Читаем без скачивания Начальник Америки (Тихоокеанская сага-3) - Сергей Фомичев

разбирался гораздо лучше меня, по крайней мере ориентировался, кто там субадар, кто наваб и чем он отличается от набоба. Но Лёшка оперировал веками и эпохами, в то время как я, подержав руку на пульсе европейской политики, был в курсе последних дел. Во всяком случае прочтение лондонских газет и разговоры в кабаках дали мне некоторое представление.

— Обстановка для похода сейчас самая благоприятная, — сказал я. — Британия разбила войска бенгальского короля, или как он у них там называется, и получила от шаха из Дели право на управление Бенгалией.

— Тем более следует поспешить, — нахмурился Лёшка. — Думаю, через несколько лет они приберут к рукам её полностью.

— Тебе виднее. Но пока что, считать Бенгалию абсолютно своей англичанам мешают европейские поселения.

Я развернул на столе карту, исписанную едва разборчивыми пометами на английском языке и зияющую белыми пятнами (на которых изображались тигры, слоны, пальмы, отчего пятна не становились менее белыми). Копию карты мне сделали в Лондоне и хотя я просил делать подписи более разборчивым шрифтом, разобрать буквы удавалось не сразу.

— Хугли, западный рукав Ганга, представляет собой эдакий Невский Проспект, где завели лавочки торговцы со всего мира, — я провел пальцем вдоль главной водной артерии. — Независимый от британцев анклав находится в среднем течении. Датчане владеют Серампуром, французы недавно восстановили Шандернагор, голландцы кроме Чинсуры, в сорока верстах от Калькутты имеют несколько факторий помельче.

— Может это мухи насидели, — Лёшка ковырнул ногтем карту.

— Может и мухи, но европейские, — буркнул я. — Ладно, слушай дальше. Европейцы владеют пятачком, а всей остальной территорией, ниже и выше по течению заправляют именем могола англичане. Они же контролируют устье реки.

Ребром ладони я «нарубил» примерные границы.

— Тут не указана наша фактория, — заметил Лёшка.

— На той карте, что прилагалась к купчей, Банкибазар показан где-то здесь, верстах в тридцати от Калькутты и пока английская компания сидит на откупе, а голландцы с французами держатся за своё, у тебя есть хороший шанс закрепиться среди этого торгового интернационала. Потом, с усилением британской власти, сделать это будет сложней.

— А голландцы с французами не будут возражать против ещё одного конкурента?

— Они сейчас обрадуются любой силе, способной вмешается в расклад. Французы с британцами в Индии воюют уже лет тридцать и понемногу сдают позиции. С Нидерландами Англия на пороге войны, ибо те отказались выступать против Франции. Более того, голландцы поддержали Соединённые Штаты и теперь вовсю поставляют повстанцам оружие. А дабы конвои не трогали, они присоединились к декларации о вооружённом нейтралитете. Так что мы сейчас с голландцами и французами почти союзники. Но всегда следует помнить, что Индия отдельный театр действий. Там война может вспыхнуть независимо от европейских дел.

— Это точно.

— Но это всё ждёт тебя там, в Бенгалии, — добавил я. — А прежде чем оперировать в Бенгалии, до неё ещё предстоит добраться.

— Избушка, избушка… — пробубнил Тропинин, проворачивая глобус. — Н-да. Тут, как ни крути, а выбирай любую половину шарика.

Он преувеличивал лишь самую малость. Половина мира — есть половина мира. Можно идти через пролив Дрейка и воспользоваться западными ветрами ревущих сороковых. Можно идти вдоль азиатского берега, где помогут пассаты. В любом случае на такие расстояния наши шхуны ещё не плавали. Большинство капитанов предпочитало держаться родных берегов. Не имели мы ни лоций, ни даже приблизительных карт.

В свое время, готовясь к «географическим открытиям», я не предполагал забираться за мексиканскую границу, на которой и кончалась подробная карта, созданная с помощью спутников и современных нам способов измерений. Южнее и западнее Гавайских островов располагалось Великое Белое Пятно. А кораблям Тропинина следовало наметить точки рандеву, остановки для пополнения запасов пресной воды, продовольствия и ремонта. Но как их наметишь? Эти и без того пустые пространства были изучены ещё очень слабо, современные карты помочь не могли, даже если бы их не прятали от чужаков морские департаменты. Нам приходилось полагаться на интуицию, отрывочные воспоминания.

— Яшку просить, больше некого, — сказал я. — Но ты сам с ним поговори. Меня он отчего-то недолюбливает. Да и обычным фрахтом вряд ли заинтересуется. Его нужно чем-нибудь зацепить, кинуть приманку.

