я тебя поставлю.
Рисса вздернула подбородок:
– И что, скажи на милость, мне делать в Старой Крепости?
Может, девчонка была не такой уж и умной? Ответ казался очевидным:
– Править.
Глава 3
Компромиссы
Риссе не единожды говорили, что ее вспыльчивость до добра не доведет. Девушка была почти уверена, что мисс Протт – ее желтокожая и морщинистая старая гувернантка-бес – предвидела такой исход событий.
Риссу одолело желание задушить верховного короля Тенебриса и развязать кровавую войну, если он не уберется с глаз долой, прочь с ее луга, из леса и жизни.
Править? Бред какой-то.
Она вырвала руку из его хватки.
– Пожалуй, я откажусь.
Инстинкты взывали стоять лицом к лицу со своим врагом, следить за каждым его движением, но девушка отвернулась. Она не сомневалась, Райдекар воспримет это как неуважение и унижение, и именно эти чувства Рисса хотела заставить его испытать.
Как он посмел явиться сюда и диктовать ей условия?
– Ты… отказываешься.
Она шагала с высоко поднятой головой, не желая оборачиваться на Райдекара, хотя ощущала, как его гнев окутывает ее, словно живое существо. Яркое пламя, омывающее ее жаркими волнами.
– Тысячи умирающих фейри, невинных и слабых детей и стариков. И ты готова бросить их на произвол судьбы?
Рисса предпочла бы, чтобы он кричал, потому что зловещий шепот звучал куда хуже.
Девушка развернулась:
– Ты понятия не имеешь, о чем просишь. Ты ничего обо мне не знаешь. И я уверена, что ты не знаешь и крупицы правды о Денархельме.
Если Райдекар наивно полагал, что тринадцать лордов примут Риссу как свою верховную королеву, он заблуждался. Сам факт того, что он считал это возможным, был нелепым.
Нелепым и лестным. Никто никогда не верил, что она способна управлять чем-либо – даже собственной жизнью. Втайне Рисса была признательна упрямому и грубому королю.
И это не имело никакого отношения к тому, что он обладал головокружительной красотой.
– Ты живешь как лесная ведьма, вместо того чтобы выполнять свои обязанности. Ты просто трусиха.
У меня нет никаких обязанностей, кроме тех, что ты пытаешься взвалить на мои плечи. Твоя уверенность в собственной правоте еще ничего не значит.
Резкие слова чуть не сорвались с губ девушки, однако в этот раз она решила промолчать. Хорошо это или плохо, но она была фейри и с незапамятных времен ее народ был проклят неспособностью лгать.
Рисса потрясенно умолкла, обнаружив, что не может произнести и слова. Если бы она по-настоящему верила своим словам, то они бы вырвались из ее рта. Почему в глубине души Рисса думает, будто судьба Денархельма – ее дело?
Ответ пришел слишком быстро. Она ведь наследница Мэб. Внучка Мэб. Племянница верховной королевы Уны. В отсутствие отца корона Денархельма принадлежала Риссе.
Девушка почувствовала, как опустились ее плечи, когда ярость отступила, а тело перестало сопротивляться.
Райдекар мог бы проявить всю свою жестокость по отношению к ней, но он этого не сделал. Он знал, что Рисса являлась первой претенденткой на корону. Дабы избавиться от навязчивого короля, девушке пришлось объясниться.
Слова давались с трудом. Даже по прошествии немалого времени принять их было невероятно трудно. Но Рисса заставила себя нарушить молчание.
– Я живу здесь, потому что мне не рады при Дворе Солнечного Света. И меня уж точно не хотят видеть на троне, если бы таковой существовал.
– Не рады? – настаивал Райдекар.
Конечно, он не желал оставить ее в покое, точно собака, которой только что кинули долгожданную кость. Казалось, что он ни разу за всю жизнь не отступался от своих целей.
– Если ты вдруг не заметил, то я мало похожу на прекрасную принцессу фейри. – Тон Риссы звучал резко.
Райдекар действительно выглядел сбитым с толку, словно он не замечал перьев и коры, клыков и когтей. Необузданную дикость.
– Скажи, что ты шутишь.
Стало предельно ясно, что он не поверил ее словам.
Рисса рассмеялась. Король олицетворял своим внешним видом само совершенство. Благие дворы целовали бы землю, по которой он ходил, даже если бы у него не было короны. И все же Райдекар не мог понять, почему Риссу отвергли.
Еще несколько мгновений назад девушка хотела обратить в пепел его идеальное тело. Теперь же ей хотелось его поцеловать.
– Благой двор не приемлет отхождения от нормы, – объяснила она.
Хотя ее внимание было приковано к королю, она заметила, как сидящие на лошадях воины переглянулись. Они все поняли.
Рисса стиснула челюсти, узнав выражения их лиц. Ей не нужна была жалость.
Райдекар поджал губы:
– Они склонятся перед тобой. У них нет выбора. Корона принадлежит тебе.
В какой вселенной он жил?
– Нет. Они великие владыки с огромными армиями. Никто не заставлял их что-либо делать на протяжении тысячи лет. Им нравится такой порядок.
Райдекар оглянулся на своих людей. Бледный воин присоединился к нему, не нуждаясь в дальнейших подсказках.
– Судя по тому, что я знаю о светских законах, лорды могут проголосовать за отстранение от престола неподходящего монарха, если они единодушны в своем решении. Причина не имеет значения. Пока они единогласны, то могут изгнать ее.
Рисса этого не знала.
Честно говоря, ей тяжело было признать всю скудность знаний о собственных землях. Ее не интересовало восхождение на престол, но Риссе следовало знать, какие порядки царят в ее владениях.
И ей также следовало знать, что на них напали. Девушка мало что могла с этим поделать, но услышать подобные новости от незнакомца было неприятно. Никто не считал необходимым держать ее в курсе происходящего. Даже те немногие, кого она называла друзьями.
– Где ты это слышал? – спросила Рисса.
Он не был фейри, а они, как известно, ревностно охраняли свои секреты.
Незнакомец сначала взглянул на короля. Райдекар едва заметно кивнул. Теперь, когда ему разрешили говорить, мужчина объяснил:
– Я из Морского края. – Он галантно склонил голову. – В детстве нас учат законам каждого двора фейри.
Обычай, которого должны придерживаться все остальные.
– Понятно. Что ж, тогда все решено. – Она наконец-то могла вернуться в свой домик на дереве. – Будьте осторожны на обратном пути.
– Ты же не серьезно? – нахмурившись, спросил второй воин. – Они нуждаются в единстве. Наверняка у тебя есть союзники, которые…
– Это не так. – Не среди высших лордов. Не среди придворных. Не среди приближенных.
И это было логично, потому что Рисса никогда не претендовала на корону.
– Они будут единогласны лишь в том, что я неподходящий правитель. Сомневаюсь, что они примут хоть кого-то, кроме Тарсена. – Рисса необдуманно произнесла это имя и затихла. – Постойте. Вам нужен
