— Кинь меня! — крикнул я.
На миг Марат замер, чуть склонив голову набок.
— Я не догоню его! Швырни меня!
Третий раз просить Левашова не пришлось. Удерживая левой рукой щит, защищающий нас от атак охранников, он начал быстро вращать правой кистью. Из-за маски я не видел выражения его лица, но по взгляду понял, что глава ратников Морозовых наслаждается процессом и ему уже не терпится запустить меня в полёт. Потом, наверное, ещё и Кате расскажет.
Хотя нет, она не одобрит и всыплет Мастеру по первое число.
— Сильно не сдерживайся, но и не переусердствуй! — успел выкрикнуть я напоследок, а затем могучий вихрь подхватил моё тело и наклонил его.
Я оказался в центре горизонтального торнадо. Он был шире, мощнее и стремительнее того торнадо, внутри которого мне уже сегодня довелось побывать. Я был готов потратить прорву альтеры во время полёта, однако Марат умудрился сотворить на удивление «ласковую» технику. Обычно торнадо создаётся, чтобы перемолоть врага внутри, а не чтобы доставить его по адресу, аккуратно, будто элитную посылку. Вихревые клинки внутри торнадо меня практически не задевали.
Я смотрел на стремительно приближающуюся спину сбежавшего Мастера. Он нёсся по земле, не отрывая от неё ступнёй, будто в лыжи обутый. Притом сам асфальт стал для него этими самыми лыжами. Странная техника, но скорость даёт приличную.
Почувствовав или услышав приближение горизонтального торнадо, Мастер резко развернулся и вскинул обе руки — пальцы левой были растопырены, правой — сжаты в кулак. Между мной и ним прямо из асфальта выросла толстая каменная стена, в центре которой красовалась каменная трёхметровая распахнутая пасть собаки.
Как раз в эту пасть и врезался мой торнадо. Пасть захлопнулась, но моего тела её зубы так и не коснулась, уперевшись в воздушные завихрения.
Ну а я, во время полёта приобретя необходимое ускорение, врезал кулаком, заряженным альтерой, прямо в центр стены.
Тело ныло, кулак болел, но я не обращал на это внимание. Цель была достигнута — я смог разбить вдребезги стену Мастера.
Торнадо исчез, а я продолжил по инерции лететь, выставив перед собой кулак. Враг развернулся, вновь вскинул руки и с силой топнул. Любимая техника осветлённых с атрибутом «земля» — лес копий, не заставила себя ждать.
Форкхово дерьмо, как же тело ломит …
Но это ерунда по сравнению с боем в доме Морозовых! Мой покров теперь крепче, альтеры на защиту уходит меньше, а мой враг владеет наиболее благоприятным для меня атрибутом!
И главное… Я совсем рядом.
Азарт схватки накрыл меня с головой! Накачивая кулаки, стопы и голени чистой альтерой, я без конца сметал толстые колья, лезущие из-под земли…
Но при этом совершенно не сдвигался с места! В то время как Мастер, похоже, запустил «автоматический» повтор атаки, ну или техника не только объёмная, но и продолжительная по времени. Этот гад не стоял на месте, чтобы поддерживать колья, а бросился бежать дальше.
Форкхово дерьмо… Если я поставлю на кон всё, то смогу победить его. Уверен, атрибут «земля» для меня не проблема.
Но тогда о турнире можно будет забыть. Залью себя альтерой под завязку на долгое время, и всё: «привет, серьёзное энергетическое расстройство». Нет, я, конечно, и с ним смогу отправиться на турнирный бой за победой, но тогда первый противник умрёт, а меня, скорее всего, дисквалифицируют. А если нет, то следом умрёт Алиса, а затем и Софья…
Мастер или турнир?
Сарнитские дебри, сложный выбор!
Мне нужно и то, и другое!
Пока я ломал голову, а вместе с ней и каменные колья, решение пришло в виде невероятно мощного порыва ветра, сбившего весь каменный лес и снова запустившего меня в полёт. На этот раз Марат был совсем неласков. По мне на самом деле прилетела хорошо подготовленная Мастерская техника. И если бы я заранее не выпустил большой объём альтеры, вероятно, получил бы несколько серьёзных переломов.
А так получил гематомы, может быть, растяжение.
