Через час к этому городу был послан самолет «Юнкерс»; через два часа живые старушка-мать и ребенок уже были на борту «Юнкерса» и в тот же день доставлены в Морицфельде.
Это было переломным моментом в жизни летчицы. Спустя некоторое время, она оказалась в дружной семье летчиков-патриотов, но не надолго. Полученные при прыжке с парашютом ранения неблагоприятно отразились на ее здоровье, и она была отчислена из авиационном группы, но оставалась в рядах РОА, работая в Управлении Пропаганды.
17, 18 и 19 января полк. Мальцев был приглашен в Кенигсберг, где он имел ряд встреч с высшими чинами немецкого Министерства Пропаганды и отдела военной пропаганды Вермахта. Полковника Мальцева сопровождали обер-лейтенанты Идоль, Шульц и Геллер. Вечером 19 января в честь полк. Мальцева был устроен банкет.
Фото-репортаж
Начиная с весны 1943 года во власовском центре Русского Освободительного Движения (в окрестностях Берлина, в лагере возле деревни Дабендорф), под редакцией капитана Мелентия Александровича Зыкова (но под строгой цензурой немцев) выпускались на русском языке две газеты: «Заря» и «Доброволец»[8]
23-го января 1944 г. в газете «Доброволец» был помешен фото-репортаж под общим заглавием «Летчики-патриоты». Газета на двух страницах поместила обращение полковника Мальцева и пять фотоснимков из жизни и деятельности русской авиационной группы, а также несколько статей летчиков-добровольцев: «От ненависти к любви, «То, чего мы не знали», «Борцы за Родину» и др. В передовой редакция газеты написала:
«Мы уверены в своей победе
Красная армия наступает. Советские газеты кричат о небывалом подъеме духа в СССР и о развале и моральном упадке немцев. Но едва ли кто в Советской Союзе всерьез принимает эту трепотню.
Как видно из трофейных писем и источников, которые попадают нам в руки, имя генерала Власова, его идеи все шире и шире распространяются среди красноармейцев и проникают глубоко в тыл. Никакая цензура, никакой террор не могут остановить неизбежного роста популярности идей Русского Освободительного Движения.
Вчерашние соратники и друзья генерала Власова по Красной армии знают, что он продолжает непримиримую борьбу с ненавистным всем русским людям большевизмом.
Пусть сегодня еще не все из них могут перейти на нашу сторону. Мы знаем, что это сделать нелегко. Но мы знаем также и настроение этих людей и то, что при первой возможности, они будут с нами.
Некоторым из них уже удалось прорвать чекистский кордон и перейти на нашу сторону.
Кто эти люди?
Сегодня мы даем слово на страницах нашей газеты некоторым из них. Они рассказывают, как каждый своей дорогой пришел к нам, русским патриотам, чтобы включиться в общее дело борьбы со Сталиным и его кликой. Это честные и благородные люди. Большинство из них было обмануто бессовестной ложью большевистской пропаганды и верило, что они сражаются за правое дело. Они попали в плен, как бойцы, с оружием в руках, стреляя до последнего патрона. Они были уверены в своей гибели. В плену вели себя гордо и с достоинством.
Но, будучи честными людьми, увидев, что их обманывали в Советском Союзе, они резко изменили свою точку зрения, как только убедились воочию, что здесь создается действительно великое дело борьбы с большевистским произволом в России.
Нам не нужны мерзавцы и подхалимы. Пусть эти люди не пытаются переходить к нам, а остаются там, со Сталиным. Заранее и честно мы предупреждаем, что среди нас они не найдут себе места. Мы ведем идейную борьбу. Мы боремся за Великую и Свободную Национальную Россию.
Враги всячески пытались поссорить нас с немцами. Они шли на тысячи хитроумных комбинаций. Но наш тесный союз и наша дружба выдержана все эти испытания. Теперь, в совместной борьбе, взаимное доверие выросло и окрепло, как никогда.
Нас не пугают кажущиеся успехи Советов. Мы знаем, что все это достигнуто ценой последнего напряжения сил. Знаем, что у большевиков нет внутренней устойчивости, знаем, что при первом же серьезном ударе все у них поползет по всем швам, как это было а 1941 году.
Мы знаем также, что и у немцев, и у нас есть достаточно сил, чтобы нанести не одни такой удар.
Мы спокойны и уверены в своем будущем. Давайте же честно и спокойно бороться и работать, каждый на своем посту.
Время решительных боев приближается с каждым днем. Наша победа не за горами!»
