До 1936 г. испанская армия имела вполне боеспособную кавалерийскую дивизию, которая состояла из 3 бригад. Бригада включала в себя 2 полка, для их поддержки придавался батальон мотоциклистов. В группу поддержки входили также рота бронеавтомобилей и батальон конной артиллерии, состоявший из 3 батарей 75-мм орудий. Дополнительно в дивизию входили 4 отдельных кавполка и один пулеметный эскадрон. Особую экзотику армии придавали 5 таборов (подразделений, несколько меньших, чем батальон) марокканской кавалерии. Табор состоял из 3 марокканских кавалерийских эскадронов и одного испанского пулеметного эскадрона.
Испанский кавалерист был по сути дела тот же пехотинец, только имевший дополнительно коня и саблю и обученный фехтованию. Правда, эскадрон хотя и был эквивалентом пехотной роты, по огневой мощи едва дотягивал до пехотного взвода, так как имел на вооружении только винтовки и 3 ручных пулемета. Поэтому для огневой поддержки служил чисто пулеметный эскадрон и эскадрон, вооруженный 40- и 60-мм минометами, позже усиленный противотанковыми и зенитными орудиями.
Легкий танк Pzkpjwg-1 ausf В. Вооруженные силы франкистов: 4-я рота Agrupacion de Carros de Combate. Теруэль. 1937 г.
Легкий танк Pzkpjwg-1 ausf В. Agrupacion de Carros de Combate de Legion.
С началом боевых действий на сторону генерала Франсиско Франко перешла большая часть 7 кавалерийских полков, один эскадрон гражданской гвардии и, конечно, вся кавалерия марокканцев. Дополняли силы франкистов несколько эскадронов милиции «Испанской фаланги». Республиканцев же поддержали 3 кавполка, 8 эскадронов гражданской гвардии, 2 эскадрона гвардии де Асальто и персонал учебных лагерей.
В обеих армиях пехотные бригады и дивизии в течение всей войны тесно взаимодействовали с кавалерийскими подразделениями, где только это было возможно. Кавалерия и бронеавтомобили использовались для ведения разведки и сопровождения колонн. При этом растянутая на более чем 2,5 тысячи миль линия фронта позволяла кавалерии скрытно просачиваться через линию обороны противника и совершать рейды в его тылу.
В полевых условиях кавалерия маневрировала в открытом боевом порядке. Отряд был разделен на взводы — по 3 или более отделения в каждом, а каждое отделение включало одну или две группы. В группу входили три-четыре всадника. На открытой местности отделение могло быть растянуто на расстояние до 45 м, т. е. более 5 м между всадниками. Для огневой поддержки придавался эскадрон, вооруженный ручными пулеметами Браунинга. Часто применялись и малые танки (танкетки), вооруженные пулеметами — для подавления огневых точек противника.
«…Марокканцы медленно приближались, угрожающе надвигаясь в громадном облаке пыли. Глядя на эту волнующую картину, у меня в сознании возникло невольное сравнение с воинством какого-нибудь римского императора, прибывающего на битву. Подойдя на расстояние выстрела нашей артиллерии и перестроившись в боевой порядок, они начали атаку. Дикие вопли, залпы орудий, разрывы шрапнели в воздухе, крики раненых и ржание обезумевших лошадей — все перемешалось в этой адской какофонии звуков. После первых залпов треть всадников была буквально скошена, другие продвигались в беспорядке. Когда они подошли поближе, среди них мы увидели два танка, вооруженных пулеметами», — так вспоминает о тех событиях их участник, республиканец Раймон Сендер из 5-го пехотного полка.
ФРАНКИСТЫ:
1 — офицер кавалерии — каид марокканских войск;
2 — майор в повседневной форме и кавалерийских бриджах;
3 — каид в полевой форме с ручным пулеметом «Браунинг» и с гербом Арагонского корпуса на левом плече.
Примечателен по своей массовости боевой эпизод Альфамбры, 6 февраля 1938 г. Две бригады всадников из состава франкистской дивизии генерала Монастерио, построившись в 2 шеренги (всего около 2 тысяч сабель), лавиной обрушились на позиции республиканцев, за ними следовала третья бригада с приданными для поддержки итальянскими CV-3/35. В результате такого взаимодействия дивизия республиканцев была разгромлена, националисты захватили всю артиллерию, пулеметы и даже полевые кухни.
Схема атаки была для того времени, можно сказать, классическая. Кавалерия, сопровождая танки, двигалась параллельно дороге. Когда головной отряд завязывал бой с противником, всадники спешивались и занимали позиции, позволявшие развернуть 65-мм орудия. Танки наносили удар с фронта, одновременно кавалерия атаковала с флангов и с тыла. Блокируя позиции противника, кавалеристы предоставляли возможность пехоте завершить операцию.
