начала бы увядать. Это, действительно, была бы ее судьба, но вместо этого она вышла замуж за свободного человека, янки, который любил ее такой, какой она была, и она знала, что никогда не будет другого такого, как он, в ее жизни. Она посмотрела на Винсента и улыбнулась, внезапно осознав, что она снова позволила себе мысленно унестись вдаль.

Даже после всех этих лет, он все еще смущался рядом с ней, неспособный забыть день, когда они впервые встретились, когда очень молодой полковник Винсент Готорн прибыл в Рим в качестве военного представителя. Марк без умысла высказал пожелание, чтобы она удостоверилась в том, что гость чувствует себя удобно и ему предложены все варианты, которые должны быть у гостя Проконсула. Молодой Квакер запаниковал от ее предложения, и теперь, вспоминая о Чаке, она была рада, что произошло так, как произошло, поскольку, хотя Чак был в состоянии справиться с ее отношениями с Марком, было кое-что в образе мысли янки о сексе, что, возможно, могло пробежать черной кошкой между ее мужем и Винсентом, если бы что-нибудь действительно тогда случилось.

— Что ты сказал? — спросила она.

— Эта машина предназначена для отправки на фронт?

Она покачала головой. Винсент в этот момент оглянулся вокруг на обширный ангар. Свыше ста футов в длину и сорок футов в высоту он был подобно храму для новой эры в воздухе, высокий сводчатый потолок из древесины, окна в крыше открыты, что бы пропустить столько света, сколько необходимо для дюжины рабочих, стоящих на лесах, тщательно осматривающих каждый двойной сшитый шов, ищущих малейшую утечку водорода из четырех газовых баллонов в корпусе.

Это была идея Варинны — смешать небольшое количество едкого каменноугольного газа с водородом для проверки, так что бы запах указывал на место утечки. Она видела, как один из проверяющих позвал бригадира, тот наклонился, втянул носом воздух около шва, и затем дал сигнал покрыть лаком этот участок.

— Давай выйдем наружу, где сможем поговорить, — предложил Винсент, и она кивнула в согласии.

Вечер был ясный, первый намек охлаждающегося бриза, подходящего со стороны Внутреннего моря с юга, колыхал вершины деревьев, и она вытерла пот с брови рукавом своего бело-льняного платья.

Бригада внизу, в ангаре номер семь, осторожно выводила свою машину, класса «Орел», судно, номер сорок два, из его ангара, старший механик, щедро ругался на дюжину парней, тащивших направляющие канаты, прикрепленные со стороны правого борта, удерживая судно в устойчивом положении против слабого южного бриза. Как только хвост вышел из ангара, они отбросили их, позволяя кораблю, длиной сто десять футов, развернуться вокруг оси носом в направлении бриза. Осторожно они направили судно к причальной мачте для дирижаблей, в открытом поле, где уже также были закреплены корабли с номерами от тридцать пятого до сорок первого.

Продукция последних четырех недель, все они проходили здесь окончательное снаряжение всем необходимым, проверку двигателей, пробные вылеты, и тренировку экипажа перед отправкой на фронт. У нее было приблизительно десять тысяч человек, работающих с ней. Целый завод был настроен только на переплетение шелка и холста, а затем на сшивание их вместе в панели на новых швейных машинах, с педальным приводом. Более сотни работали в бамбуковых рощах, отбирая, срезая, и расщепляя стволы, которые служили бы плетеными рамами для воздушных кораблей. Затем шелковые панели и рамы отправлялись вместе в пещероподобные сараи, где собирались стодесятифутовые корабли, пока в других цехах формировались двухуровневые крылья. Из цеха по производству моторов выпускали легкие тепловые паровые двигатели, доставляли на аэродром, крепили к крыльям, сцепляли с топливными линиями для керосина, и на них крепили пропеллеры.

Только за последние шесть месяцев, один из ее юных учеников, после изучения остатков захваченного бантагского корабля, объявил, что пропеллеры не должны изготавливаться по образу пропеллеров морских судов. И что они работали бы значительно лучше, если им придать форму наподобие аэродинамических плоскостей, спроектированных Чаком для крыльев. Новые проекты, хотя и были трудны в выполнении, но зато в результате давали существенное увеличение производительности.

Наконец, к несущей конструкции крепили и складывали крылья, напротив боковой части судна; устанавливали переднюю кабину, нижнюю башенку бомбардировщика, и верхнюю башенку стрелка, добавляли хвост и руль высоты, и все средства управления и кабели, после всего этого наступало время заправлять судно топливом. Центральный баллон предназначен для горячего воздуха, его скрепляют с выпускной системой от четырех тепловых двигателей, установленных на крыльях. Впереди и в кормовой части находились водородные газовые баллоны, заполненные с помощью опасного соединения серной кислоты и цинковой стружки, приготовленного в освинцованном чане, смешанном с небольшим количеством холодного газа для аромата.

Десять тысяч тружеников производили восемь «Орлов» и четыре небольших «Шмеля» за месяц. А средняя продолжительность жизни была ограничена десятью полетами. Она задавалась вопросом, учитывая текущее состояние дел, насколько дольше ей разрешат использовать такие ресурсы, все же в своем сердце, она ощущала, что ресурсы должны быть даны, что судьба Республики будет решена не огромными массами армейских корпусов и артиллерии.

«Все из этого вышло из разума моего мужа» подумала она с задумчивой улыбкой. «Десять лет назад я бы подумала, что это сделано безумным колдовством, или летает детище богов. Изо всех проектов Чака, именно возможность полета очаровала его наиболее сильно, вдохновляя его самые большие толчки творческого таланта и исследования». «Орел» — класс воздушных кораблей, который стал кульминацией этих усилий. С экипажем из четырех человек и тремя гатлингами, он мог преодолеть около пятисот миль, летя приблизительно со скоростью сорок миль в час.

Слабое жужжание привлекло ее внимание, она посмотрела вверх и увидела «Шмеля», одномоторный корабль, нырнувший под острым углом, выровнявшийся в горизонтальный полет менее чем в пятидесяти футах от земли, и летящий через поле, вечерний корабль, вернувшийся из патрулирования западных степей на противоположной стороне Нейпера, где сторожил передвижение скитающихся банд из старой меркской орды.

Их было недостаточно, чтобы представлять действительно серьезную угрозу, но их было довольно много, и они связали корпус пехоты и бригаду конницы, чтобы удостовериться, что они не совершат набег через реку.

«Шмель», резко накренился, пилот пустил пыль в глаза перед публикой на земле, и Варинна немного вздрогнула из-за ребяческого хвастовства. Ошибка в заднем монтаже двигателя убила полдюжины пилотов, пока ее не разгадали, и хотя проблема была решена, она хотела, что бы пилоты были немного меньше опрометчивыми.

В поле, где были пришвартованы семь новых «Орлов», наземные бригады перепроверяли швартовочные системы в течение вечера и готовились оставаться в течение ночи в своем лагере, в бригадных двадцатипятиместных палатках, расположенных вокруг швартовочных мачт. Они должны быть готовыми среагировать немедленно, днем или ночью, при любых колебаниях ветра или погоды. Гораздо больше судов, было потеряно во время гроз, чем когда-либо было подстрелено бантагами.

Еще один воздушный корабль, несколько разбитый «Орел» — номер двенадцать, ветеран зимней кампании, был прислан обратно на переоборудование — подлетал, неустойчиво кренясь, наиболее вероятно к управлению был допущен пилот-кадет. Она наблюдала с тревогой, поскольку он поворачивался, чтобы выстроиться в линию на обширной открытой посадочной площадке, площадью в несколько дюжин акров.