Читаем без скачивания Восточный ветер - Чингиз Абдуллаев

— Здравствуй, — она улыбнулась, шагнув в квартиру. Он привычно поцеловал ее. Ему так нравился ее запах, ее присутствие рядом. Это было как чудо в его возрасте, когда после многих лет одиночества встречаешь свою половину, предназначенную только для тебя. Они не хотели признаваться в этом даже самим себе. Им было хорошо вместе и в постели, и на кухне, и в ресторане, и в толпе людей. Они словно чувствовали друг друга, понимая состояние своего партнера без лишних слов.

Подобные метаморфозы случаются не столь редко, как кажется. И нашедшие свои половинки обретают то недоступное счастье, которое неведомо миллионам остальных смертных. Элина сняла обувь, положила сумочку на столик, стащила с себя шарф.

— У тебя великолепное платье, — восхищенно сказал Тимур.

— Надеюсь, что так, — она надела свои тапочки, которые хранила в его шкафу, и прошла в ванную комнату, чтобы помыть руки, — между прочим, это платье от Сен-Лорана, — крикнула она ему, уже вытирая руки.

— Не нужно добивать меня названиями этих дорогих дизайнеров, — пробормотал Караев, — я никогда не смогу покупать и дарить тебе подобные платья.

— Глупости, — она вышла из ванной, — меня не волнуют ваши деньги и ваши доходы, господин полковник. И мне меньше всего нужны платья, которые вы мне подарите. Будет гораздо лучше, если я сама их буду выбирать и покупать.

— Что остается мне?

— Любить меня, — она улыбнулась, — кажется, вас смущает мое платье? Я могу его снять. Или вы разрешите сначала пройти на кухню? Между прочим, я умираю с голода. У тебя есть что-нибудь поесть?

— Я купил салаты и рыбу.

— Прекрасно, — она взяла его под руку, — неужели ты комплексуешь из-за моих доходов?

— Не очень. Но хочется тебе соответствовать.

— Для этого тебе нужно снова вернуться в «Лукойл», где ты работал, и стать одним из заместителей Алекперова. Вы ведь земляки, вдруг он сделает тебя своим первым заместителем. Тогда ты сможешь купить мне не только такое платье, но и вообще всю компанию Ив Сен-Лорана, которую он уже продал другим клиентам. И вообще я не понимаю, почему ты ушел из службы безопасности «Лукойла» в эту Академию. Неужели ты считаешь, что в тебе умирает великий педагог?

Они прошли на кухню. Элина уселась на стул, и он начал доставать еду из холодильника, подавая ее на стол.

— Я карьерист, — улыбнулся Караев, — хочу быть генералом. Может, в Академии получу это звание. А в «Лукойле» мне ничего подобного обещать не могли. И Алекперова я видел только по телевизору.

— Ты неудачник, — усмехнулась Элина, — все понятно. Давай твою рыбу. И твой гранатовый сок. Как его называют?

— Наршараб, — он достал бутылочку с темной, почти черной жидкостью и поставил ее на столик. Подобная приправа считалась лучшей для любого сорта рыбы. И употреблялась даже для мяса. Иностранцы обожали этот концентрированный гранатовый сок, вывозя его десятками бутылочек из Баку. У него был специфический, ни на что не похожий вкус.

Она приняла есть, весело поглядывая на него.

— Ты неудачник, — снова повторила она, — не стал миллионером, не получил генерала. Даже до сих пор не женился во второй раз. Просто хронический неудачник.

— С недавних пор я так не считаю, — честно признался Тимур.

— Почему? — она взглянула ему в глаза. У нее были такие красивые миндалевидные глаза.

— Я встретил тебя, — ответил Караев, — и поэтому я считаю, что моя жизнь вполне удалась. Во всяком случае, ее финишная прямая.

— Не нужно так говорить, иначе я расплачусь, — было непонятно, шутит она или говорит серьезно. — Я спросила, уже зная твой предполагаемый ответ. И, пожалуйста, не нужно про «финишную прямую». Вы, кажется, делали мне предложение, господин полковник. Или вы собираетесь умереть сразу после того, как женитесь на мне? Оставить молодую жену вдовой? Неужели вы можете поступить так некрасиво? А я слышала, что все ваши земляки долгожители? Или нет?

— Да, — кивнул Караев, — я собираюсь прожить так долго, чтобы мы с тобой отметили золотую свадьбу. Мне будет только сто шесть лет. Или уже сто семь. Хотя я помню, что ты собиралась прожить еще сорок лет.

— Теперь уже гораздо больше. Я буду молодая и красивая бабушка в девяносто один, — рассмеялась Элина, — ты нарочно напоминаешь мне о моем возрасте?

— О своем.

