Читаем без скачивания Привет от автора - Генри Каттнер

Трейси улыбнулся, гордясь своей хитростью, и бросил книгу в огонь. Пламя жадно бросилось на нее, и на белом овале немедленно проступили цифры: 43.

Главный ответ! Лекарство от потери книги!

Трейси вытянул руку и выхватил книгу из огня. Коричневый переплет слегка опалило, но страницы остались целы. Хрипло дыша от нетерпения, он открыл страницу 43.

Надпись с детским ехидством сообщала:

"Правильно".

Трейси встал, лицо его ничего не выражало. Схватив пустой стакан, он от всей души швырнул его в стену. Потом подошел к окну и невидящим взглядом уставился в ночь. Осталось семь возможностей.

Спал он довольно хорошо, без снов, зато с книгой под подушкой, а утром подготовился к грядущим испытаниям с помощью холодного душа и черного кофе. Он не обольщался относительно близящихся событий, однако Мег ничего не предприняла.

Было уже поздно, когда он явился в "Джорнел". Косые солнечные лучи падали сквозь запыленные окна в комнаты отдела, посыльные бегали взад-вперед с текстами, и все вместе напоминало декорации для фильма о жизни редакции. Машинистки срочно что-то перепечатывали, а стеклянные перегородки в дальнем конце холла напоминали о безжалостных издателях, готовых посылать выдающихся репортеров в самые опасные места. Фотограф Тим Хаттон стоял в углу и с мрачным видом играл детским кубиком.

- Привет, Сэм, - сказал он, не вынимая изо рта сигареты. - Хочешь курнуть?

Макгрегор, парень из Денвера, который собаку съел на редакционной работе, поднял от стола лысую голову и подмигнул Трейси.

- Тим Хаттон смотрел фильмы, - сообщил он хриплым голосом. - Тим Хаттон прочитал все книги о Чарли Макартуре и Бене Хекте. Я с детства пишу статьи для всей страны, но даже у Бонфилса не встречал парня с большей решимостью стать репортером. Скоро, Трейси, он начнет рассказывать тебе о своем похмелье и предлагать глоточек из прелестной серебряной бутылочки, которую носит в кармане. Эх, молодость!

Макгрегор съел дольку лимона и вернулся к работе.

- Зануда, - заметил Хаттон, у которого покраснели даже уши. - И что он ко мне цепляется?

- Выйди в город и задержи убийцу, - посоветовал ему Макгрегор. Прорвись сквозь кордон полиции, то есть, я хотел сказать, фараонов, и войди в здание, где окружили Врага Общества Номер Один. Хотел бы я, чтобы фотографию никогда не изобретали! Но, увы, ее придумали и теперь такие молокососы приходят сюда в надежде встретить Эдди Робинсона за столом городского отдела.

Трейси просматривал влажный еще номер "Джорнела", гадая, нашли уже труп Гвинна или нет.

- Эти времена в прошлом. Тим, - рассеянно сказал он.

- Это ты так говоришь, - буркнул Хаттон и посмотрел на часы. - Через полчаса у меня встреча с Барни Донном. Что скажешь?

- Барни Донн, - механическим голосом сообщил Макгрегор. - Преемник Эрни Роштейна, чикагского короля пива времен Аль Капоне, отсидел срок за уклонение от налогов, самый крупный игрок Флориды, покинул Хайалиа неделю назад. Что он здесь делает?

- Именно это я и хочу узнать, - ответил Хаттон. - Этот тип настоящая сенсация.

Трейси отложил газету.

- Я пойду с тобой. Я когда-то знавал Барни.

Он не упомянул, что когда-то шантажировал Донна и выдоил из него немалую сумму, так что теперь прибытие игрока в покер в Голливуд обеспокоило его. Была ли это работа Мег? У Донна была хорошая память, и, возможно, он решил отыграться.

Макгрегор съел еще дольку лимона.

- Помни о Ротштейне, - цинично заметил он.

Хаттон выругался и взял свой аппарат.

- Готов, Сэм?

- Да.

Трейси бросил "Джорнел". О Гвинне ничего не было. Он еще прикинул, не проверить ли в картотеке смертей, но решил не рисковать. Выйдя следом за Хаттоном из редакции, миновал портье и увидел, как фотограф, лениво выпуская носом дым, надевает свою помятую шляпу.

Конторский кот испугал Трейси, но он тут же понял, что это не Мег. Тем не менее, животное дало ему тему для размышлений: что испробует приживал на этот раз?

Они с Мег оказались в противоположных ситуациях: у кошки было мало времени, зато множество заклинаний, а Трейси совершенно не знал колдовства, зато время работало на него. Мег сказала, что не протянет долго. Интересно, сколько она еще проживет на Земле? А может, будет становиться все прозрачнее, пока не исчезнет совсем?

Он владел книгой, но по-прежнему не знал, как ее половчее использовать. Трейси взял ее с собой на тот случай, если Барни Донн работает на Мег. Игрок имел репутацию честного человека, но слыл исключительно трудным клиентом.

