Читаем без скачивания Ночная стража - Терри Пратчетт

Когда я в последний раз ходил в патруль? На той неделе? В том месяце? И ведь это нельзя уже назвать настоящим патрулем, потому что сержанты, черт возьми, всех ставят в известность, что я вышел из кабинета, и к тому времени, как я прихожу, каждый чертов констебль успеет побриться и начистить доспехи, даже если я буду пробираться к черному входу (и к этой мысли примешивалась небольшая гордость, потому как он понимал, что не нанимал на работу тупых сержантов). Я уже не стою ночами под дождем, и не борюсь в сточной канаве с каким-нибудь бандитом, и не двигаюсь быстрее обычной ходьбы. Все это ушло. И ради чего?

Комфорта, власти, денег, прекрасной жены…

… э…

… что, конечно же, было хорошо, но… даже так…

Черт. Но я уже не коп, я… управленец. Мне приходится разговаривать с чертовым комитетом, как если бы они были детьми. Я посещаю приемы и ношу дурацкие игрушечные доспехи. Только политика и писанина. Все теперь так сложно.

Что сталось с теми днями, когда все было просто?

Завяли, точно сирень, подумал он.

Они вошли во дворец и поднялись по лестнице в Продолговатый Кабинет.

Патриций Анк-Морпорка стоял у окна. Больше в комнате не было никого.

— А, Ваймс, — не оборачиваясь, произнес он. — Я предполагал, что вы опоздаете. Учитывая сложившиеся обстоятельства, я распустил комитет. Они были опечалены, как, впрочем, и я, услышав о Рукисиле. Не сомневаюсь, вы писали официальное письмо.

Ваймс бросил на Моркоу вопросительный взгляд, тот закатил глаза и пожал плечами. Ветинари узнавал обо всем на удивление быстро.

— Да, именно, — ответил Ваймс.

— В такой прекрасный день, — продолжал Ветинари. — Хотя надвигается гроза. — Он повернулся. К его плащу была приколота веточка сирени.

— Как себя чувствует леди Сибилла? — спросил он, садясь в кресло.

— Вам лучше знать, — ответил Ваймс.

— С некоторыми вещами, несомненно, лучше не спешить, — спокойно ответил Ветинари, перелистывая бумаги. — Так, посмотрим, посмотрим, нужно лишь разобраться с несколькими… а, новое письмо от наших религиозных друзей из храма Мелких Богов. — Он осторожно вынул его из стопы и переложил на другую сторону. — Похоже, стоит пригласить нового дьякона на чай и объяснить ему некоторые детали. Так, о чем я… а, политическая ситуация в… Да?

Дверь открылась, и внутрь вошел Драмкнот, первый секретарь.

— Сообщение для его светлости, — произнес он, протягивая пакет лорду Ветинари. Патриций очень вежливо передал его через стол. Ваймс вскрыл его.

— Это со щелкающих башен! — воскликнул он. — Мы загнали Карцера в угол в Новом Зале! Я должен быть там сейчас же!

— Это так будоражит. — Ветинари внезапно встал. — Зов погони. Но так ли необходимо ваше присутствие, ваша светлость?

Ваймс одарил его мрачным взглядом.

— Да, — ответил он. — Потому что иначе какой-нибудь бедолага, которого я обучал действовать по правилам, попытается арестовать этого ублюдка. — Он повернулся к Моркоу. — Капитан, займитесь этим немедленно! Башни, голуби, курьеры, что угодно. Все должны ответить, ясно! Но никто, повторяю, никто не должен пытаться захватить его в одиночку! Ясно? И пусть Свирс поднимается в воздух! О, черт.

— Что-то не так, сэр? — спросил Моркоу.

— Это от Малопопки. Она прислала это прямо сюда. Что она там делает? Она же Эксперт. Не для улицы! Она попытается делать все по книге!

— А она не должна? — спросил Ветинари.

— Нет. Карцеру нужно ногу прострелить, чтобы привлечь его внимание. Сначала стреляешь…

— … а вопросы задаешь потом? — продолжил патриций.

Ваймс остановился в дверях и ответил:

— Его я спрашивать ни о чем не хочу.

На Саторской площади Ваймсу пришлось замедлить бег, чтобы отдышаться, и это было отвратительно. Всего несколько лет назад к этому времени он бы только начинал развивать скорость! Но гроза, шедшая с равнин, нагнала жаркой духоты, что отнюдь не помогало командору справиться с отдышкой. И, даже после остановки у уличного лотка, чтобы глотнуть немного воздуха, он сомневался, хватит ли его на достаточно длинное предложение.

К его огромному облегчению, капрал Веселинка Малопопка, без единого ранения, стояла у стены Университета. Она отдала честь.

— Докладываю, сэр, — произнесла она.

— Мм, — пробормотал Ваймс.