— О нашем. Ты знаешь, я о нем как-то не думаю. Ощущаю себя счастливой и молодой женщиной. Ты не поверишь, но иногда мне бывает даже немного стыдно за то, как я себя веду с тобой. В постели и в жизни. Я никогда не бывала такой…

— Нахальной, — подсказал ей, скрывая усмешку, Тимур.

— Отважной, — нашла она нужное слово, — такой раскованной, как с тобой. Мне кажется, что ты все правильно понимаешь, все верно оцениваешь. Я даже не представляю, что именно должно произойти, чтобы я на тебя обиделась. Или ты на меня. Разве я не права?

— Мы еще успеем с тобой поругаться, — пообещал Караев. — У меня ужасный характер.

— Нет. Не получится. Я уже успела наругаться со своим первым мужем. Нет, нет, Караев, я совсем не дурочка. И мне уже много лет. Один раз я ошиблась. Со своим первым мужем. Хотя нет, наверно, не совсем ошиблась. Он мне нравился, очень нравился. Такой умница, интеллектуал, начитанный, образованный. А потом поняла, что это часто поза, чтобы привлечь к себе внимание. В том числе и понравиться другим женщинам, которые всегда были от него без ума. Это он умел. Ты не такой. В тебе есть некая надежность. Я тебе об этом говорила. И могу повторить еще раз. Ты не любишь позеров и сам никогда не станешь бегать «петухом» вокруг курочек. Ты для этого слишком самодостаточный человек.

— Убедила, — улыбнулся Тимур, ему было приятно слышать подобные слова. — Ты уже доехала свою рыбу? Или достать еще?

— Хватит. Я должна думать о своей фигуре. Мне скоро идти под венец, господин полковник, а невеста должна иметь хотя бы подобие талии.

— У тебя прекрасная фигура.

— Она будет такой, если ты не будешь меня откармливать.

Он забрал ее тарелку, чтобы положить в посудомоечную машину. Она улыбнулась.

— Никак не могу привыкнуть к твоей самостоятельности, — призналась Элина.

— Надеюсь, что привыкнешь достаточно быстро, — пробормотал Караев. — Когда ты планируешь завершить свой бракоразводный процесс в Санкт-Петербурге?

— Там уже все готово. Никаких проблем. Ты ведь знаешь, я хотела поговорить со своим сыном, когда он выйдет из больницы. Мы с ним уже поговорили. Он догадывался, что у меня есть любимый человек, хотя я этого ему и не говорила. Поэтому у нас нет никаких проблем. Как только я вырвусь в Санкт-Петербург в будние дни, так все и решим. Я поеду туда и все оформлю. Нужно, чтобы мы оказались с мужем вместе. В один день и в одном городе.

— Надеюсь, что наконец окажетесь, — согласился Тимур. — Ты будешь кофе? Я купил хороший кофе.

— Конечно. Спасибо, что ты мне помогаешь. Я так вымоталась сегодня на работе. Целый день провела в бегах. Все эти оформления, банковские переводы, депозиты, кредиты. Голова идет кругом.

— Ты у нас бизнесмен.

— Пытаюсь им быть. Ты не обидишься, если сегодня я сразу засну?

— Я когда-нибудь на тебя обижался? Конечно, нет.

— Когда ты так говоришь, я чувствую себя последней стервой. Заявляюсь к тебе домой, объедаю старого холостяка и нагло засыпаю в его постели. Я не слишком тебя утомляю?

— Ты прекрасно все понимаешь. Даже если мы станем бесполыми существами, то и тогда я буду радоваться твоему приходу. Мне приятно, когда ты спишь рядом. Я слышу твое дыхание, чувствую твое тело, этого вполне достаточно. Мне приятно даже находиться с тобой в одной комнате. Это не комплимент…

— Я знаю, — она положила руку на его руку, — ну почему мы не встретились много лет назад. С таким человеком, как ты, можно вместе жить, вместе стареть и вместе умирать. Желательно в один день, как в сказках.

— Может, все так и должно было случиться, — возразил Караев, — ведь в молодости мы, наверно, были другими.

— Да, — улыбнулась она, — я была жуткой стервой. Мой муж со мной натерпелся.

— Представляю, — улыбнулся он.

— Ничего ты не представляешь, — она сжала его руку, — я была тихой и покорной женой. Между прочим, почему у тебя двуспальная кровать? Ведь ты живешь все последние годы один?

— Не знаю. В комплекте мебели, который я тогда заказал, была именно такая кровать. И я ее взял. Может, я подсознательно думал, что рано или поздно рядом окажется такая женщина, как ты. Хотя нет, в последние годы я в такое чудо уже не верил. Мне казалось, что я так и умру холостяком.

— Опять, — она покачала головой, — ты уже дважды говоришь о своей смерти. Некоторый перебор. Давай пойдем спать. Мне завтра рано вставать.

— Мне тоже, — вспомнил Караев, — значит, на следующей неделе вы можете уже подать документы на развод.