все выглядят очень официально. А тебя что заставило сюда прийти?
– Любопытство, – ответил я, понимая в душе, что хочу доказать самому себе, что я способен на что-то большее, чем сидеть вечерами перед экраном и мастурбировать на голые тела во всевозможных позах. – Я своего рода наблюдатель.
– Плохо наблюдать. Пока не намочишь ножки, не узнаешь, теплая ли вода. Наблюдение – удел слабых и старых. А пока мы молоды, надо действовать. Сегодня я тоже не собираюсь наблюдать, и при первой же возможности скину с себя все эти тряпки! И тебе советую. В прошлый раз я сама не понимала, что делаю. Но могу сказать, что секс с незнакомым человеком на глазах у других сильно подействовал на меня. Я стала намного увереннее в себе.
Слова этой девушки сильно меня задели. Она сказала то, что я в глубине души сам понимал, но боялся осознать. Время от времени в моей голове всплывала мысль о незнакомке, встретившей меня на входе. Интересно, она будет участвовать в играх? Если ответ положительный, то мне не понадобится и секунды, чтобы принять решение о собственном участии.
– Кристина, пошли, ухватим чего-нибудь перекусить, пока не разобрали все самое вкусное…
– Окей.
7
Еда оказалась настолько вкусной, что я и не заметил, как большинство гостей начали плавно перемещаться в соседний зал. Надо поторопиться, а то вдруг я пропущу блондинку. Где Кристина? Вероятно, я был так поглощен едой, что проморгал, когда она ушла. Я незамедлительно последовал за толпой.
Соседний зал оказался просто огромным, в центре его стояла кровать невероятных размеров. При желании на ней могли разместиться десятки людей. По кровати были разбросаны разнообразные подушки. Какие же оргии проходили здесь! Перед моими глазами невольно пронеслись образы девушек в различных позах с искаженными от испытываемых чувств лицами. Вот они играют друг с другом, используя различные приспособления, а потом к ним присоединяются мужчины. Они выбирают одну жертву и втроем доводят ее до оргазма. Девушка кричит, вырывается, но они не отступают, а только ускоряются. Наконец девушка громко кричит и почти лишается чувств от избытка эмоций. Молодые люди оставляют ее отдыхать, а сами переключаются на остальных красоток. Я почувствовал, как участилось мое дыхание. Я возбудился. От этих мыслей меня отвлекла Кристина:
– А я думала, что ты сбежал!
– Я просто задержался на фуршете. Не мог оторваться от восхитительного торта.
– Говорила же мама, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок. Я вот не могу есть, когда волнуюсь, а сегодня я просто не в себе. Уже не могу дождаться! Я разговаривала с маэстро, он сказал, что сегодня перед оргией будет представление от участников клуба «Ритц».
8
Притушили свет. Заиграла будоражащая воображение музыка. Она отдаленно напоминала те мелодии, что обычно сопровождают сексуальные сцены в фильмах, но была намного динамичнее. Воздух наполнился странным ароматом. Резковато, но через секунду я осознал, что это лучший на свете запах. Меня окутало вселенское счастье. Как я люблю всех этих людей! Как я мог жить без них?! Я попробовал в своей жизни не один вид наркотиков, но эффект от них не был даже приблизительно похож на ощущения, которые я испытывал. Трезво оценивая ситуацию, я осознаю, что мои чувства были вызваны этим запахом. Но что это был за аромат? Не знаю…
С противоположной стороны комнаты кто-то поднялся на кровать. Это девушка. Мурашки пробежали по всему телу. За ней еще несколько девушек также оказались на сцене. Из-за полумрака не было видно их лиц, но это определенно самые красивые тела, что я видел. Такие тела я никогда не наблюдал в интернете, в журналах, и, тем более, на улицах. От этого зрелища у меня перехватило дыхание, а глаза наполнились слезами. Я хотел кричать! Такого сильного прилива чувств, честно, я не испытывал никогда. Хотя, тогда, на входе, при виде блондинки…
Девушки устроились посередине кровати. Ну, давайте же, наведите на них прожектора, покажите их ангельские личики! Но нет, меня как будто специально дразнят. Можно разобрать только силуэты: они целуются, гладят друг друга, сплетаются ногами и руками. Одна из девушек стоит на коленях, запрокинув голову, и получает удовольствие от того, как подруга гладит ее восхитительные груди. В это время третий силуэт впился в губы еще одной фее, которая незаметно присоединилась к действию.
Вся толпа жадно следит за действием, развернувшимся на кровати. Кристина не выдержала и погрузила руку под юбку, слегка постанывая. Это был праздник плотских страстей и похоти. Я уже не сомневался, хочу ли я участвовать. Да я мечтаю об этом! Просите все, что хотите, я все отдам, только бы оказаться на этом ложе! В эту секунду я бы рассмеялся, если бы мне сказали, что прелюбодеяние – это грех.
На сцену поднялись несколько молодых людей. Человек восемь. Абсолютно нагих. Они выстроились вокруг девушек. Заиграла таинственная, немного страшная музыка. Люстра, находившаяся прямо над кроватью, начала медленно загораться. Сразу бросились в глаза шикарные тела молодых людей. Все ребята были как нарисованные: высокие, красивые, с выразительными лицами. А девушки… Я внезапно потерял дар речи, в горле встал комок: я увидел среди девушек ту восхитительную блондинку. Как она может с собой такое вытворять? На глазах у множества людей выставлять напоказ свое тело?
Дальнейшее действие только сильнее вызвало мой гнев и зависть к парням, участвовавшим в нем: моей блондинке достались два молодых человека. Один из них начал целовать ее между ног, она же начала делать в это время другому парню минет. Продолжение отпечаталось в моей памяти довольно туманно. Остались только образы: вот они вместе заставляют ее стонать в различных позах, затем к ним присоединяются еще два парня, а с ней обращаются, словно с куклой. Потом с ней играет другая девушка при помощи огромных приспособлений, я вижу, как ее лицо искажено от боли, она стонет, я даже не уверен, что она получает от этого удовольствие. Потом плетка, ее бархатистую и нежную попку жестоко порют плеткой, без малейшего сожаления. На ее глазах слезы, изо рта вырывается крик. Но никому нет до этого дела. Действо идет своим чередом.
Я даже не понял, сколько времени длилось выступление. Знаю одно – что после выступления у меня появилось сильнейшее желание, чтобы со мной повторили все то же самое. Чтобы со мной также жестко обошлись, и все это видели. Чтобы я также взывал о пощаде, но никто не откликался. Чтобы они сделали это со мной,
