Возможно, нет. Но был еще человек-птица, стоявший прямо перед ним между двух столов, клюв раскрывался и закрывался, в горле клокотало от волнения.
Улыбаясь, приподнявшись на локте, не обращая внимания на кровь, хлещущую из раны на шее, Каллагэн нацелил «ругер» Джейка.
— Нет! — вскричал Маймен, закрывая лицо руками-лапами, словно они могли защитить от пули. — Нет, ты НЕ МОЖЕШЬ…
Очень даже могу, — с детским ликованием подумал Каллагэн и выстрелил вновь. Маймен отступил на два шага, потом еще на один. Задел столик и упал на него. Три желтых перышка, зависшие было над ним, лениво спланировали на пол.
Каллагэн уже слышал жуткие завывания, не злости или страха — голода. Запах крови наконец-то проник в потерявшие былую чувствительность ноздри, и теперь Праотцы рвались к угощению. А потому, если он не хотел составить им компанию…
И отец Каллагэн, когда-то преподобный Каллагэн из Салемс-Лот, повернул ствол «ругера» к себе. Не стал терять время на поиск вечности в темноте ствольного канала, приставил дуло к шее под подбородком.
— Хайл, Роланд! — воскликнул он, зная,
(волна их подняла волна)
что его слышат. — Хайл, стрелок!
Палец его застыл на спусковом крючке, когда древние монстры набросились на него. Его захлестнула вонь их холодного, бескровного дыхания, но не испугала. Никогда раньше он не чувствовал в себе такую силу. Из прожитых лет самыми счастливыми для себя он полагал годы бродяжничества, когда был не священником, а Каллагэном-с-Дорог. И чувствовал, что скоро сможет вернуться к той жизни, странствовать, сколько пожелает душа, поскольку сделал все, что должен, и его это радовало.
— Найди свою Башню, Роланд, проникни в нее и взойди на вершину!
Зубы его давних врагов, древних братьев и сестер твари, которая называла себя Курт Барлоу, вонзились в него, как жала. Каллагэн этого не почувствовал. Улыбаясь, он нажал на спусковой крючок и ушел от них навсегда.
Глава 2
На волне
1На проселочной дороге, которая вела от дома писателя к Бриджтону, Эдди и Роланд наткнулись на оранжевый пикап с надписью «Эксплуатационная служба Энергетической компании центрального Мэна» на бортах. Рядом мужчина в желтой каске и ярко-оранжевом, заметном издалека жилете срезал ветки деревьев, которые могли лечь на провода. Именно тогда Эдди что-то почувствовал? Что-то, набирающее силу? Может, предвестник волны, движущейся к ним по Лучу? Потом он подумал, что да, вроде бы почувствовал, но полной уверенности у него не было. Видит Бог, ему хватало других переживаний, и не без причины. Скольким людям удавалось повидаться со своим создателем? Ну… Да, Стивен Кинг еще не создал Эдди Дина, молодого человека из Кооп-Сити, расположенного в Бруклине, а не в Бронксе, не создал в 1977 году, но Эдди не сомневался, что со временем Кинг вплетет его в историю. А как иначе он мог здесь появиться?
Эдди остановил «форд» перед пикапом, вылез из кабины, спросил потного мужчину с ножовкой в руках, как им попасть на Тэтлбек-лейн, что в Лоувелле. Парень из «Энергетической компании» все подробно ему объяснил, затем добавил:
— Если вы хотите добраться до Лоувелла сегодня, вам лучше воспользоваться шоссе № 93. Болотной дорогой, как ее здесь называют.
Он поднял руку и покачал головой, как бы показывая Эдди, что спорить тут нечего, хотя тот, задав один-единственный вопрос, более не произнес ни слова.
— Она на семь миль длиннее, я знаю, и вся в рытвинах, но через Ист-Стоунэм вы сегодня не проедете. Копы его блокировали. Дорожная полиция, местные полицейские, управление шерифа округа Оксфорд.
— Вы шутите? — ответил Эдди. Вроде бы такая реакция не могла вызвать подозрений.
Электрик покачал головой.
— Никто не знает, что там произошло, но была стрельба, возможно, из автоматического оружия, и взрывы. — Он похлопал по обшарпанной рации, висевшей на поясе. — После полудня я дважды услышал слово на букву «т». И меня это не удивляет.
Эдди понятия не имел, о каком слове на букву «т» идет речь, но знал, что задержка действует Роланду на нервы. Он чувствовал нетерпение стрелка, буквально видел его характерный жест, означающий: «Поехали, поехали».
— Я говорю о терроризме, — продолжил электрик, тут же понизив голос. — У людей и в мыслях нет, что такое может случиться в Америке, дружище, но у меня есть для вас новости — может. Если не сегодня, то рано или поздно. Кто-нибудь попытается взорвать статую Свободы или Эмпайр-стейт-билдинг, вот что я думаю… правые, леваки, эти чертовы арабы. Слишком много в мире психов.
Эдди, который знал, что случилось в последующие десять лет, согласно кивнул.
— Вы скорее всего правы. В любом случае спасибо за подсказку.
— Просто пытаюсь сэкономить вам время, — пожал плечами электрик, а когда Эдди открывал дверцу «форда» Каллема, добавил: — Вы попали в переделку, мистер? Выглядите неважно. И хромаете.
Эдди действительно попал в переделку: получил сквозное ранение в руку и пулю в ногу. Ничего несовместимого с жизнью, поэтому за чередой более важных событий он об этом просто забыл. Теперь вдруг раны разболелись. И он пожалел о том, что отказался от пузырька с таблетками перкосета, предложенного Эроном Дипно.
— Да, поэтому я и еду в Лоувелл. Соседский пес меня покусал. Насчет этого я еще с соседом поговорю. — Малоубедительная, конечно, история, но ничего другого в голову не пришло. Он же не писатель. Сочинять истории — это к Кингу. Впрочем, и такой хватило, чтобы он успел скользнуть за руль «форда-гэлакси», прежде чем электрик задал новые вопросы. Эдди решил, что последний раунд он отработал удачно, и быстро тронул «форд» с места.
— Узнал, как нам ехать? — спросил Роланд.
— Да.
— Хорошо. Одно наваливается на другое, Эдди. Мы должны как можно быстрее добраться до Сюзанны. Помочь, если сможем, Джейку и Каллагэну. И ребенок вот-вот родится, уж не знаю какой. Может, уже родился.
«Поверните направо, когда вернетесь на Канзас-роуд», — сказал электрик Эдди (Канзас, как в истории о Дороти, Тото и тетушке Эм, где одно наваливалось на другое), и он повернул. Теперь они ехали на север. Солнце ушло за деревья слева от них, так что двухполосное шоссе укутывала тень. Эдди буквально чувствовал, как время скользит между пальцев, будто невероятно дорогая ткань, слишком гладкая, чтобы ее ухватить. Он надавил на педаль газа, и старый «форд» Каллема, фырча мотором, прибавил хода. Эдди разогнался до 55 миль в час. Мог бы еще добавить, но не стал: Канзас-роуд изобиловала поворотами, а вот ровностью покрытия похвастаться не могла.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
