- Это чудесно, сэр! Конечно, как любой солдат, я всегда знал об ордене Славы, но... Но никто никогда не надеется получить его. - Криво усмехнувшись, он добавил: - Во всяком случае пока он жив и здоров. Но, сэр, вы понимаете, что я не смог потратить с того момента ни юниты денег?
В его голосе слышался благоговейный страх.
- Сэр, понимаете ли вы, что даже нищий не возьмет у меня денег?
Коммодор сочувственно кивнул:
- Вы должны понять, кем вы стали для людей, капитан. Ваш подвиг вдохновляет, но это не все. Вы соединяете в себе черты народного героя и Неизвестного Солдата. После получения награды вы стали символом - символом миллионов невоспетых героев и героинь, которые умерли, сражаясь за род человеческий. На ваших плечах нелегкая ноша, капитан Мазерс: ваша слава ко многому обязывает.
- Да, сэр.
Другим тоном Коммодор произнес:
- Это возвращает нас в настоящее, к вашему будущему заданию. Очевидно, вы больше не будете служить в Разведке. Большое начальство, кажется, выступает за то, чтобы вы поднимали боевой дух и...
Дон Мазерс откашлялся и прервал его:
- Сэр, я решил уйти из Космической службы.
- Уйти! - он непонимающе уставился на Мазерса. - Идет война, капитан!
Дон вызывающе кивнул:
- Да, сэр. И все, что вы только что сказали. Я не могу больше быть разведчиком. Я ушел бы и этим дал пищу для разговоров старым леди в клубах.
- Вряд ли, капитан.
- Нет, сэр, я думаю, что принес бы больше пользы вне армии. Я подаю в отставку и начинаю разработку рудников на Каллисто и других спутниках Юпитера.
Коммодор ничем не ответил. Губы у него побелели.
Дон Мазерс настойчиво продолжал:
- Возможно, мой престиж поможет набрать добровольцев для работы на новых шахтах. Если они увидят, как я жертвую, борюсь с трудностями...
Коммодор спокойно прервал его:
- Мистер Мазерс, я сомневаюсь, что вы когда-нибудь столкнетесь с трудностями, и не имеет значения, где вы будете жить. Как бы то ни было, удачи вам. Вы ее заслуживаете.
Выйдя из штаб-квартиры, Дон Мазерс вызвал такси и поехал в отель. Он поздравил себя с удачей. Все произошло легче, чем он ожидал. Хотя, если подумать, нет такой гадости, которую не могло бы выкинуть начальство.
Он посмеялся над собой.
Подумать только, что бы произошло, если бы он пришел к Коммодору месяц назад и заявил бы, что собирается уйти из Космической Службы! Совершенно верно, его бы вышвырнули. Вышвырнули прямо в лапы эскадрона экспертов-психиатров.
В отеле он сбросил мундир, что доставило ему огромное удовольствие, и оделся в один из множества цивильных костюмов, которыми был набит шкаф. Ему нравилось прикидывать, сколько бы стоила эта одежда с точки зрения младшего лейтенанта или даже капитана. Да, мой мальчик, да.
Он с удовлетворением взглянул на свое отражение в гардеробном зеркале, затем повернулся к автобару и налил выдержанной метаксы. За последние несколько дней он потерял вкус к плебейской текиле. Он посмотрел бутылку старого греческого бренди на свет и был приятно удивлен тем, сколько стоит маленький стаканчик этой жидкости. К счастью, ему никогда не придется узнать это. Дон выпил и, насвистывая, спустился на своем личном лифте в гараж, на второй уровень цокольного этажа отеля. Он выбрал лимузин и отправился к зданию Межпланетных Линий.
Донал поставил машину на обочину перед главным входом, проигнорировав все правила дорожного движения, и вошел в здание, тихонько посвистывая. Все складывалось удачно. Он улыбнулся, увидев небольшую толпу, собравшуюся снаружи, ему аплодировали. Он улыбнулся и помахал им.
К нему подбежала секретарша, и Дон сказал, что хотел бы увидеть мистера Демминга или мистера Ростоффа. А потом, когда она предложила проводить его, он заметил, что она похожа на фею, и спросил:
- Что вы делаете сегодня вечером, мисс?
Ее лицо побледнело.
- О, ничего, сэр, - ответила она слабым голосом.
Он улыбнулся ей.
- Может быть, я заеду за тобой, если не буду слишком занят.
Дон никогда не видел, чтобы кто-нибудь был так ошеломлен. Девушка пробормотала:
- Меня зовут Тони. Тони Фитцджеральд. Вы можете позвонить сюда и вызвать меня. В любое время.
- Может быть, я так и сделаю, - улыбнулся Донал, - а сейчас давай повидаем старину Демминга.
Это ошеломило ее еще больше. Мало того, что ее пригласил на свидание величайший герой Системы, впервые в жизни она услышала, как межпланетного магната назвали "стариной Деммингом". Тони выдохнула:
- О, вам прямо, капитан Мазерс.
Дон возразил:
- Боюсь, уже мистер Мазерс. У меня новые обязанности.
Она взглянула на него:
- Для меня, сэр, вы всегда будете капитаном Мазерсом. - И некстати добавила: - Двое моих братьев пропали на "Минерве" во время боев в районе Плутона в прошлом году. - Она глубоко вздохнула, что лишь подчеркнуло ее фигурку. - Я шесть раз обращалась в Космическую Службу, но они не берут меня.
Они ехали в лифте. Дон сочувственно сказал:
- Это ужасно, Тони. Но Космическая Служба - это вовсе не так романтично, как ты думаешь.
- Да, сэр, - проникновенно ответила Тони Фитцджеральд. - Вы должны знать, сэр.
Дон был несколько раздосадован. Больше он ничего не сказал до самого момента, когда они доехали до верхних этажей гигантского офиса. Он поблагодарил ее, и она передала его другому секретарю. К тому времени, когда он подошел к двери кабинета Макса Ростоффа, Дон несколько воспрянул духом.
Макс Ростофф взглянул на него из-за стола. Как всегда, его взгляд был по-волчьи агрессивен. Он радушно произнес:
- О, капитан, как приятно вновь увидеть вас. Проходите. Марта, вы можете идти.
Марта подарила межпланетному герою еще один долгий взгляд, потом повернулась и вышла.
Как только дверь за нею закрылась, Макс Ростофф прорычал:
- Где ты был, ты, пьяница?
Если бы у Ростоффа вдруг вырос рог, как у единорога, это не поразило бы Дона сильнее, чем его слова.
- Мы ждали тебя неделю, - фыркнул Ростофф. - Из одного бара в другой, наши люди не могли тебя догнать. Проклятье! Ты что, не понимаешь, мы должны улетать? У нас накопилась дюжина документов, которые ты должен подписать. Мы должны сделать дела побыстрее, пока кто-нибудь не опередил нас.
У Дона вырвалось:
- Вы не можете так со мной разговаривать.
Поворот и пристальный взгляд. Макс Ростофф проговорил негромко и угрожающе:
- Не могу? Почему это я не могу?
Дон свирепо поглядел на него.
Макс Ростофф повторил негромко и угрожающе:
- Давай разберемся, Мазерс. Для всех, кроме Демминга и меня, ты можешь быть величайшим героем Солнечной Системы. Но ты знаешь, кто ты для нас?
Дон почувствовал, что кипит он возмущения.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
