Не обращая внимания на продолжающую вопить Дайну, киммериец, бормоча проклятия, спихнул еще содрогающуюся тушу с тела кушита. Одного взгляда в застывающие, полные ужаса глаза хватило, чтобы понять: Мтото уже ничто не поможет...
— Да заткнись ты, наконец!— заорал Конан, поворачиваясь к немедийке и более спокойно добавил: — Все уже закончилось...
Они отправились в путь сегодня утром. Шаман дал им провожатого — молодого охотника Мтото, с радостью согласившегося сходить до «Жадины» — и на прощанье посоветовал Конану не обращать внимания на предсказание мертвой ведьмы.
— Судьба и грядущее не определены,— сказал он и добавил.— Все зависит только от тебя...
И вот теперь, спустя четыре колокола, Мтото лежит на тропе с разорванным горлом! Однако, что же заставило пантеру броситься в самоубийственную атаку? Конан глянул на мертвое животное и, помянув Крома, невольно попятился. Пантеры больше не было. На ее месте лежала молодая обнаженная кушетка с отрубленной головой.
Этого еще не хватало! Здесь явно пахло черной магией. Конан осторожно присел рядом с трупом и концом меча (только законченный идиот трогает такие вещи голыми руками!) перевернул отрубленную голову лицом вверх. Ага, так и есть, это не природный оборотень — киммериец слышал, будто существуют и такие, — а порождение злой воли какого-то колдуна... Или ведьмы. Сначала варвару показалось, что у мертвой женщины нет глаз, но потом он увидел, что они все-таки есть, только абсолютно черные, без белков. Словно зрачки расширились настолько, что поглотили все остальное.
— Вот пакость! Дайна, пошли отсюда. Да побыстрее!— Конан резко поднялся на ноги и зло пнул отрубленную голову.
— Ты что, так и бросишь бедного Мтото на растерзание диким зверям? — Дайна возмущенно посмотрела на варвара и только теперь увидела, во что превратилась пантера.
— Да брошу,— хмуро отозвался киммериец, затаскивая труп кушита в кусты. — Времени нет его в землю закапывать.
— Эт-то что?— пролепетала девушка и пошатнулась, явно собираясь грохнуться в обморок.
— Эй! Хы тут только не падай, я тебя на своем горбу тащить не собираюсь. Лучше отвернись и подумай о чем-нибудь хорошем. Например, о вчерашней ночи…— Конан попытался ухмыльнуться, но у него плохо получилось.
Киммериец сознание терять, конечно, не собирался, но чувствовал себя прескверно. Дайна послушно отвернулась.
— Конан, мне страшно, — жалобно протянула она.
— А я-то что могу с этим поделать? — буркнул Конан, хватая ее за руку. — Сматываемся, пока тут еще чего похуже не объявилось...
... Когда они скрылись в зарослях, на месте боя случилась странная вещь: голова оборотня вдруг поднялась на высоту около восьми локтей, а потом улетела в кусты. Казалось, словно кто-то поднял ее за волосы, изучил и выбросил. Но на тропе никого не было, только странное марево...
Конан и Дайна,шли молча. Варвар не убирал меч и не расслаблялся ни на удар сердца, справедливо полагая: где один оборотень, там может быть и другой, и третий. Но все было спокойно.
А через два часа они вышли... Вышли к той же самой деревне, которую оставили с восходом солнца...
1286 год, Аквилония
Конан широко зевнул и подбросил дров в начавший угасать костер.
— Не надоело слушать? А то, может, спать завалимся? — спросил он, почесывая плечо.
— Ну, уж нет!— засмеялся Эмерт,— теперь, пока не расскажешь, спать не ляжем. Ишь чего удумал, на самом интересном месте на боковую собрался. Давай, продолжай!
— Да, пожалуйста! Передай-ка мне бурдюк, а то в горле чего-то першит... Вот так гораздо лучше! На чем я остановился?
— Ты с Дайной вернулся в деревню...
— Да в том-то и дело, что не вернулся. Зачем мне было туда возвращаться? Правда, сначала я подумал, что с этими дурацкими оборотнями потерял направление и заблудился...
— Ты оборотней не трогай!
— Да ладно, это были плохие оборотни, не настоящие, а порождение черной магии.
— Оборотни? Их все-таки было несколько?
— Хуже, все было гораздо хуже... Не сбивай меня! Об этом чуть позже. В тот момент меня словно дубиной по башке огрели. Я едва не завыл от досады. Чтобы киммериец заблудился в лесу, пусть и кушитском, не было такого! В общем, я вспомнил все известные мне ругательства, а знаю я их весьма много. Дайна вряд ли слышала хоть треть таких слов и была красная, как вареный рак, но делать было нечего, мы пошли к Мтомбе и все рассказали. Он помрачнел и долго выспрашивал подробности. Но объяснить ничего не смог. Сказал, что раньше в округе про оборотней слыхом не слыхивали. Я потребовал еще одного проводника, так как солнце стояло еще высоко... Проводник нашелся быстро, хотя известие о гибели Мтото и пантере-оборотне уже разлетелось по деревне, и я боялся, что люди испугаются... Конан замолчал и долго смотрел на огонь. Когда Эмерт уже начал думать, что он просто заснул, киммериец продолжил:
— Наша вторая попытка закончилась точно так же, как и первая: мы вышли к деревне с противоположной стороны примерно через пять колоколов. И я понял, что опять вляпался в нехорошую историю. Когда мы вернулись, Мтомба сказал, что пропала одна женщина. По описанию я узнал погибшую от моего меча пантеру. Решив, что утро вечера мудренее, я завалился спать. А утром кушиты недосчитались еще одной женщины...
1273 год, полуночные области Куша
— Мтомба, магия — это по твоей части. Ты шаман или как?— раздраженно спросил Конан.
Они уже целый колокол обсуждали неожиданно возникшую проблему. Утром большинство мужчин по заданию вождя отправились в разные стороны на разведку. Им предстояло выяснить, случайно ли белый человек два раза подряд возвращался обратно? Кроме того, кушиты не оставляли надежду найти пропавшую ночью женщину. Конан поставил бы свой меч против коровьей лепешки, что через пять часов все вернутся несолоно хлебавши. Кроме того, он почему-то был уверен, что пропавшая Н'хати бродит по джунглям в облике большой черной пантеры. И в глазах ее плещется Ночь.
— Не знаю,— мрачно ответил Мтомба.— Ты вот говоришь, что почувствовал нечто странное, когда ведьма умерла. А я вот ничего не почувствовал! И сейчас не чувствую. По моим ощущениям, магии здесь не было, и нет! Однако она есть!
— А мне что теперь делать? Я в Аргос хочу! У меня ваши джунгли уже вот где сидят!— И Конан выразительно постучал по горлу ребром ладони.— И только посмертного проклятия занюханной ведьмы мне для полного счастья не хватало... Спасибо!
— Ты не кипятись. Посмотри на вещи с другой стороны. У тебя выдалось несколько свободных деньков, когда не надо никуда спешить, можно спокойно выспаться, отъесться. Мы тебя никуда не гоним. Живи и радуйся жизни. У тебя и девушка вон какая красивая есть — ночью скучать не будешь...