Не останавливаясь на содержании всех помещенных статей и корреспонденции, напечатанных 23 янв. 1944 г, в газете «Доброволец», следует привести оттуда следующее стихотворение капитана авиации Артемьева:
«Немецким летчикам, товарищам по оружию
Вы встретили нас, как братья,
Вы сумели сердца нам согреть,
А сегодня единой ратью
Нам навстречу рассвету лететь.
Пусть Родина наша под гнетом
Но тучам солнца не скрыть.
Мы вместе ведем самолеты,
Чтоб смерть а террор победить.»
Пополнение
Конец января и первую половину февраля полковник Мальцев провел в Моринцфельде, куда прибывали из Сувалок все новые и новые контингенты летчиков и авиамехаников. Среди прибывших были два полковника авиации: полк. П., бывший командир бомбардировочного авиационного полка, и полк. Ванюшин. Оба застряли было в офицерском лагере в Хаммельбурге: за «буйный характер» немецкое начальство лагеря держало их в черном теле. Полк. Мальцев взял их под свою защиту и покровительство, всячески стараясь облегчить их положение.
Несмотря на то, что они изъявили желание добровольно вступить в Группу Гольтерса, немецкое командование долго не соглашалось на перевод их в Сувалки, считая их не совсем благонадежными. Полк. Мальцеву с большим трудом, но все же удалось вытащить их из лагеря военнопленных. Уже находясь в Сувалках, полк. П. написал полковнику Мальцеву следующее письмо:
«Многоуважаемый господин полковник! Мне не хватает слов, чтобы в достаточной мере поблагодарить Вас за все то, что Вы для меня сделали. Я боялся, что с моим характером предприму неправильные шаги. Однако, Ваша благосклонность и зашита, под которую Вы меня взяли, а также Ваши старания вызвать во мне дружеское отношение, меня успокоили.
Я надеюсь, что в будущем мы будем хорошо работать вместе.
Ваше чистосердечное отношение является для меня стимулом к более углубленной работе над интересующими нас вопросами, Я докажу Вам, на что я способен и употреблю все мое знание и умение на благо нашего народа.
Полковник П.»
Полковник Ванюшин был в прошлом начальником штаба авиационной дивизии. Среди летчиков ходили, слухи, что Ванюшин в Красной армии имел звание генерал-майора авиации и что в Морицфельде, чтобы не нарушать установленной субординации, его приравняли к военному званию Мальцева. Ванюшин это категорически отрицал. Впоследствии он стал очень талантливым и способным начальником штаба ВВС КОНРа[9].
1-го февраля в Морицфельде, прямо из лагеря военнопленных, прибыли два летчика, попавшие в плен всего лишь неделю назад. Они ничего не знали о существовании русской авиационной группы и не знали, куда и зачем их привезли. О встрече с этими летчиками полк. Мальцев писал жене:
«Пришлось прервать письмо и побеседовать с двумя новыми летчиками, недавно прибывшими с той стороны. Все они глядят на меня, как на человека, который должен им сказать что-то вразумительное и дать окончательный совет, что надо делать дальше. Ну, поговорили, подумали, и еще два сознательных врага Сталина появились в моем активе»[10].
Полк. Мальцев не ошибся, когда принял их в состав авиационной группы. Впоследствии оба летчика прекрасно зарекомендовали себя в боевых действиях и оба были награждены орденами.
Встреча с Власовым
С 14-го по 19-е февраля 1944 г. полк. Мальцев, находясь в Берлине, пытался встретиться с генералом Власовым, но это ему не удалось. Встреча состоялась позднее: 20–22 февраля и еще раз 7 марта. Вот что можно установить из писем Мальцева к его жене Антонине Михайловне:
«Морицфельде, 14-го февраля 1944 г. Только что, сию минуту, вернулся из Сувалок (Польша) и сегодня, через несколько часов, снова еду, кажется, в Берлин, а там, вероятно, предстоит встреча с ген. Власовым. В Сувалках пробыл 1,5 суток. Познакомился с народом. У всех поднялось настроение, и мои орлята рвутся в бой».
«Морицфельде, 19 февраля 1944 г. Только что вернулся из Берлина. Я в Берлин съездил не совсем удачно. Генерала Власова не мог повидать. У нас было очень мало времени. Видел других генералов. Они очень интересовались моей работой, т. к. слушали мое выступление по радио и читали газету «Доброволец», посвященную нам. Очень жалели, что не смог повидаться с Власовым… Только что кончил сочинять два обращения, с которыми выступлю в понедельник снова по радио в Кенигсберге. Мое первое обращение будет к русским рабочим, работающим в Германии, а второе — 23-го февраля, в день Красной армии — для той стороны».