Однако так воевали в основном франкисты. Что же касается республиканцев, воспитанных к тому же на лучших традициях нашей собственной гражданской войны и лихих кавалерийских атаках Чапаева и Буденного, то подобную тактику они применяли так редко, что это практически не зафиксировано ни одним из источников. И это в условиях, когда приоритет кавалерии в качестве главной ударной силы сухопутных войск еще практически никем не оспаривался, традиционные стереотипы были весьма прочными, да и охотников их ломать находилось немного. В Соединенных Штатах Америки танковые части назывались бронекавалерийскими вплоть до начала Второй мировой войны, к совместным действиям с конницей готовились и танкисты Красной Армии, вот только в Испании положительный опыт использовался почему-то только франкистами. С другой стороны, возможно, советских военных советников там просто не слушали? «Большое количество русских офицеров в Арагоне ставит испанских солдат в положение колонизируемых аборигенов», — гласила телеграмма из штаба Арагонского фронта военному министру Испанской Республики. И этот пример отношения к ним вовсе не является единичным.
Интересно, что именно здесь, на Арагонском фронте произошло одно из наиболее массированных танковых наступлений республиканцев. В плане понимания неудач наших танков в Испании его пример является весьма показательным, вот почему есть смысл рассказать о нем поподробнее.
Танкетка «Фиат-Ансальдо» CV-3/35 и огнеметная танкетка. Италия.
Республиканские танковые части
Следует отметить, что части регулярной армии, доставшиеся испанским республиканцам, были дезорганизованы, слабо вооружены и политически ненадежны. Кроме того, испанское понимание слова «дисциплина» довольно далеко от общепринятого. Целые подразделения могли запросто уйти с фронта на отдых в ближайшую деревню или передумать наступать на неприятеля. Самыми организованными и дисциплинированными были отряды испанских коммунистов (не только по членству в партии, но и по духу), составившие в будущем основу лучших частей Испанской народной армии, а также добровольцы-антифашисты из разных стран мира, объединенные в 5 интербригад (с 11-й по 15-ю) общей численностью около 40 тысяч человек. В течение 1937–1938 гг. интербригады были ударной силой испанского республиканского командования.
Подразделения на танках Т-26 и бронетанковый отряд испанской республиканской армии оказались исключительно боеспособными соединениями, что было в общем нехарактерно для правительственных войск начала гражданской войны.
Легкий танк Т-26В. Республиканские вооруженные силы. Арагон. 1938 г.
Легкий танк Т-26В. Республиканские вооруженные силы. Теруэль. 1937 г.
Совершенно недостаточным являлось и производство военной продукции на заводах республиканской Испании.
Военные неудачи 1936 г. заставили правительство республиканцев существенно реформировать свою армию: по примеру франкистов заменить добровольный принцип комплектования всеобщей мобилизацией, свести все части в бригады и дивизии. Республиканские танковые части насчитывали более 160 танков и 150 броневиков. Все это позволило республиканским вооруженным силам начать решительное наступление на Арагонском фронте в 1937 г. Осуществить же его предполагалось при помощи новой техники, только что полученной из СССР: танков БТ-5 и Т-26, имевших преимущество перед чисто пулеметными танками мятежников.
Одним из этапов наступления должно было стать взятие небольшого городка Фуэнтес-де-Эбро, через который пролегала важная стратегическая дорога на Сарагосу, до которой оставалось не более 50 км. Командовать операцией было поручено генералу Карелу Сверчевскому — поляку, известному в Испании под псевдонимом Вальтер. Из состава 35-й дивизии ему выделили 15-ю Интернациональную бригаду, включающую 4 пехотных батальона (по 600 человек) и батарею противотанковых орудий. Командовал батареей хорват Владимир Копик, служивший в австро-венгерской армии еще в годы Первой мировой войны. Наиболее «обстрелянным» в бригаде был английский батальон. В него входили 3 пехотные роты, имевшие на вооружении советские винтовки Мосина, и пулеметная рота, вооруженная легкими пулеметами Дегтярева и станковыми «максимами». К началу кампании половину личного состава батальона составляли испанские волонтеры. Следующим был объединенный в июле 1937 г. из двух в один американский батальон «Линкольна-Вашингтона», бойцов которого называли просто «линкольнцы». В 24-м Испанском батальоне кроме испанцев были даже кубинцы и латиноамериканцы. «Мак-папе» — так прозвали солдат канадского батальона (сокращенно от «Маккензи-Папино» — в честь двух лидеров канадского восстания в 1837 г. против Англии).
