ТЕ, КТО ПРАКТИКУЕТ ПЕРВУЮ ФАЗУ КАМЕННОГО ЛИЦА, ЧЕРНОГО СЕРДЦА, НЕ КУЛЬТИВИРУЯ ФАЗУ ВТОРУЮ, МОГУТ СТАТЬ ОПАСНЫМИ ЛЮДЬМИ.
На стадии самоисследования человек часто уязвим, поскольку он отверг мощные безнравственные способы поведения первой фазы и пребывает в поиске неведомой земли. Его дух теперь требует большего удовлетворения от совершаемых поступков. Он пребывает в состоянии неуверенности, растерянности, а порой боли и гнева.
Он застигнут врасплох собственным новым открытием, понимая, какое множество врагов скрывается внутри его в форме изъянов его собственного характера: алчности, гнева, сомнений в себе, самоограничений, ревности, зависти, страха, стыда, тревожности, узколобости, ненависти, самообмана, желания, эгоизма, лени, лицемерия и притворства. Он обнаружил, что его собственная душа – корень всего высокого и низкого, чести и бесчестия, радости и скорби, и притом количество таких врагов огромно, а его собственная способность одолеть эти препятствия весьма и весьма скромна.
На этой стадии, хотя в глазах других человек выглядит истерзанным и слабым, внутри его происходит мощная трансформация.
Фаза третья: воин
Эта заключительная фаза – сочетание обеих предыдущих фаз. Здесь возможно создать общую почву для величественного и безжалостного. Ниже следуют качества воина.
Бесстрастие и отстраненность
После фазы второй практик становится безразличным и мужественным. Он усваивает подход воина – бесстрастие и отстраненность. Он видит жизнь как бой, который нужно выиграть. Выхода нет. Победа – единственная цель.
Он бесстрастно ведет бой со злобными внешними стихиями, одновременно мужественно противостоя своим внутренним врагам. Он способен отстраниться от них, так что их присутствие ему не мешает. ИМЕННО ЭТА СИЛА ОТСТРАНЕННОСТИ И БЕССТРАСТИЯ ПОЗВОЛЯЕТ ВОИНУ ВСТРЕЧАТЬ ТРУДНОСТИ ЖИЗНИ СО СПОКОЙСТВИЕМ И ДОСТОИНСТВОМ.
Индийский философ XIII в. Шанкарачарья говорил, что даже величайший воин, стоя посреди поля битвы, потеет от страха. Однако, пусть тело его полно страха и душа его охвачена страхом, дух его бесстрашен. Он способен отстраниться от страхов тела и разума, держась за неустрашимость своего духа.
Не так давно я смотрела старый кинофильм, историю о мужестве и любви первых американских поселенцев. Было очевидно, что они постигли это высокое состояние спокойной отстраненности. Они были безразличны к страданиям, совершали поступки, несмотря на страх, выдерживали одиночество, спокойно принимали и преодолевали враждебность, никогда не упуская из виду своих целей. Во время просмотра этого фильма я не раз была тронута до слез, видя их чисто воинское мужество и решимость.
Дело не в том, что в этом состоянии отстраненности трудности на вас не влияют и вы становитесь инертным. Напротив, вы не подпадаете под власть собственных эмоций, так что можете энергично продолжать свое дело с бо́льшим мужеством и возобновленной энергией.
Пригодность к величию
Я видела немало стареющих людей, к которым старость оказывалась немилосердна. Их глаза отражают боль и крушение иллюзий. Они потерпели поражение от жизни; на их счету множество разбитых мечтаний. Надежды и ожидания юности развеялись – и впереди ожидает только смерть.
Их ошибка в том, что они не подготовились к суровым урокам, которые Создатель приготовил для них на жизненном пути, – к урокам, которые необходимы, чтобы придать сил духу и сделать человека пригодным к величию. В отличие от воина, воспринимающего жесткую дисциплину как привилегию и честь, эти люди подобны песчинкам, попавшим в жернова, перетертым мельничным колесом жизни в муках и боли.
Как и большинство людей, я когда-то молилась о счастье и удаче. Молитва «да будет воля Твоя» когда-то пугала меня до смерти. Однако в действительности этот мир, в котором мы живем, хрупок и вечно изменчив, и наше существование и выживание привязаны тонкой незримой нитью к Божьему милосердию. Приобретения и утраты – это непреходящее человеческое состояние.
Когда я наблюдала пожар в холмах Оукленда и Беркли, в районе залива Сан-Франциско, где сгорело больше семи сотен роскошных домов, это явилось для меня новым доказательством того, что не имеет значения, насколько нам хочется игнорировать возможность любых негативных и неприятных аспектов нашей жизни, – Творец пишет собственный сценарий жизни. Теперь, становясь на молитву, я молюсь о несгибаемой внутренней силе и силе воина, чтобы принять эти суровые уроки и извлечь из них опыт, а не быть уничтоженной ими.
