На тот момент он заочно учился на пятом курсе. Университет тогда уже переехал в Винницу. В марте нужно было ехать в Винницу на сессию. Руслан взял несколько выходных и впервые за год оккупации выехал на территорию свободной Украины.
Сейчас он вспоминает, что для него было сложно вернуться к условиям нормальной жизни. Он ходил по городу и не надевал два наушника, чтобы в случае чего можно было услышать, что начали стрелять. Он не хранил деньги на карточке, ведь банковская система в Донецке не работала, он всегда носил с собой необходимые документы на всякий случай и он навсегда разлюбил фейерверки. Все эти привычки военного времени преследовали его в мирном городе, и он чувствовал себя крайне неуютно ту неделю, пока жил в Виннице.
После сдачи сессии Руслан вернулся в Донецк, хотя в университете ему предлагали остаться и даже помочь с работой.
Но по возвращении в Донецк наш герой принял окончательное решение. После мирного города снова вернуться в военный Донецк было слишком сложно. Уже было с чем сравнивать, и Руслан сделал выбор в пользу свободной Украины.
После окончательного переезда в Винницу началась новая жизнь. Поиски работы, написание диплома, до защиты которого оставалось несколько недель, обустройство жилья. Во многом, признаётся Руслан, помог университет.
Ему выделили комнату в общежитии, предложили работу на родной кафедре, помогли в написании диплома нужной литературой и консультациями.
Наш герой признаётся, что иногда очень скучает по Донецку, по тем местам, которые были для него важны, по тем людям, которые разъехались в разные уголки страны. Но сразу же улыбается он, от ностальгии отвлекает сама Винница. Здесь есть что узнавать, где гулять, чем любоваться и что изучать.
Через пару месяцев у Руслана появились новые любимые места. Он предлагает нам показать их и ведет нас к одному из самых красивых фонтанов в Европе. Фонтан «Рошен» во время светомузыкального представления действительно завораживает. А парк с небольшим озером, в котором живут лебеди, выглядит очень успокаивающе и уютно. Набережная реки Южный Буг, по которой мы прогуливаемся, снимая несколько кадров для нашей программы, вызывает у него особую ностальгию и рассказ о том, что это отдаленно напоминает набережную в Донецке, которая была одним из его любимых мест разрушенного войной города.
Руслан говорит, что он еще не совсем адаптировался и к чему-то привыкнуть будет сложно. Но есть то, что, безусловно, является огромным плюсом. Это люди.
В Виннице, признается парень, очень классные люди, которых не хватало в Донецке. Это люди с улыбками на лицах, люди вежливые и отзывчивые, люди открытые и толерантные, готовые понять и принять тебя, вне зависимости от того, на каком языке ты говоришь, откуда ты приехал и чем ты занимаешься. Здесь оценивают людей только по их человеческим качествам.
Руслан признается, что это подействовало и на него: учитывая абсолютный билингвизм города, он мог бы спокойно продолжать общаться на русском языке, но сознательно стал учить украинский. Свой поступок объясняет уважением к людям и нации, которые способны на поступки, способны на Майдан, способны на толерантность и на понимание.
Он уверен, что все эти события помогли ему почувствовать себя действительно украинцем. И это стало для него очень важным.
Сейчас Руслан уже дописывает диплом и продолжает работать на кафедре. Его научный руководитель говорит о том, что Руслан – очень перспективный парень, и готов предложить ему работу в университете и в дальнейшем. Коллеги ценят его как надежного сотрудника, а друзья – как позитивного парня, который всегда может поддержать. А еще Руслан ищет себе вторую работу. И это связано не столько с материальным вопросом, сколько с тем, что эта работа для него – хобби. Раньше Руслан был замечательным бариста, и сейчас в Виннице у него появилось желание снова этим заниматься.
Вообще он признаётся, что вынужденный переезд позволил ему дальше развиваться и это очень важно.
* * *
После окончания съёмок мы с Юкой еще долго гуляли по городу и действительно находили места, которые заставляли вспомнить о Донецке. Но настроение здесь было совсем другим. Я подумала, что, вероятно, именно таким и должно быть настроение обычного украинского города. И такое настроение передалось нашему герою.
