вообще, неизвестно, что там, в Пустыне можно любопытного найти. Если поискать как следует.
– Космический корабль инопланетян? Ты же в фантастическом журнале работаешь, много всякого читаешь. Не перечитал лишку?
– Есть факт, он перед вами. Покажите лучшим специалистам, пусть скажут веское слово.
– Покажем, покажем, не сомневайся. Осип, прибери.
Человек в штатском взял медаль. Андропов к ней не прикоснулся.
– У тебя всё?
– У меня всё.
– Тогда иди, веселись. Ты же завтра во Франкфурт летишь, на турнир?
– Лечу.
– Тогда ни пуха.
– К чёрту, Юрий Владимирович.
Моё возвращение оживило притихшую было компанию, но ненадолго.
Нужно было возвращаться в город, о чем без обиняков сказал Осип в штатском. Мол, скоро у водителя смена кончится.
Значит, вернёмся в город. Распрощались с Ириной и Михаилом, сели, да и поехали, дело-то несложное – сидеть в машине.
В пути говорили о цветах. Какие цветы стоит посадить по осени, какие – по весне. Со знанием дела говорили, пусть слушают, кому нужно. Должны слушать. Цветы соланиум туберозум пользовались в семнадцатом веке небывалой популярностью, а вот сейчас их никто не замечает, никто не любуется. А ведь посади их в садах, парках и на городских клумбах – какая польза для страны будет!
Довезли нас до самого Дома на Набережной. Проведать квартирку, прикинуть, что и как. Я уже стал полноправным квартиросъемщиком, все документы оформлены, живи – не хочу!
Я и не хотел – во всяком случае, пока. Но посмотреть-то надо.
Двенадцатый подъезд, восьмой этаж. Консьерж меня узнал, даром что видел всего ничего. Профессиональная память.
– Они со мной, – сказал я ему. Тот серьезно изобразил поклон. Не поклонился, нет, советские люди не кланяются. Изобразил.
Поднялись на лифте, конечно. Лифты здесь просторные, с диванчиками даже, верно, на случай поломки, если застрянем между этажами. Или просто мода такая была, требование былых времен. Прежде и лифтёры были, но прогресс как технический, так и социальный, должность эту упразднил. Сами кнопочку нажмём, сами доедем.
Доехали.
Ключи у меня были с собой. Хитрые, сложные ключи, а замки немецкие, числом два.
Открыл.
– Заходите, дамы. Чувствуйте себя как дома, – сказал я, проходя по квартире и включая свет – в комнатах, в ванной, в клозете, на кухне, в чуланчике, в кладовочке – везде. Разгоняя сумерки, разгоняя призраки.
– Да… – сказала Ольга, а Надя ничего не сказала, всё оглядывалась и оглядывалась. – Как бы не заблудиться.
Квартира и в самом деле немаленькая. Сто девяносто шесть метров жилой площади. А жилая площадь – это только комнаты, числом пять. Самая большая – семьдесят метров. Поменьше – пятьдесят. И три совсем уже крохотные, по двадцать пять. Это я девушкам рассказывал. Для сведения.
Коридоры иной квартиры стоят. Кухня в двадцать метров. Ванная – пятнадцать. С окнами на Кремль. В клозете, правда, окна нет, только вентиляционная решётка. Если к площади комнат приплюсовать кухню, ванную, коридоры, подсобные помещения, получится под триста, общей-то. Роскошь. Да, не всякому генералу подобное даже снится. Только самым-самым. Тухачевский жил когда-то рядом, во второй квартире на площадке. Недолго, впрочем, жил. Да и потом многие не задерживались.
– Да, Чижик… Обставить такую квартиру – задачка не из простых, – сказала, наконец, Лиса.
– Вот эта комната, чур, моя, – ответила Пантера. – Это – Надина. Тебе, Чижик, третья. Тут будет детская. А зал оставим для торжественных приемов. Рояль поставим, телевизор цветной, магнитофон импортный, радиолу «Симфония». Только не спеши, не спеши. Нам сначала родить нужно, институт закончить, и прочее. Переедем… годика через три… – говорит, а сама ехидно улыбается. Мол, не надейся, Чижик. Шучу это я.
В пустой – совсем пустой, до гулкости – квартире было неуютно, и мы спустились вниз. За полчаса дошли до «Москвы» – поселились мы в гостинице, так удобнее. Не на полу же спать, не сосисками же питаться.
В ресторане сидели за привычным столиком – я с утра попросил его придержать. Волшебное слово «пожалуйста», да. Ну, и купюра тоже. Меня тут знают.
Полчаса спустя подоспели гости, два брата-писателя, детективщики. Говорили о том, о сём, преимущественно девочки, а я помалкивал, и представлял себе нафантазированную ими жизнь – с детской, с приёмом гостей по средам в семидесятиметровой зале, с танцами под радиолу «Симфония» (нужно будет купить, хоть даже и за чеки – «Rigonda-Bolshoi») – но всё это было писано сельскохозяйственным инструментом по воде, ага. Впрочем, всё в наших силах, что захотим, то и будет. Главное – правильно захотеть.
– Мы тут задумали продолжить наш роман. Главный герой тот же, но время – пятьдесят второй год, – разливался старший брат. Его роман про сыщика, молодого фронтовика, демобилизованного после ранения вервольфами, только что был опубликован в «Поиске», и критика оценила его хорошо. Придираясь к деталям, не без этого, но ведь роман – не документальное расследование, вольности вполне допускаются. Вот у Дюма…
И да, дискуссия по Дюма – в августовском номере, который завтра выходит в продажу. Мне в последний момент удалось втиснуть мнение Спасского – с любезного согласия Бориса Васильевича. О том, что Атос был готов ни за понюшку табака убить, или, по крайней мере, ранить юного провинциала только за то, что провинциал по нечаянности толкнул мушкетера. Толкнул и дважды извинился. У каждого времени свои нравы и свои герои.
Позднее, уже в моём номере девушки загрустили:
– Никуда нам из Черноземска не деться. Как оставить журнал?
– Сейчас – никак. А года через три, через четыре…
– А что будет через три года?
– Скорее, через четыре или даже через пять. Журнал, плюс книжное издательство, плюс радиостанция, плюс телепрограмма, плюс киностудия. Острый сюжет, военные подвиги, фантастика, приключения… Смотрите, – я взял «Вечерку» – обзор кинопремьер. Есть хорошие, интересные фильмы, а вот фантастики что-то не вижу. Да и остросюжетных детективов немного, а ведь если экранизировать, к примеру, повесть братцев – очень даже недурно может получиться.
– Не высоко ли ты мостишься, Чижик? Кино снимать – это не ишака купить, – сказала Ольга.
– Ничего я снимать не буду. У нас на то есть режиссеры – снимать. Операторы, сценаристы, а уж актеры какие! Я буду генерировать идеи. А вы – организовывать процесс. Вы что, всю жизнь намерены издавать один журнал?
И потом, когда Лиса с Пантерой ушли к себе, я всё думал – почему нет? Почему бы и не снять «Страну Багровых Туч» широким экраном, в цвете, с Евгением Леоновым в роли Крутикова? Или «Глиняного бога»? Пески, солнце, жара, Солнечный Зверь – и каменные солдаты?
За думкой и уснул.
