Лекционно-семинарская система обучения школьников математике.
СШ № 9, г. Чита.
Учитель С. К. Цаплина.
«Умственную деятельность достаточно взрослых детей надо организовывать достаточно «взрослыми» методами и приёмами».
Такова позиция мастера педагогического труда С. К. Цаплиной, учителя математики. Лекционно-семинарская система – именно та «взрослая» система методов и форм работы со школьниками, которая утвердилась в многолетнем опыте учителя. В основу собственного варианта системы Светлана Константиновна кладёт следующие идеи:
а) материал темы представляется блоками «содержания» и блоками «задач»; б) усвоение школьниками сущностного (главного) теоретического материала блока (темы) посредством уроков-лекций; усвоение школьниками деталей блока информации (темы) и, наконец, усвоение учащимися теоретического материала блока (темы) в целом – на уровне целостного подхода. Формы работы учителя и учащихся – уроки-семинары, семинары-зачёты, зачёты; в) создание условий для индивидуально-дифференцированного подхода при усвоении школьниками теоретического материала; реализация «идеи разделения» при формировании предметных умений и навыков, развития творческого мышления школьников. Формами организации обучения могут быть уроки-практикумы, уроки-консультации, уроки «одной задачи»; г) блок задач включает взаимодействие учителя и учащихся в условиях работы с опорными, в том числе ключевыми, задачами.
«Лишь там, где урок – искусство, есть место искусству»
СШ № 6, г. Петровск-Забайкальский.
Учитель-словесник О. К. Хорхорина.
«Человек должен расти нормально, то есть выше нормы»…
Эти слова – педагогическое кредо О. К. Хорхориной, мастера педагогического труда, умеющего уроки литературы строить так, что они становятся поистине искусством. «Может ли какой‑то школьный предмет быть нелюбимым? – спрашивал в одной из своих последних книг педагог-новатор Е. Н. Ильин и сам отвечал: – «Может. Любой, кроме… литературы». У словесника из СШ № 6 г. Петровск-Забайкальского та же ситуация: литературу любят все ученики, и каждый обретает в этой любви своё лицо.
Как хорошо лицо свое иметь…Тот смотрит робко, этот смотрит гордо.Тот любит в лодке с удочкой сидеть,Другой в восторг приходит от кроссворда.Походка есть у каждого своя,И каждый носит шарф, какой захочет.На шутку у того чуть дрогнут губ края,А тот как сумасшедший захохочет…О, яростная эта пестрота!Своё лицо мы добываем с бою.Страшимся мы, как видно, неспроста,Быть, как икринки, схожи меж собою.
(Е. Винокуров).
В центре внимания учительницы – личность ребёнка, его индивидуальность, его творческий потенциал, творческие литературные способности, развитие которых обогатит и будущего инженера, врача, рабочего, предпринимателя. Каковы же особенности педагогической деятельности учителя-словесника из г. Петровск-Забайкальского, каковы главные «идеи» творческого поиска?
Идея интеграции.
Человечество вообще, – замечает Г. И. Беленький, – вступило в фазу осмысления мира в его целостности, и этот процесс не может не захватить школу. Бытует точка зрения: чрезмерная дробность учебных предметов должна уступить место их синтезу, объединению, кооперации, в конечном счете – интеграции… Почему же не сделать подобного по отношению к литературе, музыке, изобразительному искусству, поскольку их главная задача – эстетическое освоение мира. И если даже создание единого предмета «Искусство» почему-либо невозможно или затруднено, то не следует ли попытаться слить в особую учебную дисциплину литературу и родной стык?». Думается, что идея интеграции литературы как искусства и русского языка как науки не может быть упрощенно понята. Г. И. Беленький пишет: «Речь, по‑моему, должна идти о более тесных межпредметных связях (литература – музыка – изобразительное искусство – родной язык и т. д.), а не об уничтожении самостоятельных предметов… Примем во внимание прежде всего их специфику, обусловленную их своеобразными функциями, образным «языком»… литература в школе должна оставаться самостоятельным предметом. Самостоятельным, но не изолированным от других гуманитарных дисциплин… в школе литературу ученики должны постигать… в общекультурном контексте, в единстве, в содружестве с другими искусствами и науками».