Я считаю Руслана очень смелым и честным человеком, у которого хватило сил признать, что он ошибался изначально, у которого хватило мужества осознать то, что его позиция изменилась. Он действительно поменял свою точку зрения после событий, которые на него повлияли. Он не кричит о том, что был активным участником проукраинских митингов в Донецке, не спекулирует на этом. Руслан просто самоопределился как украинец и сделал осознанный выбор. Он выбрал мир и возможность развиваться и жить дальше, несмотря на сильную привязанность к родному городу. Он смог признать, что Донецк уже не будет таким, как раньше, и смог найти в себе силы порвать с прошлым и начать жизнь заново.
Мы говорили о том, что, вероятно, многие из тех дончан, кто изначально поддерживал Россию, сейчас изменили свою точку зрения, многие сбежали от войны, но только у единиц получилось быть честными с собой и признать, что ошибались. Зато именно такие люди действительно являются достойными представителями украинского Донбасса. И они смогут сделать для развития нашей страны очень много. Потому что умение признавать собственные ошибки и меняться – это действительно талант.
Волшебницы
Имя – Татьяна и Елена
Возраст – не важен
Род деятельности – преподаватели
Город, откуда уехали, – Донецк
Новый дом – Винница
Планы на будущее – развивать родной универстет и создавать ему репутацию в мировом научном сообществе
Дата съёмки – 22.05.2015
На следующий день мы отправились в университет. На этот раз мы позволили себе сделать исключение. В одном сюжете записать истории двух героинь одновременно. Это была инициатива самих героинь, так как они сейчас не представляют свою историю друг без друга.
Наши героини ждали нас в главном корпусе университета, который раньше был одним из корпусов Винницкого завода «Кристалл».
Мы ожидали увидеть типично заводское здание – серое и безликое. Но на входе нас радостно приветствовала вывеска «Донецкий Национальный университет». Толпа веселых и разговорчивых студентов у входа задала необходимое университетское настроение, а в самом здании было очень светло.
Удивленные такой картиной, мы поднялись в кабинет декана исторического факультета Татьяны Нагорняк. Через несколько минут туда же вошла заведующая кафедрой журналистики Елена Тараненко.
* * *
Эти две женщины были абсолютно не похожи на типичных тётушек из кабинетов. Обе улыбчивые, добрые, открытые, с неоспоримым чувством собственного достоинства. Они вызывали восхищение.
Во время работы в университете в Донецке у каждой из них была своя история. Естественно, они были знакомы, но общались очень мало и преимущественно в связи с рабочей необходимостью.
Татьяна долгое время работала на кафедре политологии и отношения с деканом на тот момент складывались не очень хорошо, ведь позиции их очень расходились. Татьяна была одной из первых, кто после захвата боевиками родного университета высказал идею о переезде университета, и ректор её поддержал.
У Елены же история сложнее. Когда она с мужем еще оставались в Донецке, то об их проукраинской позиции, которую она, как и Татьяна, активно выражала на проукраинских митингах в марте, соседи донесли в новосозданные террористические группировки.
Дэнээровцы с обыском пришли домой к Елене. Они арестовали её мужа, а по факту – взяли в плен. Четверо представителей «Русской православной армии» говорили ей, что за найденные в квартире украинские флаги их нужно расстрелять на месте, а еще лучше – сжечь в той вышиванке, которую они нашли в шкафу Елены.
Тогда женщина радовалась тому что накануне успела уговорить сыновей выехать из города. Мужа после недели отчаянных усилий удалось освободить из плена, и семья всё же смогла выехать из города, который у них отобрали вооруженные «ополченцы».
После этого Елена с мужем и семья Татьяны, которые выезжали вместе с ними, оказались в Запорожье. Обе женщины вспоминают эти пару месяцев в Запорожье как самые сложные.
Тогда у них практически не оставалось надежды. О переезде университета еще речи не шло (это был конец лета 2014-го). Они не знали, чем будут заниматься, было очень больно и обидно за то, что десятки лет жизни остались в прошлом и вернуться к этому уже никогда не получится. Они не знали, где и как будут жить, где работать и как смогут простить себе потерю родного университета и всех тех студентов, которые в них верили.