Ну а заодно и полёт за вражеским Мастером!
Противник снова развернулся и, как и прежде, вскинул обе руки, и, как и прежде правая была сжата в кулак. Как и прежде нас с врагом разделила мгновенно выросшая из асфальта каменная стена.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Но сейчас изначально расстояние между нами было гораздо меньше, а значит у врага было меньше времени на концентрацию.
Сосредоточив всю доступную мне альтеру в кулаке, я снова пробил стену и наконец-то настиг Мастера!
Он встретил мой удар блоком двух скрещённых рук, облачённых в мощные каменные перчатки. Под моим натиском эти перчатки тут же начали крошиться. Однако через мгновение они восстанавливались.
Как только я приземлился после своего феерического полёта, из асфальта вырвался каменный кол. Я увернулся.
Воспользовавшись моментом, Мастер поднял ногу, чтобы зарядить мне в грудь прямым ударом.
Но в следующую секунду на вражеского Мастера с грохотом обрушился трёхметровый ветровой ястреб. Да, в этом бою я сражался отнюдь не в одиночку. Марат от души вложился в свою технику, припечатав отвлёкшегося на меня врага сверху.
Я уже был на ногах, удар в солнечное сплетение!
И Мастер падает как подкошенный, разжав правый кулак. С лёгким стуком на асфальт упал тёмный камешек. Изобразив упадок сил, я припал на колено рядом с поверженным противником. Благо больших актёрских способностей этот манёвр от меня не потребовал, я действительно был измотан и чувствовал себя отвратительно.
Ловким движением подобрав странный камешек, я незаметно сунул его в карман брюк. Ну а что — как тут иногда говорят: «что с боя взято, то свято». Однако непосредственно из товарного вагона мы взять ничего не сможем, ибо улики.
К поверженному Мастеру подлетел Марат и бесцеремонно задрал его маску до носа, а затем залез рукой мужику в рот.
Левашов извлёк изо рта поверженного врага капсулу с ядом, вернул маску на место и пальцем, вокруг которого завихрился ветер, надавил мужику на грудь чуть повыше сердца. Вот она — техника Мастеров и Гуру, временно блокирующая сердце жи́вы, а вместе с ним и возможность контролировать эту энергию.
Пока я оглядывался по сторонам, Марат связал врага ветровыми путами.
Мы почти победили. Треть наших бойцов теснила остатки «медведей», трое Наставников без видимых усилий сдерживали атаки охранников, не решавшихся идти на прорыв. Несколько человек отрядили проверять рты побеждённых на наличие капсул с ядом, Вадим развешивал огненные путы — в общем, всё при деле.
А специалист из министерства потрошил изъятый груз, который сейчас лежал в кузове грузовика.
— Есть подтверждение! — внезапно прозвучал его голос в динамике гарнитуры.
Какое облегчение! Нет, я не сомневался, что мы найдём здесь что-то запрещённое. Просто не хотелось застрять здесь надолго.
— Всем бойцам, сворачиваемся, — ровным тоном проговорил я в микрофон. — Эр, через тридцать секунд отбей!
Мне самому даже вмешиваться не пришлось — Марат приложил оставшихся слабаков-«медведей» воздушным ударом, а затем, пробежавшись по Наставникам, заблокировал им сердце жи́вы, параллельно накладывая стихийные путы.
Уходили мы теми же группами, что и пришли, только теперь ещё и помогали раненным товарищам. Дольше всех задержался на складе Марат. Он создал вокруг поверженных врагов, вагона и грузовика огромный воздушный купол. Охранники его не пробьют, а среди дружинников есть Мастер.
Мы пошли через небольшой лесок к полянке, на которой оставили машины.
Вместе с Костей — опытным осветлённым из «Белок», который гоняет моих братьев на тренировках, помогая Вадиму, мы тащили этого самого Вадима. Его ранили во время боя. Сейчас Наставник закрывал кровотечение частичным огненным доспехом, тратя на это массу сил и жи́вы. Бесчестный удар молнией в спину обернулся для моего товарища сквозной дырой диаметром в сантиметр. К счастью, жизненно важные органы оказались не задеты.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Господин, позвольте вас подменить, — предложил Тамир, когда мы на бегу встретились с его отрядом. — Вы ранены.
