class="empty-line"/>
Пока Яков пребывал в «Магической коме», немецкое командование распространяло агитационные листовки[16].
Глава 3
Камера, в которой содержали Якова Сталина, была огромной, по сравнению даже с двухкомнатными «апартаментами» Степана Бандеры. Но на самом деле, эта камера представляла собой не совсем жилое помещение, ведь старший сын Вождя русской черни с лета сорок первого года представлял собой лишь бессловесное и неподвижное тело, постоянно пребывающее в Магическом Стазисе, при котором все процессы жизнедеятельности организма замедлены настолько, насколько это позволяло Заклинание. По сути, этот пленный красноармеец все время находился в состоянии полнейшего анабиоза.
Однако, руководство Рейха не забывало о таком ценном пленнике, которого до сих пор так и не удалось полноценно использовать ни в каком качестве. Агитационная литература — не в счет, она уже давно утратила свое первоначальное воздействие. После провала под Сталинградом, и пленения генерал-фельдмаршала Паулюса, немцы решились, наконец, обменять ставшее обузой тело Якова Джугашвили на высокопоставленного военного Вермахта. Для этого к военному атташе СССР в Швеции обратился представитель Международного Красного Креста. Нацисты предлагали Сталину через Красный Крест обменять его старшего сына на фельдмаршала Паулюса, пребывающего в русском плену.
Но усатый Красный Дьявол неожиданно взбрыкнул, наотрез отказавшись обменяться паленными. «Я солдат на фельдмаршалов не меняю!» — жестко заявил он, подписав, по сути, собственному сыну смертный приговор. Однако, барон фон Эрлингер считал, что таким образом в его руках оказался еще один, довольно мощный рычаг давления на советского офицера, волею случая, оказавшегося брошенным на произвол Судьбы собственным отцом. Необходимо было с ним только пообщаться, так сказать, по душам, и посеять в этой самой душе всего лишь маленькие и слабенькие ростки сомнения… Для начала… А уж потом… Недаром профессор был научным светилом не только в области Некромантии и Ментальной Магии, но и в области нейробиологии, психологии и психиатрии.
Едва этот интересный объект для изучения попался ему в руки, он усадил возле него с десяток слабых Магов-Мозголомов, которые без остановки начали ежесекундно и ежеминутно «грызть» непоколебимую «стену» его Ментальной Защиты, постоянно сменяя друг друга. По небезосновательному предположению Иоахима, после того, как первый уровень защиты падет, можно будет попытаться проникнуть в закрытое Ментальное Пространство пленника. И вот, наконец, его затея удалась — Первая Стена Защиты пала, правда, для этого понадобилось практически полгода непрерывных усилий слабеньких Ментальных Магов.
— Герр штандартенфюрер! — Встретил барона перед входом в камеру оберштурмфюрер СС Рудольф Вернер — старший группы Магов, назначенных фон Эрлингером для работы с плененным сыном Сталина. — Первый Уровень Защиты объекта проломлен! — четко доложил он. — Но войти в его Ментальное Пространство я не решился…
— И правильно сделал, Руди! — похвалил подчиненного Мага профессор. — Не стоит рисковать — Силы вашего Источника не хватит на полноценное Воздействие. Мы не знаем, какие ловушки могли установить в мозгу нашего пленника русские Силовики.
— Я тоже так и подумал, — согласился с доводами профессора Вернер, — но, может быть и вам не стоит так рисковать? Пригласим узкого специалиста из Берлина…
— Вот еще! — Перебил Вернера фон Эрлингер. — Я не собираюсь делиться своими достижениями ни с кем другим! Это только моя… вернее наша общая заслуга, дружище! Если у нас получится хотя бы просто вывести объект из этого состояния — будет здорово! А уж если мы сумеем его… Нет, Руди, нельзя продавать мех, пока медведь не добыт[17]!
— Абсолютно с вами согласен, герр профессор! — произнес Вернер, распахивая перед бароном дверь в камеру. — Желаете взглянуть своими глазами?
— А для чего же тогда я, по-твоему, сюда приперся после бессонной суточной работы? — язвительно бросил оберштурмфюреру фон Эрлингер.
— Виноват, герр профессор! — Тут же извинился за оплошность Вернер. — Не подумал… Перенервничал… Не ожидал результата сегодня.
— Бывает. — Легко кивнул Иоахим, проходя в камеру. — Но ты же не только ученый, Руди! Ты еще и офицер, и Маг, Посвященный в таинства Черного Ордена СС! Нужно работать над собой! Да, пойдем со мной — подстрахуешь.
— Так точно, герр штандартенфюрер! — Вернер тенью проскользнул следом за профессором и закрыл за собой тяжелую металлическую дверь.
Пустое бетонное помещение гулко отыгрывало в углах эхом подкованных металлом сапог эсэсовцев. Зайдя в камеру, профессор осмотрелся — посередине, на обычном прозекторском столе лежало обнаженное тело Якова Джугашвили, накрытое лишь тонкой простыней. Из-под простыни высовывались голые ступни пленника и его голова. На обритую наголо голову узника «Заксенхаузена» был напялен металлический «обруч-нимб», сквозь который в череп Якова, прямо сквозь кожу были закручены три острых винта — пронзивших виски и затылок. Ранки от острого металла уже не кровоточили — слишком давно шел этот эксперимент. От шляпок винтов отходили толстые жгуты медных проводов, которые заходили в гудящий и перемаргивающийся огоньками большой прямоугольный аппарат, расположенный прямо под столом.
— Резерва Накопителя на какое время хватит? — поинтересовался фон Эрлингер, подойдя к столу и склонившись над самым лицом пленника.
— На сутки работы — железно! — доложил оберштурмфюрер, подвигая к прозекторскому столу удобное кресло, на которое тут же уселся барон. — Возможно и на большее время — Накопитель полностью заряжен.
— Отлично! — Профессор подышал на озябшие ладони. Из-за постоянного расхода Магии в камере было холодно. — Начнем…
Вернер нагнулся, доставая из-под стола большой потертый кожаный саквояж, из которого вынул такой же металлический обруч, какой был надет на голову пленника. Только вместо острых винтов, в обруч были вмонтированы резиновые присоски. Оберштурмфюрер ловко прикрутил концевики проводов, отходящих от «нимба» к гудящему прибору под столом. Было видно, что это действие он производит не впервые и уже успел основательно набить руку. Этот прибор, позволяющий связывать в единое целое сознания Мага-Менталиста и объекта его воздействия, с мизерными затратами Энергии, был предметом настоящей гордости фон Эрлингера. Он-то и являлся его изобретателем. Пользоваться прибором мог совсем уж никудышний Мозголом с практически зачаточным состоянием Дара. Однако, оказываемое Ментальное Влияние увеличивалось многократно! Да, Дар оператора совсем «не прокачивался», а при многократном использовании — мог и незначительно деградировать, но для решения некоторых специфических задач он подходил просто идеально! А уж если к нему подключался действительно сильный Менталист, он мог творить настоящие чудеса!
Да и к тому же, где вы видели свободным по-настоящему сильного Мага-Менталиста? Таких ценных специалистов всегда не хватает, и они всегда заняты и при деле! А вот шелупони, подобной подчиненным оберштурмфюрера Вернера — пруд пруди. Только они никому и даром не нужны. Толку с них никакого. К тому же, в основной своей массе, они еще и неучи. Да и понять их легко
