И где он находится? Смогут ли Ульвхедин и Никлас определить правильное направление движения? Здесь же нет никаких ориентиров, только густые клубы тумана, мокрые и холодные, медленно проплывают мимо.
А вдруг они сбились с пути и придут в какое-нибудь ужасное место, созданное больной фантазией?
Он крепко вцепился в мамину руку, чего не делал уже многие годы, считая себя почти взрослым. Двенадцать лет — возраст, к которому следует питать уважение.
Сейчас он шел между матерью и Ульвхедином и держался за их руки. Само собой разумеется, это немного стыдно, но он вынужден следовать законам первобытных инстинктов. Сердце сильно стучало, и он думал, что вот-вот потеряет сознание.
Никлас шел по другую сторону от матери. Эти два духа словно хотели защитить людей от невидимых врагов, скрывающихся неведомо где.
Страшно!
Сейчас он не должен запугивать себя!
И тут он услышал голоса, приглушенные туманом, монотонные.
Криста, это голос Кристы!
И Натаниеля!
Чувство безопасности усилилось. Мать и он были не одни в этом удивительном, устрашающем мире.
Это были они. Надо идти прямо к ним.
— О, слава Богу, — пробормотала мама Карине. Они тихо приветствовали друг друга. Кристу и Натаниеля сопровождали двое мужчин. Одним из них был молодой, приятный юноша с глазами-звездами, излучающими доброту.
— Это Линде-Лу, — сказал Натаниель. — А это Тарье, щедро одаренный Богом, — продолжал он, указывая на другого спутника, молодого мужчину среднего роста с запоминающимся лицом и проницательным взглядом — исключительно доброжелательным.
Теперь все чувствовали себя намного лучше.
Они шли долго.
Бедняга Габриэл замерз.
Туман был страшно холодный.
Наконец он осмелился спросить:
— Где мы находимся?
— Ты переходишь границу, — ответил Ульвхедин глухим, грубым голосом, который, однако, звучал ободряюще. — Мы выходим в совершенно иное пространство.
— Мы уже далеко от дома? — спросила Криста.
— И да и нет. Вы прошли не столь большое расстояние. Однако от дома вы очень далеко. Вы этого места не найдете, если даже обыщете всю землю.
— Я так и думал, — произнес Натаниель.
— А обратно мы найдем дорогу? — поинтересовался Габриэл и подбородок у него задрожал. Он думал о папе, который сейчас крепко спит.
— Конечно, найдете. Завтра рано утром вы будете дома, и никто не успеет вас хватиться. — В тишине раздавались их шаги. Натаниель задумчиво сказал:
— Я полагаю, граница может пролегать вверху по гребню горы над старым Гростенсхольмом. Там, где Хейке вызывал серых людей, а Ванья исчезла вместе с Тамлином. Мы ведь идем по каменному грунту, поэтому…
— Нет, эта дорога только лишь «отверстие», прорубленное самими Людьми Льда. Тот путь страшен, ибо на нем встречается множество нежелательных существ. Этот же совсем иной.
— Ты не можешь сказать, куда мы придем? Ульвхедин улыбнулся.
— Мы и сами точно не знаем. Мне известно, куда мы выйдем, но не более. Нас созывает Ганд. Он сказал, что мы приглашены в место, подходящее как для живых, так и для духов.
— В мраморные залы черных ангелов? — спросила Криста.
— Нет. Мы тоже так полагали, но Ганд утверждает, что из этого ничего не выйдет. На эту встречу в свое жилище нас приглашает кто-то другой, и мы не знаем кто это.
— Звучит захватывающе, — сказал Натаниель. — Но ведь и Ганду мы должны быть благодарны?
— Конечно, — ответил Тарье. — Без него эта встреча была бы невозможна. Любовная связь Саги с Люцифером означала значительное расширение пространства для Людей Льда.
— Да, — согласился Натаниель в задумчивости — Полагаю, что борьба без прихода в наш род крови черных ангелов была бы труднее во много раз.
— Почти безнадежна, — подтвердил Ульвхедин. Вокруг стало немного светлее, немного потеплело.
— Мы идем по полу! — воскликнул Габриэл.
— Нет, не по полу — ответил Никлас. — Это скала, как уже говорил Натаниель.
И в этот момент внезапно они вышли из тумана.
Перед ними вздымалась высокая гора, которая поблескивала черным, иссиня-антрацитовым и синим цветом с примесью темно-зеленого и фиолетового оттенков. Склоны ее были столь блестящими, что от них отражались лучи и, уходя обратно, порождали резкий искристый отблеск.
Свет?
Их окружало удивительное сияние.
Воздух горел желтым, оранжевым, огненно-красным и бледным светло-желтым цветом, но эти краски не резали глаз.
Габриэл решил, что все это происходит во сне.
Вокруг горных вершин величественно кружили огромные черные птицы. Или, может, не птицы? Они были так высоко, что разглядеть детали он не мог. Однако они были больше похожи на людей с крыльями. Уродливые человекоподобные существа!
У ближайшей скалы поднялось какое-то существо, почти одного роста со скалой, столь же расцвеченное красками, как и сама гора. Голова его напоминала голову дракона. Смотреть на него сначала было страшно.
— Кто это? — шепотом спросил Габриэл и отпрянул назад.
— Так ты видишь его? — улыбнулся горько Ульвхедин. — Это хорошо, значит у тебя богатое воображение. Это своеобразная проверка твоей способности воспринимать звено связи со всем, о чем ты мечтаешь и фантазируешь. Для тебя он объективно существует. Твоя родственница Мари недавно прошла мимо и не увидела его. У Кристель тоже были проблемы, но она все же, в конце концов, заметила его.
— Он опасен?
— Совсем нет. Он лучший друг человека, если не окажется под контролем другого. Тогда он может принести много вреда. А вот и наши знакомые.
Габриэл напрягся и тут же расслабился.
Большая группа людей из Липовой аллеи и поместья Вольденов ждала их. С ними были Хейке и Доминик. Об этом сообщил своему племяннику Натаниель. Здесь же присутствовал и Странник — существо, немного испугавшее мальчика своей загадочностью. Но только немного.
Дракон, эта едва различимая фантастическая фигура, возвышавшаяся огромной массой надо всеми, придал Габриэлу мужества, которого ему так недоставало.
Сейчас он действительно мог представить себе, что переселился в прекрасный мир грез. Он улыбнулся драконоподобному существу, которое смотрело на него сверху.
— Мы куда сейчас? — спросил мальчик своего спутника. Теперь Ульвхедин стал его союзником, старым знакомым. Это поддержало мальчика, впервые встретившегося со всеми духами Людей Льда.
— Мы направимся вон туда, в проход между скалами. Бояться нечего, — ответил Ульвхедин, бросив на Габриэла взгляд, говоривший о том, что он почувствовал прилив мужества у мальчика.
Они услышали громкое восклицание Натаниеля и увидели, как он поспешил навстречу двум людям, вышедшим из тумана в сопровождении двух женщин-духов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
