– Не стоит, – отмахнулся Максим, – по всей видимости, ели мало, а пили много.
– Да, неплохо посидели, – сказала Липа. – Поехали на автовокзал, там меня посадили в автобус, и я приехала сюда. Вот и все.
– Что значит, вас посадили? Вы что, плененный рецидивист? И вас насильно толкали на междугородний рейс в другую от Петушков сторону? – недоумевал Кудрин, наливая себе остатки шампанского.
– Никто не насильничал, – пробурчала Липа. – Просто мы обнимались, целовались, прощались, и меня перепутали с Викой.
– Допустим, допустим, – Кудрин кивнул на экран, – можно и перепутать! Но как вы нашли мой дом?!
– Элька дала водителю сотню, чтобы он доставил меня к дому номер шестьдесят шесть по ул. Спортивной. И дом оказался этим, – пожала плечами блондинка.
– Представляю реакцию пассажиров автобуса, который заруливает во двор многоэтажки и высаживает пьяную девицу у подъезда! – Кудрин первый раз за новогоднюю ночь засмеялся.
– Многие спали и ничего не заметили. Или я ничего не заметила.
– Естественно, вы. Хорошо, но интересно, как вы узнали код входной двери?
– Мне любезно подержал ее какой-то Спиридон Фомич, он еще поинтересовался, в какую я иду квартиру, – честно сказала Олимпиада.
– И вы назвали мою?! – схватился за голову Кудрин.
– По-моему, еще, но этого я не помню точно, – зловеще прошептала ему Липа, – я его поцеловала. В знак благодарности. А он пригласил меня на чай. Но я пошла сразу домой, открыла дверь и провалилась в темноту…
– Так, значит, подошел и ключ. Фантастика! Вы сейчас же все это перескажете моей невесте! – И он кинулся к телефону. Но по набранному номеру не ответили. Кудрин перезвонил снова с тем же результатом. Он пошел на кухню и достал их холодильника бутылку водки, распечатал ее и налил себе в одноразовый стаканчик. Залпом выпил и сел за стол к Олимпиаде.
– Мне кажется, – трагически сказала та, – расстраиваться не стоит. Она сюда вернется.
Словно подслушав ее пророчество, раздался звонок в дверь.
– Молчите! – закричал ей Кудрин. – Станете говорить, когда я вам скажу! Сначала я сам! – И побежал открывать дверь.
Рыжуха ворвалась в квартиру жениха, как фурия. Она забежала в комнату и с ненавистью уставилась на Олимпиаду, мирно восседающую за праздничным столом и криво ей улыбающуюся.
– Ага! – закричала Верочка Кудрину, который прибежал за ней следом. – Так она приняла у тебя душ! И надела мой халат! А! – продолжала она, изучая стол: – Вы уже перешли на водку?!
– Верочка! – закричал несчастный Кудрин и поволок ее на кухню. – Сейчас ты все узнаешь!
Липа глубоко вздохнула и подошла к закрытой кухонной двери. Верочка орала нечеловеческим голосом, обвиняя Кудрина во всех земных грехах. Вряд ли в таком шуме можно было что-то нормально объяснить. Липа пожала плечами и выглянула на лестничную клетку. Высокая пожилая дама в шелковом халате а-ля кимоно выглянула одновременно с ней из соседней квартиры.
– У вас все в порядке? – поинтересовалась она грудным голосом.
– Да так себе, – призналась Липа. – Но до убийства, я думаю, не дойдет.
– Нелли Аркадьевна, – дама протянула руку из приоткрытой двери.
– Олимпиада, очень приятно. Нелли Аркадьевна, а это точно город Клин?!
– Если что, – ответила та, – срочно вызывайте неотложку! Массовый психоз вреден для здоровья.
И она закрыла свою дверь. Олимпиада, которую фактически обвинили в массовом психозе, вернулась в квартиру. И столкнулась с выбежавшей из кухни Верочкой.
– Негодняй! Развратник! Самец! – кричала она Максиму.
– Как-то она однообразна, – заметила Липа, когда за Верочкой с треском захлопнулась дверь.