Администратор в отеле спросил их фамилии и сразу же направил наверх. Это был большой отель, один из лучших в Лос-Анджелесе, а Донн снял апартамент-люкс.

Он встретил их в дверях - плотный, седой мужчина, сверкающий зубами в широкой улыбке.

- О боже мой! Сэм Трейси! - воскликнул он. - А что это за фраер с тобой приперся?

- Привет, Барни. Это Тим Хаттон. Мы оба из "Джорнела". И брось эти словечки, мы и без них напишем о тебе так, что будешь доволен.

Донн захохотал.

- Входите. В Хайалиа я привык к сленгу и не могу отвязаться. Я словно Джекил и Хайд. Ну, входите же!

Трейси еще не до конца успокоился. Когда Хаттон прошел в комнату, он задержался позади и дернул Донна за рукав. Игрок широко распахнул свои большие карие глаза.

- Что такое?

- Что ты здесь делаешь?

- Устроил себе каникулы, - объяснил Донн. - И хочу немного поиграть. Я много слышал об этом городе.

- Это единственная причина?

- А-а, понял. Ты думаешь... - он снова захохотал. - Слушай, Трейси, однажды ты меня выпотрошил, но больше этот номер не пройдет. Я почистил свою картотеку, понял?

- Я тоже, - довольно двусмысленно заметил журналист. - Честно говоря, мне неприятно, что пришлось тогда просить у тебя эти деньги...

- Деньги... - Донн пожал плечами. - Их легко заработать. Если думаешь, что я зол на тебя, забудь. Конечно, я не прочь бы получить от тебя те бабки и закрыть наши счеты, но, черт возьми, я в жизни никого не убил.

Сделав это успокоительное заявление. Донн проводил Трейси в комнату.

За столом сидели двое мужчин - местные акулы игорного бизнеса - и смотрели на Хаттона, показывавшего фокусы с картами. Фотограф развлекался от души. Сигарета почти обжигала ему нижнюю губу, а он тасовал и перекидывал карты с удивительной ловкостью.

- Видишь? - спросил он.

- Может, перекинемся? - предложил Донн, обращаясь Трейси. - Мы так давно не играли между собой.

Трейси заколебался.

- Ну, ладно. Одну или две сдачи... но я не собираюсь рисковать. - Он знал, что Донн играет честно, иначе отказался бы сразу.

Виски стояло на столе. Донн налил и раздал стаканы.

- Я немного играл в самолете, но хочу проверить, действует ли мое счастье в Калифорнии. У меня была полоса удач в Хайалиа. Ваше здоровье!

- Сколько за вход? - Хаттон весь сиял.

- Пятьсот.

- Ого!

- Пусть будет сотня... для начала, - усмехнулся Донн. - Идет?

Хаттон кивнул и достал бумажник. Трейси сделал то же самое, пересчитал банкноты и часть обменял на жетоны. Оба местных молча пили виски.

Первый кон был небольшим, и взял его Донн. Хаттон забрал следующий, а Трейси - третий, приятно полный голубых жетонов.

- Еще одна сдача, и я выхожу, - заявил он.

- О... - протянул Хаттон.

- Оставайся, если хочешь, - сказал Трейси. - Игра идет честная, но Донн мастер своего дела.

- И всегда был таким, - вставил Донн. - Даже в детстве. Останься еще, Сэм. .

Трейси пробовал дотянуть до стрита, но бесполезно - Донн выиграл. Он забрал кучу жетонов, а репортер встал.

- Вот и все, Барни. Сделаем это интервью и побежали. Или я один пойду, если Хаттон хочет еще поиграть.

- Останься, - повторил Донн, глядя Трейси в глаза.

- Извини, но...

- Послушай, Сэм, - решительно заметил Донн, - у меня такое чувство, будто ты мне кое-что должен. Почему ты не хочешь честно поиграть? Я слышал, ты твердо стоишь на ногах. К чему эта излишняя осторожность?

- Э-э... ты настаиваешь? - нервно спросил Трейси.

Донн усмехнулся и кивнул. Репортер сел и угрюмо уставился на карты.

- Думаешь, крапленые? - спросил Донн. - Хочешь сам раздать?

- Ты не играешь краплеными картами, - согласился Трейси. - О, черт возьми! Дай-ка еще жетонов. Было бы о чем беспокоиться.

Он опорожнил бумажник.

- Чек возьмешь? - спросил он через четверть часа.

А полчаса спустя уже подписывал вексель.

Игра была быстрая, резкая и рискованная. Она была честной, но от этого не менее опасной. Законы причинности то и дело получали солидные пинки. Некоторые люди обладают талантом к карточной игре, этаким шестым чувством, основанным на хорошей памяти и прекрасном знании психологии. У Донна такой талант был.

Счастье склонялось то в одну, то в другую сторону. Вход в игру становился все дороже, и вскоре Трейси снова начал выигрывать. Они с Берни неплохо заработали на этой игре, и через полтора часа только он и Хаттон оставались за столом. Не считая, разумеется, Донна.