Единство духовного и материального миров
В этой книге мы будем преимущественно иметь дело с фазой третьей. Мы узнаем, как жить в этом мире и не быть его жертвой – а также не причинять несправедливую боль и утраты тем, кто этого не заслуживает. Наша цель в практике Каменного Лица, Черного Сердца – научиться защищать себя от агрессии других.
Таким образом, мы становимся воинами, но не в традиционном западном смысле – не «машинами убийства». Внешняя способность воина эффективно добиваться своей цели руководствуется внутренней мудростью, которая культивируется путем принятия трудностей жизни и поиска духовного равновесия.
Знаменитый японский фехтовальщик XVII в. Миямото Мусаси говорил: «Воин – это тот, кто владеет пером и мечом с одинаковой ловкостью». Смысл этого выражения такой: дабы быть воистину великим воином, нужно быть умелым не только в обращении с оружием. Истинный воин – это уравновешенное существо, которое благодаря пониманию жизни обретает способность овладеть искусством и достоинствами своего орудия. Самурайское владение мечом метафорически эквивалентно тому, как мы справляемся с нашими повседневными задачами, в особенности с задачей выживания. Мусаси также говорил: «Путь воинского искусства – это путь природы. Согласуясь с силой природы, зная ритм всех положений, ты сможешь естественно сечь и разить врага».
Практикуя третью фазу Каменного Лица, Черного Сердца, вы постепенно увидите, что не существует никакого разделения или конфликта между миром духовным и миром земным. Ваша духовная сила станет важнейшим инструментом для завоевания повседневных реальностей. Применяя тонкие духовные прозрения к безжалостному миру бизнеса, мы обретем лучшее в обоих этих мирах.
Истинный практик каменного лица, черного сердца
Когда великое Дао забыто, появляются добродетель и мораль.
Когда рождаются знание и разум, начинается великое притворство.
Когда нет гармонии в семье, возникают сыновняя почтительность и преданность.
Когда страна растеряна и пребывает в хаосе, являются чиновники.
Лао Цзы. «Дао Дэ Цзин»
В каждом поступке есть два аспекта – внутренний и внешний. Внутренний аспект – это сила, которая мотивирует поступки человека. Она невидима ни для кого. Внешний аспект – выражение внутреннего состояния. Оно очевидно всем.
В противоположность распространенному представлению, поступки хорошего человека не всегда благородны. Они могут быть безжалостными, холодными и бесстрастными. Один мой друг однажды изрек очень глубокую мысль: «Когда люди поступают слишком благородно, я всегда задумываюсь об их мотивах».
Жил некогда на свете мастер, который начальствовал над многими учениками. Все они лелеяли великое намерение стать просветленными, однако каждый воевал со своими неконтролируемыми желаниями. Мастер, казалось, не обращал внимания на их скверное поведение и позволял им предаваться мелким грешкам, а потом внезапно наносил удар, подобный удару молнии. Он сурово наказывал ослушников, иногда даже бил их кнутом, так чтобы ученик никогда не забыл полученного урока. Стороннему свидетелю такие поступки мастера могли бы показаться свирепыми и жестокими. Однако ученики ощущали лишь любовь учителя и были благодарны ему за учение.
В христианской Библии св. Марк рассказывает историю о менялах: как Иисус Христос приходит в храм Иерусалимский и в гневе переворачивает все их столы и скамьи, говоря, что храм Божий предназначен для молитвы, а не для использования в качестве «вертепа разбойников». Хотя внешне поступок Иисуса был выражением гнева, это нимало не влияло на его безмятежное внутреннее состояние.
И наоборот, некоторые носят на лице постоянную пластмассовую улыбку, жаждая, чтобы другие считали их милыми людьми. Большинству совершенно очевидно, что улыбка – это всего лишь складка на коже, и глубже кожи она не проникает, однако эти люди тратят всю свою конструктивную энергию на создание этого приятного фасада, а внутри остаются пустыми и бессильными.
Внешний облик и поступки хорошего человека иногда могут казаться жестокими и насильственными, а его выражение – эгоцентрическим, и все же он обладает чистым сердцем. И наоборот, лжепророк может демонстрировать очевидно высокую степень внешнего смирения и благородства, но с внутренней точки зрения его единственная цель – личная выгода. ПРОЦВЕТАНИЕ ЛЖЕПРОРОКА ЗАВИСИТ ОТ ОДОБРЕНИЯ ПУБЛИКИ, В ТО ВРЕМЯ КАК ИСТИННО ДОБРЫЙ ЧЕЛОВЕК ЖИВЕТ В ГАРМОНИИ С САМИМ СОБОЙ – ОН НЕ СТРЕМИТСЯ К ВНЕШНЕМУ ОДОБРЕНИЮ И НЕ НУЖДАЕТСЯ В НЕМ.