О. К. Хорхориной удаётся именно в этом аспекте реализовать идею интеграции, расширяя рамки программ по русскому языку и литературе, вовлекая учеников в исследование явлений, фактов, процессов истории, которые привлекли внимание писателей или поэтов.
«Увидеть чудо» Слова.
Такова сверхзадача в изучении художественного произведения, которую ставит и решает О. К. Хорхорина: «Раскрыть прекрасное в обычном, в простом увидеть чудо, учиться «смотреть в корень», открыть Слово как чудо. Этот подход Е. Н. Ильин определил как «принцип развивающего вопроса»: вопросы не надо «ставить», «задавать». Ими, этими вопросами, лучше разговаривать, тревожа мысль и сердце ученика сутью жгучего, неотступного, чтобы в ответе он искал и находил некую саморазрядку.
Внутренняя сущность таких уроков – педагогика сотрудничества, педагогика высоких гуманистических отношений, такого взаимодействия учителя и учеников, при котором творческий процесс захватывает обе стороны. И необычный материал, предлагаемый учителем, – удивляет, побуждает к размышлению.
«Главное – дух. Мы взаимно заряжаемся. Учитель должен включать ребят в эту розетку. Главное – зажигать сердца, а не только рассказывать о том, что знаешь. Нести им себя, а не свои знания», – так описывает это состояние М. П. Щетинин.
Мысли о Слове, его метафоричности, живописности развивают мифы разных народов, которые знакомят учеников со словами-понятиями и словами-картинами. Уже в пятом классе ученики приучаются понимать, что мысль всегда больше слова. Это уже философские проблемы, но словесник делает их доступными детям и понятными.
Уроки-зрелища, уроки-спектакли.
Такие уроки поражают своей эмоциональностью. Они как праздник. Но методическое искусство в том, чтобы не увести школьников от сущности учебного материала, от постижения Слова, от решения общей сверхзадачи.
«Лишь там, где урок – искусство, есть место искусству… С искусством можно и нужно общаться, наполняясь той же свободой, какую оно несёт в себе. Да, урок – действительно спектакль… В школу давно уже просится совсем иная «методика», которую с успехом используют телеэкран, кино, театр, – методика искусства», – размышляет Е. Н. Ильин.
К размышлению о вечном и мгновенном.
Таков путь сердца к постижению поэзии. Стихи – это часто всего лишь мысль – намёк. Как раскрыть их глубокий смысл, не разрушив прекрасной «хрустальной» формы? Да и можно ли анализировать стихи? «Губами тронуть чудо поцелуя и ручья», – писал об этом несбыточном прекрасный поэт современности Андрей Вознесенский.
Учителю-словеснику может помочь в этом плане обращение, например, к хокку (хайку) – жанру японской поэзии. Хайку, семнадцатисложное трёхстишие (5+7+5), чсто с цезурой после 2‑го стиха, возник в 15 веке в качестве зачина-трехстишия. В 17 веке Мацоу Басе разработал формальные и эстетические принципы жанра. В конце 19 века Масаока Сики дал новый толчок развитию хайку, приложив к ним заимствованный из живописи принцип «зарисовок с натуры». Неуловимость – в непосредственном словесном содержании – созданного художником особого поэтического мира, его восприятия и видения, остаётся общим законом как для древней, так и для современной поэзии:
Старый пруд.Прыгнула в воду лягушка,Всплеск в тишине
(Мацуо Басе).
Специфическое, нередко необъяснимое воздействие на читателя поэзии позволяет говорить о её тайне. Неуловимость смысла определяет эту таинственность. (Цитируется по «Литературной энциклопедии»). Словесник может подготовить восприятие сложных по смыслу стихов, например, Анны Ахматовой, рассмотрением мифов, хайку. Учитель подводит слушателей к пониманию живописности и ёмкости слова. Школьники могут осмыслить: стихи – это высочайшее состояние человеческого духа, микропотрясения, в них всегда тайна.
Урок должен быть «цветным».
Значит, ярким, эмоционально высоким. И такую «ткань» урока дети создают вместе с учителем. От увлечения стихами учащиеся приходят к увлечению «сценариями» уроков. Урок становится коллективным творчеством или, точнее, сотворчеством. Конечно, такие уроки не каждодневны, и они всегда прекрасны и необходимы в силу того, что прекрасны.
