Фрэн очередное неизвестное слово, которых в запасе госпожи появилось в последнее время слишком много.
— Причешем, Фрэн, причешем.
— Дозорные Аурусбурга! — крикнул кто-то из отряда. Кавалькада затормозила для утряски формальностей.
— Скоро прибудем! — в волнении воскликнула Фрэн. — Нужно привести вас в порядок. Они скорее всего выедут встречать. Ой, мамочки, я как будто сама замуж выхожу!
Она достала из сундука гребешки, заколки, духи, арсенал ароматных помад и пудр.
— Эх, Фрэн, помыться бы, — принцесса, сморщившись, обнюхала свое тело.
— Ну что вы, госпожа Ровена. Всего-то пять дней в пути. Можно и потерпеть немного!
Кортеж снова тронулся. И время в дороге опять потянулось бесконечно долго, но теперь пейзаж был преимущественно равнинным. Местами дорога была даже вымощена камнями, чего доселе не встречалось. Открытое пространство действовало успокаивающе.
Дефорт подъехал к окну королевского экипажа и сообщил:
— Принцесса, вас встречают!
* * *
Король Леонард IV вместе со своей супругой Фелицией и наследным принцем Мартином в сопровождении небольшой свиты лично выехал встречать будущую жену сына и залог дипломатической и военной поддержки Аурусбурга сильным союзником.
— Ну где же они, где? Мне не терпится увидеть принцессу! Интересно, так ли она хороша собой, как изображают портреты? — приговаривала королева, вглядываясь вдаль.
— Очень скоро мы это узнаем наверняка! — успокоил жену Леонард.
— Маменька, папенька, — волновался принц, — А что если она окажется дурнушкой, или вовсе уродиной? Я совсем не хочу жениться на уродине.
— А придется, — назидательно сказал король. Мнение принца в этом вопросе учитывалось в последнюю очередь. — В конце концов, по сообщениям послов из Фэй, видевших ее при дворе, девушка действительно прелестна и при этом славится кротким нравом и добротой. Поэтому, даже если тебе эта ягодка не придется по вкусу, в чем я сомневаюсь, на полянке растет еще много земляники, — он подмигнул сыну и бросил выразительный взгляд на белокурую дочь камеристки королевы, Виолетту, с которой принца связывали романтические отношения.
Королева гневно шлепнула мужа по руке закрытым веером:
— Не развращай мальчика!
— Однако, мне чудится, или там впереди виднеется облачко пыли? — воскликнул король, прислоняя к глазам лорнет. — Едут!
Среди свиты пробежала волна взволнованного: «Едут, едут!».
Прошло еще достаточно времени, пока небольшая делегация из Фэй приблизилась на расстояние, позволяющее разглядеть вензеля и гербы на экипажах.
Королевская семья встала со скамеечек, Леонард с любезной улыбкой простер руки к карете, в которой по его предположениям, находилась принцесса Ровена.
* * *
— Фрэн, вот они, вот они, я их вижу!
Принцесса напряженно вглядывалась в небольшую толпу нарядно одетых людей, разместившихся прямо посреди дороги.
— Смотри-ка, а принц-то ничего, импозантный мужчина! Только волосы у него не светлые. Соврал портрет! Широкоплечий такой, мужественный! Это что за женщина рядом? Сестра?
— Нет, что вы, госпожа Ровена, вы верно приняли за принца короля Леонарда, ваш суженый стоит рядом!
— Где?
— Да вот же по правую руку от короля!
— Да где, Фрэн, бесишь уже! Вот этот, статный, в светлом камзоле? Вон тот мужчина в черном?
Ровена упорно игнорировала принца, в которого уже совсем неприлично тыкала пальцем из окна кареты ее горничная.
— Нет, Фрэн, не говори, что этот мальчик с гусиной шеей — мой будущий супруг! — в ужасе закричала она. — Этого не может быть!
Юноша в голубом камзоле, тощий, как жердь, с жидкими светлыми волосенками, ниспадавшими на белое кружевное жабо, вызвал у нее припадок истерического хохота, а затем неподдельный ужас. Принцесса приблизила бинокль к глазам еще раз. На лице жениха она разглядела прыщи и редкие усишки, которые он то и дело ощупывал.
— Но госпожа, принц ваш ровесник, он давно уже не мальчик. И шея не такая ж у него и гусиная…
— Это педофилия какая-то! Это статья! — снова начала сыпать «монастырскими» словечками Ровена.
— Я не выйду из кареты.
— Но госпожа, это невозможно!
— Это же фарс, уму непостижимо! Я попала в комедию!
* * *
Кортеж остановился. Конные всадники спешились. Старший из них подошел к изящной карете и распахнул дверь. В воздухе повисла напряженная пауза. Король Леонард уже устал простирать руку, но из кареты никто не выходил. Затем из экипажа донеслись звуки возни и препирательств. Наконец, карета качнулась, из нее неуклюже выбралась хорошенькая юная особа в черном.
По свите эхом пронеслось: «Принцесса в трауре!»
Королевский церемониймейстер важно вышел на середину дороги и провозгласил:
— Его королевское величество король Леонард IV Аурусбургский приветствует принцессу Ровену из Фэй на изобильной и неиссякаемой земле Аурусбурга!
Король сделал шаг вперед, демонстрируя принцессе радушие и доброжелательность.
— Дитя мое! Дозорные сообщили, что вы подверглись ужасному нападению в дороге и понесли невосполнимые потери. Но теперь все позади, вы в полной безопасности, под моим собственным присмотром! Надеюсь, Аурусбург станет для вас вторым домом. Позвольте представить вам, мою супругу, королеву Фелицию, — высокая светловолосая женщина в бордовом платье с низким вырезом декольте и золотой тиарой в замысловатой прическе слегка наклонила голову, — и наследного принца, вашего нареченного, Мартина Аурусбургского. Юноша сделал шаг вперед и поклонился Ровене.
Слово было за стороной Фэй. За принцессу говорить должен был граф фон Уттербах, но тот по известным причинам хранил молчание внутри багажного дилижанса.
Принцесса постояла, дерзко оглядывая собравшуюся здесь компанию. Постучала носком туфли по небольшому камню, валяющемуся у дороги. А затем заявила Леонарду.
— Значит, действуем так. Замуж я пойду только за короля. То есть за вас. Все свободны, расходимся.
Глава 7. Совещание
Ровена сидела в зале для переговоров, демонстративно разглядывая ноготки на руках, и ждала, какое решение примет монаршая семья. Она чувствовала интуицией, что они сейчас находятся в уязвимом положении, и дело будто бы не только в военной угрозе северян. Аурусбург — богатейшее государство, а за деньги можно купить всё в любом мире: и сильную армию, и лучшее оружие. Стал бы уверенный в своей мощи монарх даже выслушивать нечто подобное? Вышвырнул бы наглую девицу назад, к маменьке с папенькой, да и дело с концами. Но они не только слушали, они размышляли, как поступить.
— Ну, во имя процветания и благополучия нашего государства, я готов пойти на эту жертву и жениться на юной и прекрасной девушке, — начал было король Леонард.
— Но как же мама? — возмутился наследный принц.
— А что у вас ни одного монастыря в стране нет? — подала голос молчавшая до этого принцесса.
Королева возмущенно вскочила с места:
— Да как ты смеешь, соплячка? — а затем вскинулась на супруга, — Леонард, если ты помнишь, я тоже не из простолюдинок! Моя семья не простит тебе такого оскорбления!
Помимо обозначенного круга
