Настя.
Девочки смотрят на меня с выпученными глазами. Наверное, я им это не говорила.
— Капец! — услышала я со скамейки.
Я подхожу к девочкам и сажусь рядом с ними на корточки.
— Мне же нужно будет собраться, накраситься, маску сегодня сделать, ноготки подготовить, вещи нагладить, — продолжает Надя.
— Стоп! — смеюсь я. — Ты едешь на коронацию или куда?
— Ну а как же? Вдруг там будут красивые парни.
— Как бы ей тонко намекнуть, что парней там вообще не будет, ведь она соревнуется с девочками? — думаю я про себя.
— Эй, мы соревнуемся только с девочками! — Настя толкает Надю в бок.
— Что? — голос Нади крайне громко звучит.
Мы смеемся. Она сейчас выглядит, как ребенок, когда он кричит, а Даша-путешественница все равно не увидела Жулика.
— Пошлите, — командую я и подбираю ракетки.
На улице уже темно, мы идем все вместе в отель. Заходя, меня подзывает администратор.
— Здравствуйте. Мне очень неприятно вам напоминать, но не могли бы вы сказать, были ли вы знакомы с тем человеком, который к вам приставал.
— Нет, я не знала его. Скажите, пожалуйста, кто тот человек, который меня так сказать спас.
— Нет, мы сами этого не знаем.
— Хорошо, до свидания.
Я беру свои вещи и поднимаюсь в номер. Около моей двери лежит записка.
Каждый раз удивляюсь, как ты попадаешь во всякие передряги. Это еще хорошо, что я оказался рядом в тот момент, когда на тебя напал этот придурошный.
Записка небольшая, но заставляет задуматься.
Я бегу вниз и, протягивая записку, спрашиваю:
— Скажите, кто был у моей двери.
— Девушка, как я вам скажу?
— Я видела, у вас там стоят камеры.
— Они стоят для виду, — оправдывается администратор и протягивает мне обратно записку.
— И как мне узнать, кто это? — спрашиваю я себя, возвращаясь обратно.
* * *
— Вы выспались? — я сижу в комнате у девочек и жду, пока они соберутся.
— Да, объясни, почему ты мне сказала за день, что я завтра играю? — Надя до сих пор возмущалась.
— Я думала, что вы знаете, — я легла на мягкую кровать девочек.
— Да где же эта юбка? — возмущалась Ира.
— Зачем тебе юбка? — я привстала на локти.
— Ну как же там будет — Хёк.
— Кто? — завопила я.
— Помните того таксиста симпатичного? — спрашивает Ира.
— Ну…
— Он там тоже будет. Его сестра там сегодня с кем-то сражается.
Я закатываю глаза и падаю на кровать, притворяясь помирающей.
В дверь стучаться и тут же открывают.
— Вы скоро? — спрашивает Настя.
Я посмотрела на нее оценивающим взглядом. Она взяла сюда около пяти юбок, трех футболок и двух платьев, а сама идет в худи и шортах.
— Быстрее, — завопила я, встала с кровати и направилась к себе в номер.
Я взяла ракетки, мячи и вышла.
— Наконец-то, — девочки стояли около двери и что-то яростно обсуждали.
— Пошлите? — спросила Настя.
— Пошлите.
* * *
Алиса ехать с нами не захотела, она решила полюбоваться красотами Сочи. Мы же успели заблудиться, потому что организаторы, как после выяснилось, отослали неверный адрес и водитель приофигел, когда понял, что нам совершенно нужно ехать в другое направление. Зато приехав на место, зайдя за забор, я увидела огромное пространство, здесь располагалось поле, трибуны, висели камеры и телевизоры.
— Красота! — провопила я.
Я всегда хотела попасть на высокий уровень соревнований. И я попала. От вида этого всего захватывало дух.
— Какая по счету я выступаю?
— Выступаешь? — переспросила я.
— Ой, соревнуюсь.
— Пошли, узнаем, — сказала я и направилась к трибунам, на первых рядах которых расположились люди.
Игра на выбывание
— Здравствуйте, вы организатор, верно?
Я помню, что имя организатора Татьяна.
— Здравствуйте, да. А вы у нас кто?
Ее голос очень приятный и нежный. Она немного полного телосложения, но ей это очень идет. Ее волосы очень короткие и кудрявые, рыжеватого оттенка. Ее губы были подведены бледно-розовой помадой.
— Здравствуйте, я: Синкевич Дарья, тренер и наставник Ирины, Надежды и Анастасии.
— Хорошо, я отметила, можете пока идти размяться там, — она указала на небольшой огражденный участок, где было уже приличное кол-во людей.
— Хорошо, спасибо.
Мы подошли к этому подобию поля и, внимательно посмотрев на свободное там место, я решила:
— Девочки, пошлите, побегаем по трибунам.
Предложение было двусмысленным, я вручила каждой из участниц моей команды по ракетки и мы побежали. Как хорошо, что тут есть лестница. Мы бегали около десяти минут, пока не начали объявлять, кто с кем сражается.
— Имена у нас не повторяются, поэтому буду называть вас по ним. Надежда будет сражаться с Алиной. Ирина будет сражаться с Софией, Камилла будет сражаться с Эмилией, Анастасия будет сражаться с Анной. Начинаем через десять минут, готовьтесь.
— Даша, а можно не участвовать? — спросила Надя, с боязнью смотря на меня.
— Почему?
— Я боюсь, — тихо призналась она.
— Не бойся. Все будет хорошо, вот держи мячик, он приносит победу, — я протянула Наде мяч.
Он был самый обычный, но я решила создать для нее такое небольшое чудо.
Надя взяла мяч и сжала его в своих ладонях.
— Приглашаем на поле: Надежду и Алину. Подает Надежда. Играем до шести побед.
Я встала вместе с Надей и, повернув ее к себе сказала:
— У тебя все получится, — а после выставила ее ладони и ударила по ним своими.
Надя взяла ракетку, два мяча, один из них на удачу и пошла вниз.
— Подающий выбирает сторону.
Надя пошла на первое от нее поле и встала на заднюю линию.
— Страшно, — думала я про себя.
Она подбросила вверх мяч, замахнулась, ударила ракеткой. Мяч полете и попал в квадрат.
— Играем! — послышался громкий голос Нади.
Помню, как она тогда сказала мне:
— Играем!
Это была наша первая игра, она тогда тоже подала мяч, и он приземлился прямо на линию. Он тогда сказала это так серьезно и грозно, что я засмеялась и проиграла. Я не отбила, да, это был проигрыш, но зато он остался у меня в памяти в виде смешного момента. Она всегда была для меня кем-то вроде подруги.
— Game! — это слово вырвало меня из воспоминаний. — В пользу Надежды.
Девочки, сидящие рядом со мной, захлопали в ладоши.
— Смена поля, смена подачи.
Надя пошла к трибунам и оставила свои мячи. Встав на место, ее соперница подала. Первая подача не получилась, вторая тоже.
— 0:15.
Алина подала и попала.
— Играем.
На моем лице появилась полуулыбка. Как было тогда хорошо. Мы были детьми и могли целый день играть, не о чем не думая.
— 15:0
Но это было тогда, сейчас у нас