– Да уж, – устало прислонился к косяку Кудрин, – она не может сыпать эпитетами и врать, как вы.
– Я нисколько не соврала, – обиделась на него Липа. – Кстати, тебе привет от Нелли Аркадьевны.
– Только этого мне не хватало! – возмутился Кудрин. – Она хорошая знакомая моей мамы. Боже! – он побежал к телефону. – Я же маму не поздравил!
Олимпиада всегда скептически относилась к маменькиным сыночкам. В прописную истину, которую придумали эти самые мамы, что любящий маму жених будет так же любить свою супругу, она не верила. А великовозрастный маменькин сыночек вызвал у нее полное презрение. Как только он вообще решился на женитьбу?! Скорее всего, невесту выбирала ему мама. Как же ее придется разочаровать сообщением о том, что невеста сбежала! Липа прислушалась, ничего про сбежавшую невесту Кудрин маме не сообщал. Странно, на что он надеется? Что Верочка вернется? Глупости, эта дуреха до конца жизни будет его обвинять, и сколько ей ни показывай «Иронию судьбы», никогда не поверит, что нечто подобное может случиться на самом деле. У таких, как Верочка, напрочь отсутствует фантазия. Они больше всего склонны доверять материальным благам, данным им в ощущении. Скорее всего, никаких чувств она к Герою не испытывает, просто молоденькая свистушка решила выскочить замуж. А почему бы и нет? Максим привлекателен, умен, интеллигентен. Он вполне может нравиться женщинам. Только не ей, у нее есть жених, который мыкается неизвестно где. Нужно ему позвонить, но лучше это сделать потом, когда она немного протрезвеет и придумает оправдание своему поступку. Нет, лучше про свой поступок ничего не говорить. Станислав, так же как и Верочка, начисто лишен фантазии. Ему лучше соврать. Герой прав, врать Олимпиада может. Но только в исключительных случаях, и сегодня случился один из них.
– Как мама? – Липа прошлась мимо разговаривающего по телефону Кудрина. Впрочем, разговор был весьма условный. Говорила мама, а Кудрин внимательно ее слушал. – Передавай ей привет от меня и поздравления с Новым годом, – и она подмигнула Максиму. Тот поперхнулся и закашлялся.
– Нет, мама, я не заболел, – ответил он наконец-то. – Да, мама, у нас все в порядке, с Верочкой тоже.
– А! Врешь родной мамочке, – прошипела ему на ухо Олимпиада. – Нехорошо.
– Да, мама, обязательно, мама, – продолжал соглашаться тот. Вдруг неожиданно он сказал «нет»: – Нет! Не нужно ко мне приходить утром! Я буду спать! Один или с Верочкой. Мама, утро наступит через пару часов, о каком визите ты говоришь?! – Кудрин с досадой положил трубку на место.
– Что? Ждем мамочку в гости? И как ты объяснишь отсутствие Верочки?! Вот мама-то расстроится.
– Никак не объясню, – пробурчал тот, борясь с нервным тиком. – Если Верочка не вернется, вместо нее будешь ты!
– Вот это номер, – пробормотала Липа. – Бунт на корабле? Мятеж на судне, терпящем бедствие. И что ты скажешь про меня маме?
– Ничего не скажу, – нагло заявил тот. – Скажу, что ты и есть Верочка!
Липа подумала о том, что не такой он уж и маменький сынок, если невесту решился выбрать сам. Его мать не видела Верочку! Скорее всего, она рассчитывала с ней познакомиться. Обычно молодые приходят к родителям в гости, но эти, видимо, радовать мамочку не спешили. И она вознамерилась прийти сама! Вот весело будет, если она застанет здесь сразу двух Верочек, одна из которых будет визжать, как недорезанный молочный поросенок. Нет, такие эксцессы Олимпиаде не по душе. Сейчас же нужно позвонить Викусе и поинтересоваться адресом ее клинской бабушки, у которой она собиралась остановиться. Липа полезла за мобильным телефоном и набрала номер подруги. Сухой голос автоответчика сообщил, что абонент находится в отключке. Автоответчик даже не подозревал, насколько он был прав.