— Я заметила двух троллей, сэр, что были тут на дежурстве, — продолжала Веселинка, — и отправила их к Водному Мосту. Потом подошел сержант Детрит, и я прика… посоветовала ему зайти в Университет через главные ворота и подняться повыше. А сержанта Колона и Шнобби я отправила к Размерному Мосту…

— Зачем? — не понял Ваймс.

— Потому что я сомневаюсь, что он попытается проскользнуть именно там, — ответила Веселинка с искренним выражением невинности на лице. Ваймсу пришлось сдержать кивок. — А остальных людей я расставляю по периметру. Но он, полагаю, забрался наверх и останется там.

— Почему?

— А иначе ему придется пробиваться через волшебников, сэр. Лучше всего ему незаметно проскользнуть по крышам и тихонько спуститься где-нибудь подальше. Есть куча потайных местечек, и он может оставаться наверху до самой Персиковопирожной улицы.

Эксперт, подумал Ваймс. Ха. И, если нам повезет, он не знает про Багги.

— Отлично продумано, — произнес он вслух.

— Спасибо, сэр. Не могли бы вы встать ближе к стене, сэр?

— Это еще зачем?

Что-то ударилось о булыжники. Ваймс тут же прижался к стене.

— У него арбалет, сэр, — пояснила Веселинка. — Наверное, снял его с Рукисилы. Но он не умеет обращаться с ним.

— Отлично, капрал, — слабо отозвался Ваймс. — Хорошая работа. — Он оглянулся на площадь. Ветер трепал навесы рыночных прилавков, а торговцы, изредка поглядывая на небо, прикрывали свои товары.

— Но мы не можем допустить, чтобы он оставался там, — продолжал он. — Он станет стрелять навскидку и обязательно попадет в кого-нибудь.

— Зачем это ему, сэр?

— Карцеру не нужна причина, — пояснил Ваймс. — Ему нужны только оправдания. — В небе он заметил какое-то движение и ухмыльнулся.

Над городом поднималась большая птица.

Бормоча свои жалобы, цапля большими, широкими кругами набирала высоту. Мир вращался вокруг капрала Багги Свирса, а он еще сильнее сдавил колени и потом накренил птицу вниз, и она, спотыкаясь и подпрыгивая на бегу, приземлилась на Башню Искусств, самое высокое здание в городе.

Привычным движением лилипут обрезал веревки, удерживавшие переносной семафор, и спрыгнул на подстилку из листьев и старых вороновых гнезд.

Цапля следила за ним глупыми круглыми глазами. Багги приручил ее старым лилипутским способом; для этого нужно раскрасить себя в зеленый цвет, став похожим на лягушку, и потом сидеть на болоте и квакать, пока одна из цапель не попытается тебя съесть, и тогда нужно взбежать по клюву и хорошенько ударить ее промеж глаз. А когда она очнется, вдуть ей в ноздри специальное масло, — которое нужно готовить целый день, и вонь которого опустошает весь штаб, — и тогда, стоит ей только взглянуть на тебя, она будет считать тебя своей мамочкой.

Цапля была полезна. Она могла переносить оборудование. Но для патрулирования Багги все же предпочитал ястребиного сарыча. На нем можно было парить.

Он установил семафор в потайном местечке, которое он устроил несколько недель назад. Затем он вытащил из седельных сумок цапли крошечный телескоп и прикрепил его к краю, направив практически отвесно вниз. Багги любил подобные моменты. Именно в это время все остальные были меньше него.

— Так… посмотрим, — пробормотал он.

Вот здания Университета. Башенные часы Старого Тома, и громада сержанта Детрита, карабкающегося меж ближайших труб. Желтый отсвет надвигающейся бури блестел на шлемах стражников, спешащий по улицам. А вон крадется за парапетом…

— Попался, — шепнул он и потянулся к ручкам семафора.

— Д… Т… Р… Т… пробел Н… пробел… С… Т… Р… пробел Т… М, — произнесла Веселинка.

Ваймс кивнул. Детрит был на крыше возле башни Старого Тома. А еще у Детрита есть осадный арбалет, который не могут поднять и трое человек, и который может выпустить огромную охапку стрел за раз. В основном они разламывались в воздухе из-за всех разновеликих сил, и цель уже поражало облако горящих щепок. Ваймс запретил ему использовать этот арбалет против людей, но лучшего оружия, чтобы входить в здания, нельзя было придумать. Оно могло открывать переднюю и заднюю двери одновременно.

— Пусть сделает предупредительный выстрел, — приказал он. — Если он заденет Карцера, мы даже тела не найдем. — Хотя я хочу увидеть его тело, добавил он про себя.

— Так точно, сэр. — Веселинка вытащила из-за пояса пару белых флажков, посмотрела на вершину башни и отправила короткий сигнал. Багги ответил.