— Индия, чем не приманка?

Глава вторая. Залив короля Георга

Глава вторая. Залив короля Георга

На встречу с британской экспедицией мы отправились на «Колумбии». Капитаном на ней был Чихотка. После училища он некоторое время ходил на «Афине», но к боевому кораблю у старого промыслового моряка не лежала душа, и он попросил перевода на «Колумбию» — первое детище Лёшки. Тропинин до сих пор экспериментировал с прототипом — менял обшивку, оснастку, вооружение. «Колумбия» становилась то марсельной шхуной, то бригантиной, то военным кораблем, то краболовом. В остальное время корабль использовался для мелких поручений — плавал вдоль острова, в проливах. Так что Чихотка превосходно знал берег, в том числе и залив Нутка.

Последняя версия шхуны не имела орудий, лишь небольшую вертлюжную пушку для обороны от туземцев и салютов. Но мы и не планировали атаковать британскую экспедицию. Гораздо больше меня волновали ходовые качества. Я боялся опоздать, так как не знал, сколь долго корабли Кука пробудут на ремонте. С того момента, как их у берегов Олимпика заметили индейцы мака прошло уже три недели.

При полной свободе выбора я взял бы «Викторию» — шхуну, построенную некогда по моим эскизам. На текущий момент она являлась самым быстроходным судном нашего флота. И останется таковым до тех пор, пока не увенчаются успехом эксперименты с Яшкиными кораблями. К сожалению «Викторию» перехватить я не успел. Она постоянно находилась в плавании, обеспечивая почтовую связь между колониями, и как раз ушла на Уналашку парой недель раньше.

Из остальных шхун, если не считать «Афины», готовой к немедленному отплытию была лишь «Колумбия». Нам оставалось уповать, что последние изменения в её обшивке (Лёшка испытывал пропитанный дегтем войлок в качестве промежуточного слоя между досками), не слишком испортили ход, а частичная механизация парусов не оставит нас рядом со скалами без управления. На «Афине» идти не стоило, так как её воинственный вид мало походил на обычное промысловое судно. Она непременно вызовет подозрение англичан если не в экспансионистских наших намерениях, то в пиратстве.

Что ещё показалось мне важным — «Колумбия» являлась одной из немногих наших шхун, зарегистрированных в Охотске, а значит, имела полное право поднимать российский торговый флаг. Его мы и собирались продемонстрировать. Время показывать миру Большую Медведицу ещё не пришло.

* * *

Опасения оказались напрасными. Проторенным маршрутом Чихотка дошёл до места за неполных два дня. Нам даже пришлось ждать рассвета, прежде чем войти в залив — туман закрывал берега и скалы, которые здесь торчали повсюду.

Найти корабли Кука не составила труда, они не слишком углубились в одни из местных фьордов. «Колумбия» возникла перед ними неожиданно, в клочках утреннего тумана, точно призрак. Мы знали, что подаренная вождю китобойная шхуна месяцем раньше отправилась в проливы, где пыталась загарпунить какого-нибудь кита. Возле зимнего селения остались только каноэ. Не удивительно, что появление корабля, построенного по европейскому проекту, оказалось для британцев полным сюрпризом.

Проходя мимо них «Колумбия» подняла российский триколор и салютовала пятью выстрелами. Мы решили сыграть в джентльменов. Толпу, вывалившую на палубы, приветствовали сдержанным поднятием шляп. Английские канониры замешкались, но к их чести успели ответить парой выстрелов, прежде чем наша шхуна проследовала дальше. На флагштоке поднялись флаги. Они выглядели светлыми, почти белыми, возможно просто выгорели на солнце. Когда полотнище раскрывалось от легкого ветерка на нем можно было различить красный георгиевский крест и неполный (без креста Патрика) очень блеклый Юнион Джек в уголке.

— Кажется мы успели в последний момент, — заметил я. — Все мачты и стеньги у британцев на месте, корабли нормально загружены и, судя по всему, готовы к отплытию.

Наша команда рассматривала корабли британцев не скрывая волнения. Со времени памятной многим стычки с испанцами не прошло и десяти лет. А британские корабли выглядели гораздо мощнее. Хотя фрегатами они всё же не были.

— Вот корабль, в честь которого НАСА назвало один из шаттлов. — сказал я, показывая на меньший из кораблей — «Дискавери», и вдруг сообразил. — Ха! А ведь получается, что первый шаттл получит имя «Колумбии» в честь шхуны,