Я лихорадочно прокручиваю в голове свою историю, повторяя ответы до тех пор, пока у меня не заболит голова.
Мое сердце стучит у меня в ушах, когда я расхаживаю по комнате, мои босые ноги покалывает от холодного бетона.
Я подготовилась к этому дню.
Я предвосхитила их вопросы.
Я могу это сделать.
Это был бы тот же человек, который похитил меня, или их была группа?
Ответ на мой вопрос появляется почти сразу, как только дверь распахивается и входит Коллекционер. На лице у него все еще маска, но в тусклом свете я вижу намек на зелень в его глазах.
Его холодные, расчетливые глаза.
Он смотрит на меня с безразличием, когда тащит стул через комнату; ножки скрипят по бетону. Он делает медленные шаги ко мне, пока его фигура не возвышается надо мной.
Его запах снова поражает меня, и на мгновение меня здесь нет.
Я где-то в другом месте, обласканная, в безопасности и тепле.
Это восхитительный запах, и волна спокойствия окатывает меня…
Но это не реальность.
Он указывает на стул, стоящий у стены.
— Садись, — мягко говорит он.
Я не могу пошевелиться. Я делаю глубокий вдох, мои ноги отяжелели, когда я стою, прислонившись к стене.
— Либо ты садишься, либо я сам тащу тебя туда.
Его голос, низкий и глубокий, пронзает мою грудь.
Мне нужно двигаться. Но приближаться к нему — на шаг ближе к агонии.
Низко опустив голову, отказываясь встречаться с ним взглядом, я заставляю свои ноги двигаться. Я делаю несколько шагов рядом с ним, опускаясь на неудобный стул, в то время как он возвышается надо мной.
Я смотрю прямо перед собой на его массивную грудь, сосредоточившись на чернильно-черной рубашке с длинными рукавами.
Он массивный и выглядит так, словно сделан из камня. Очертания его мускулов видны сквозь рубашку.
Неудивительно, что я не могла пошевелиться под его весом.
— Ария Дженнингс.
Мне приходится вытягивать шею, чтобы посмотреть на него.
Я сглатываю и киваю.
Он опускает ткань на лицо, и у меня отвисает челюсть.
Он до смешного привлекателен, у него точеная челюсть, лицо покрыто вчерашней щетиной. Темно-каштановые волосы едва спадают на глаза, неопрятные и волнистые. Его губы, полные и розовые, поджаты. Зеленые глаза прищурены, смотрят на меня холодно и бесчувственно.
— Я не думаю, что это твое настоящее имя. — Без маски у его голоса богатый тембр, звук такой теплый и декадентский, что у меня по спине пробегает холодок.
Я киваю. — Это мое имя, — мягко настаиваю я.
Он вздыхает, как будто уже устал от моего дерьма. — Я хороший парень в этом деле, Ария, — начинает он. — Если ты не сможешь отвечать на мои вопросы, я верну тебя в Центр. И им насрать, что с тобой случится. Если ты прячешь Омегу, они сделают все, что должны, чтобы получить эту информацию. Ты понимаешь?
— Я не лгу, — шепчу я. — Меня зовут Ария Дженнингс, и я Бета. Единственная Омега, которую я знаю, — это моя кузина.
— А как зовут твою кузину? — Он требует ответа.
— Джессика Роудс. — Я выпаливаю ответ слишком быстро, и он поднимает на меня скульптурно очерченную бровь.
— Значит, если я прямо сейчас поищу ее в базе данных Omega, я найду ее? — Он слегка наклоняет голову, ожидая моего ответа.
— Да, — настаиваю я, но знаю, что уже проиграла.
— Нет, я бы не стал, Ария, — тихо говорит он, и я смотрю в пол. — Потому что ты лжешь.
Я не могу скрыть слез. Они катятся по моим щекам, позорно обнажая меня.
— Это не так. — Я шепчу.
— Ты знаешь, когда врешь, — сообщает он мне, и я в замешательстве вскидываю голову. — У тебя подергиваются пальцы. Это то, что делают многие люди.
Он опускается на уровень моих глаз, наклоняясь ко мне лицом. Я вынуждена снова заглянуть ему в глаза, ища хоть каплю человечности или сострадания.
