Сама вызову такси. Надеюсь, разговор окончен? Вы меня отпускаете и больше никогда не подходите.
Встала, пытаюсь выйти из-за стола.
— Сидеть, — рявкает он, — разговор не окончен, и домой я тебя отвезу.
Я опять присела, но на край диванчика.
— Что ещё вы от меня хотите?
— Я не могу тебя отпустить, — говорит так, как будто переговоры серьёзные ведёт, — другое предложение. Я знаю, что через год ты закончишь Мединститут. За это время я построю для тебя клинику, какую сама захочешь. Закончишь Мед., я её на тебя оформлю.
— Нет!
— Хорошо, заведующей будешь, управляющей, — опять начинает закипать.
— Нет! — я тоже упёртая.
— Да почему, бл…?
— Я уже сказала. С вами я жить не буду, мне от вас ничего не надо.
— Ладно! — он шумно выдохнул, — отвезу тебя домой.
До моего дома опять едем молча. Попыток прикоснуться ко мне больше не было.
Он сам открыл мне дверь и подал руку. Охранник вытащил из второй машины букет и какой-то пакет, отдал Богданову.
— Провожу тебя до квартиры, донесу букет.
— А не надорвётесь? Пятый этаж, всё-таки, пешком.
— Алина… — рыкнул, но тут же выдохнул, — не надорвусь, пошли.
Подошли к моей двери. Я не открываю, хочу взять букет, раз уже принёс.
— Открывай.
Я выдохнула и открыла квартиру. Хорошо, что у меня всегда порядок. Он сделал несколько шагов, осмотрелся. Вошёл на кухню, положил цветы и пакет на стол. Прошёл в комнату. Развернулся ко мне и сказал.
— Предложение в силе, думай до завтра.
И вышел. Я закрыла за ним дверь на ключ и прямо в коридоре сползла по стенке на пол. Сердце бешено колотится. Куда я вляпалась? Как мне с этим справиться? Он хозяин города, управы на него нет. Становиться его любовницей не хочу, даже за всё, что он предлагает. Если завтра ему откажу, будет ли толк? Он ещё что-нибудь придумает. Чётко ведь сказал, что не может отпустить. Какой следующий шаг? Насилие? Мне уже страшно. Чувствую себя маленькой беспомощной девочкой.
Пойду приму душ и попытаюсь заснуть. Утро вечера мудренее.
Глава 6
АЛИНА
КУДА БЕЖАТЬ
Весь день на работе прошёл как на иголках. Все на меня косятся, шепчутся за спиной. Марина вообще со мной не разговаривает, мелкие пакости устраивает: то историю болезни спрячет, то таблетки подменит. Хорошо заметила, за руку схватила.
— Марин, ты что творишь? Я понимаю, что ты на меня обижена, хотя не понимаю, за что. Но больной то тут при чём? Ты его смерти хочешь, чтобы только мне насолить?
Пока говорю, до Марины доходить начинает, какие последствия могут быть. Она смотрит на меня и как заревёт. Я быстро её в хозблок затащила, дверь за собой закрыла на ключ.
— Марин, ты чего? — сама уже достаю бинты и сую ей в руки, чтоб вытиралась, сейчас тушь в глаза попадёт, щипать будет.
— Алинка, что я наделала, я дура… Приревновала его к тебе, чуть души своей не лишилась, — и продолжает подвывать.
— Марин, не нужен он мне, я от него никак отделаться не могу. А ты ревнуешь то что? Он тебе муж что ли? Ради человека, который на тебя даже внимания не обращает, готова другого человека погубить? Маринка!
Я обнимаю её, она ревёт, потихоньку успокаивается, но всхлипывает.
Стук в дверь.
— Девоньки, откройте, — это Вера Петровна, я открыла, она заходит и за собой закрывает. — Маринка, пей, это валерьянка.
Марина пьёт и шмыгает носом.
— Дура ты, Марина, знаешь? — Вера Петровна прямая женщина, сразу с разбегу и в лоб.
— Знаю! Прости меня, Алина-а-а, — и опять ревёт, в меня воткнулась.
— Всё, Марин, прекращай слёзы лить. Хорошо, что сразу поняла, а то наворотила бы дел, не расхлебаться. — Вера Петровна оттаскивает от меня Марину. — Алинка, иди переоденься, а то Маринка тебя вывозила. А ты иди, умойся и марафет наведи, чтобы никто ничего не понял.
Мы вышли из хозблока и пошли исполнять приказы сестры-хозяйки.
Вот так до конца смены ловила на себе завистливые взгляды и слушала про то, какая я счастливая и за что мне это.
А вечером вишенка на торте — Богданов у крыльца больницы.
Вдох-выдох.
Улыбается и открывает дверцу машины. Чтобы не устраивать очередной спектакль, быстро сажусь в машину. Он садится рядом.
— Куда вы меня везёте?
— В ресторан. Поужинаем.
Я смотрю, он в хорошем настроении. На что-то надеется?
— Не хочу в ресторан. Мы можем где нибудь в тихом месте остановиться? Где нибудь на природе?
— Без проблем. Поехали ко мне, у меня и сад есть, и лесок с речкой, — улыбка у него прям до ушей, чему радуется?
Я прикрываю глаза и глубоко вдыхаю.
— Понял, понял. Не пыхти. Лёша, давай в центральный парк. С северной стороны там уличное кафе, знаешь? — Водитель кивнул.
Мы приехали в это кафе, народу почти нет, в течении пяти минут и они незаметно рассосались. И, как-то, мы совсем одни остались в этом заведении. После того, как официанты заказ принесли, и они исчезли из поля зрения. Даже по дорожкам вокруг никто не ходит. Я оглядываюсь по сторонам.
— Ты же хотела тихое место. Всё для тебя, милая, — смотрит на меня, а в глазах откровенное желание, — всё, что хочешь, сделаю, только попроси.
— Боюсь просить. У вас такое настроение хорошее, Игорь Игоревич, что портить не хочется.
— А ты не бойся, Алиночка, проси. Давай на "ты" и зови меня Игорем.
— Можно попросить? — он кивает, — оставьте меня в покое, очень прошу.
У него сразу меняется настроение.
— Ты подумала над моим предложением? — я кивнула, — согласна быть со мной?
— Нет.
— Посмотри на меня, я что, урод какой-то? И в постели у меня всё нормально, никто не жаловался. И таких предложений я кроме тебя никому не делал. Я с тобой по-хорошему. Мог бы просто в машину закинуть и закрыть тебя, и никуда бы не делась. Что ещё ты от меня хочешь?
— В том то и дело, я ничего от вас не хочу, — говорю спокойно. Я устала уже от этих разговоров. Как ещё его убедить? — Признаю, вы очень красивый и обаятельный мужчина. Но вы мне не нравитесь, я вас не люблю. Вы, конечно, можете взять меня силой. Но неужели вы хотите быть со мной и видеть ненависть в моих глазах, а не ответные чувства?
— Ты привыкнешь!
— Я не могу без любви.
— Ты полюбишь!
— Можно я пойду, а?
— Нет! — он встаёт из-за стола. — Не хочешь по-хорошему, будет по-плохому. Я приеду через два дня, соберёшь вещи. Я заеду за
