по роду и богатству, прославленные и не прославленные, и одни праведные, а другие неправедные. И праведные поемлются, а неправедные оставляются в огне. Мелющие же – это все множество жен, а в частности и души, принявшие на себя рабское иго и окончившие жизнь в немощи. Ибо есть жены праведные и неправедные, есть и рабы праведные и неправедные. Есть и немоществующие праведные, каковы Иов и Лазарь, а также и неправедные, каковы Каин и Гиезий. Посему говорит: будета два на одре (Лк. 17, 34), означая их немощь. Праведные поемлются, а неправедные оставляются.
Как поемлются праведные, пусть скажет сие Павел: живущий о Господе восхищени будут на облацех… на воздусе, и …всегда с Господем будут (1 Фес. 4, 17). Как оставляются неправедные? Ангелы соберут избранныя… от четырех ветр (Мф. 24, 31), а нечестивых сожгут огнем негасающим (Мф. 3, 12).
Не предполагай, что неугасимый огонь мучения будет от дров, и что распалять его будут какие-либо приставники, как думают пустословящие в народе. Но обрати взор на Содом, и посмотри на печь, в которой нет дров. Представь себе окаменение жены, и подивись огненному прещению. Вместе были тогда Лот и жена и две дочери, но Лот с дочерьми не истреблен огнем, а жена не избегла огненного прещения. Суд Божий предоставил каждого собственному его жребию. Так и на Суде. Праведные поемлются, как Лот, а неправедные оставляются, как жена его.
66. О СУЕТЕ НАСТОЯЩЕЙ ЖИЗНИ[7]
Размыслим, братия, что все концы мира никакой не принесут нам пользы в день нашего ответа; и ради ничтожных и тленных вещей не утратим блаженных райских утех и благ, никогда не преходящих, которых уста человеческие описать не в состоянии, в которые и Ангелы желают приникнуть[8]. Кая… польза человеку, аще мир весь приобрящет от востока до запада и от севера до моря, и все, что в мире: и деньги, и имения, и удовольствия, душу же свою отщетит? (Мф. 16, 27). Все это не возможет защитить его там. Посему премудрый Соломон сказал: суета суетствий… всяческая суета (Еккл. 1, 2). Что же такое имеет в себе эта душевредная и суетная жизнь, что о ней у нас все попечение, все борения и труды, что к ней привязан ум человеческий? О благах будущих нет ни слова, ни старания; а что касается до благ временных и тленных, то о них у нас и старание, и хлопоты, за них и ссоры, и вражды и нападения. Нередко за ничтожную вещь проливается кровь, а чрез несколько времени человек оставляет ее, и выходит из этой жизни нагим и жалким, ничего не приобретши здесь, и не улучив вечных благ. Какое суетное стремление! Как душевредна жизнь сия! Как издевается она над человеком! Итак, размысли, человек, что имеет в себе эта жизнь? В ней – зловоние, скорбь, труд, мука, непрестанные хлопоты, неправда, любостяжательность, ложь, татьбы, отравы, недоброжелательства, пленения, кораблекрушения, вдовство, сиротство, неплодство, укоризны, клеветы, посрамления, убытки, грабежи, стенания, войны, ненависть, зависть, убийства, и старость, и болезни, и грех и смерть. Слышал ли теперь, что имеет в себе настоящая жизнь? Не люби же этой жизни, которая вводит в заблуждение, играет нами и обманывает нас, над многими издевается и многих ослепила. О, какой коварный умысл лукавого и князя мира сего! Он останавливает всех на временном и тленном, ввергая в забвение вечных благ; и никто того не разумеет.
67. О БЛАЖЕННЫХ ОБИТЕЛЯХ
Многими обителями у Отца Спаситель называет меры разумения водворяемых в оной стране; разумею же те различия и разности, с какими наслаждаются там, сообразно со своим разумением, ибо Господь наименовал многие обители не по разности мест, но по степени дарования. Как лучами солнца чувственного наслаждается всякий, по мере чистоты зрительной силы и впечатления, и как от одного светильника, освещающего один дом, каждый луч бывает различен, между тем как свет не делится на многие светильники: так в будущий век все праведные водворяются нераздельно, в единой радости. Но каждый в своей мере озаряется единым мысленным Солнцем, и по степени достоинства почерпает радость и веселие, как бы в одном воздухе и месте, седалище, созерцании и образе. И никто не видит меры и высшего и низшего, чтобы, смотря на превосходящую благодать другого и на свое лишение, не иметь в этом для себя причины к скорби и беспокойству. Да не будет сего там, где нет ни печали, ни воздыхания, но всякий, по данной ему благодати, в своей мере веселится внутренно, а по внешности у всех одно созерцание и одна радость! Кроме сих двух чинов нет иного посредствующего чина, разумею же один чин горний, а другой дольний; средина же их – сие разнообразие в различии воздаяний.
А если сие справедливо, как и действительно справедливо; что безрассуднее или безумнее, как говорить: «Довольно для меня избежать геенны; а чтобы войти в Царство, о том не забочусь». Избежать геенны – уже значит войти в Царство, равно как лишиться Царствия – значит идти в геенну. Писание не говорит нам о трех странах. Но что же говорит? Егда приидет Сын Человеческий во славе Своей… поставит овцы одесную Себе, а козлища ошуюю (Мф. 25, 31, 33). Не сказал о трех чинах, но один чин одесную, а другой ошуюю, и отделил пределы их, по селениям их, сказав: идут сии, то есть грешники, в муку вечную, праведницы