Я не нахожу ни того, ни другого.
— В последний раз, пока все не усложнилось. Скажи. Мне. Кого. Ты. Прячешь. — Он рычит, и я застываю на месте.
Я выдерживаю его взгляд, безмолвно умоляя. Но его стены непроницаемы, и я встречаю сопротивление настолько сильное, что мне никогда не достучаться до него.
Слова слетают с моих губ прежде, чем я успеваю их остановить.
— Мне жаль твою Омегу, — шепчу я.
Это неправильное выражение.
Его стены исчезли. Его холодные глаза расширяются от шока, пусть всего на мгновение, прежде чем сузиться. Он делает вдох, затем выпрямляется, глядя на меня сверху вниз.
— Ты выбрала трудный путь, Ария, — объявляет он. Он поворачивается и выходит из комнаты, оставляя меня сидеть в кресле, дверь за ним захлопывается.
Я разрыдалась.
ГЛАВА 8
КАЛУМ
Я ожидал от нее всего, кроме этого.
Мне жаль твою Омегу.
Никто так не действует мне на нервы.
Особенно не Бета.
Но я поймал ее на лжи. Она не смогла скрыть выражение поражения на своем лице, когда я сообщил ей о рассказе, о рассказе, который я придумал.
Просто чтобы быть уверенным, я беру свой ноутбук и ищу имя, которое она мне дала, в базе данных.
Конечно, совпадений нет.
Рычание зарождается в моей груди.
Она не только солгала, но и имела наглость говорить о моей Омеге.
Ярость выплескивается из меня, и мой кулак ударяется о стену, штукатурка падает на пол. Я не останавливаюсь, пока костяшки пальцев не начинают кровоточить, сосредотачиваюсь на боли, позволяя ей сосредоточить меня.
Стена, однако, еще более хреновая штука, чем моя рука. Конрад убъет меня. Это его любимая конспиративная квартира.
Мои мысли возвращаются к Арии. Как она смеет вмешиваться в то, чего никогда не могла понять.
Я закрываю глаза, чувствуя, как боль в груди грозит подступить к горлу.
Меня сотрясает рев, звук агонии и тоски, которым я долгое время не позволял всплыть на поверхность.
И это все из-за нее и того тупого гребаного предложения.
Я в нескольких секундах от того, чтобы придушить ее, войти в ту комнату и рычать ей в лицо, пока она не расскажет мне все, что знает.
Вместо этого я направляюсь в гостиную. Я расстегиваю спортивную сумку и достаю ее блокнот, листая страницы.
Что за хрень.
Ее записная книжка полна информации о Коллекционерах.
Есть рисунки нашей темной одежды, повторяющиеся наброски лиц, закрытых масками.
Ее заметки скрупулезны и подробны, содержат список фактов и информации.
Я в шоке перелистываю каждую страницу.
Она провела свое исследование — или, по крайней мере, попыталась.
Но мы обучены быть тенями, и у общественности очень мало информации о нас.
Несмотря на это, она собрала все, что смогла.
Остальные страницы пустые, за исключением последней, со словами такими маленькими, что я почти не могу их прочесть.
21-е августа
9:30 вечера
Пятеро мужчин.
Я перечитал информацию, довольный тем, что у меня есть что использовать против нее.
Если бы я был более жестоким человеком, я бы использовал кулаки вместо того, что у меня на уме.
Есть много способов сломить людей, и они никогда не должны быть физическими.
Я найду Омегу, которую она прячет.
Это только вопрос времени.
ГЛАВА 9
АРИЯ
— Бекка, что ты делаешь?
Я быстро закрываю журнал и бросаю его на диван, мои щеки пылают. — Ничего.
— Тебе не стоит читать мои материалы. Там полно вещей, которые ты слишком молода, чтобы понять.
Клара садится рядом со мной на диван. Ее взгляд суров, но я могу сказать, что она пытается скрыть улыбку.
— Я смотрела только на фотографии, — настаиваю я.
Но Клара всегда видит меня насквозь.
— Угу. — Она смотрит на меня так, что я начинаю ерзать. — Я знаю, у тебя есть вопросы, дурочка. Просто спроси меня.
